Академия Проклятых: Кровь отверженных

И не знаю почему, но дико переживала за оборотня.
Видимо, зря. 
Битва продолжалась недолго. 
Пантера затихла в клыках оборотня, обвисла тушкой… И только тогда он расслабился и отпустил жертву.
— Чёрт! — ахнула я, когда на земле вместо волка оказалась знакомая фигура, правда, обнаженного парня. 
Войр! К своему смущению, отвернулась, не зная, что сказать и что делать. Понятно, что должна была ему помочь. Его спина располосована, бок — тоже… Нельзя его бросить!
Но, только набралась храбрости и повернулась к Крому, рядом раздался недовольный рык ещё одного зверя. 
Вновь по телу пробежала волна ужаса. Я вскинула глаза поверх тела Войра и столкнулась с огненным взглядом ещё одного оборотня. Он подступал к месту сражения медленной поступью, скаля зубы и не сводя горящих ненавистью глаз с меня.
— Не тронь! — рык Крома заставил вздрогнуть меня и остановиться второго оборотня. Мы так и замерли — я и волк рядом с Войром, но по разные стороны от него. — Сказал же — не тронь! — опять подал голос Кром. Но, не смотря на грозность тона, он был пропитан болью.
Я искренне озадачилась, кому это было сказано и почему? 
— Чарльстон! — вновь рявкнул Войр. 
— Да? — пискнула я, страшась отвести взгляд с более опасного, как мне казалось в этот момент, оборотня, скалящего на меня зубы. Более здорового и так люто меня ненавидящего!
— Чего стоишь? — хрипло шикнул Кром. — А ну, пошла отсюда! — был полон презрения его голос. — Или смерти хочешь? 
— Нет, — истерично мотнула головой я. — А ты…
— Реально хочешь меня коснуться?
— Нет! — опять помотала головой и, боясь спугнуть удачу на спасение, если это таковым можно назвать, вступила в сторону от оборотней.
Прочь с поля боя и от озлобленного второго волка, который, судя по оскалу клыков, был готов на меня метнуться и порвать на части, бежала, не разбирая дороги. 
Меня гнал слепой страх, в голове судорожно пульсировала мысль: Бежать! И я мчалась! Изредка бросала взгляды через плечо, чтобы убедиться, хвоста нет.  Но когда поняла, что потерялась, уже смеркалось. 
Лёгкие горели, тело плохо слушалось, в голове набат лихого боя сердца. Бег, мало походил на бег, скорее, на качания пьяного человека, упрямо бредущего вперёд! Но я страшилась остановиться. Войр сказал — прочь, значит, нужно бежать!
Волк бы не стал зазря рычать. 
В подкрадывающейся темноте то тут, то там мерещились опасные тени и блики. Я жутко устала, ноги налились свинцовой тяжестью, как назло, начал моросить дождь, но даже он не остужал разгорячённого тела. Я оступалась всё чаще, хваталась за ветви деревьев и кустов, стараясь удержать равновесие. И когда в очередной раз метнула взгляд через плечо, предсказуемо запнулась…
Мир бултыхнулся, и следующий миг я уже летела с небольшого пригорка, тараня неуправляемой тушкой раскидистые кусты и невысокие деревья. 
Катилась грязевым кубарем, считая собой все препятствия, пока со смачным чавканьем не угодила в какую-то густую жижу. 
Первые минуты приходила в себя, смаргивая помутнение рассудка, сплёвывала грязь и мотала головой, пытаясь избавиться от треска и звона в голове, которая просто разрывалась от боли. 
Но, когда раздался очередной угрожающий чавк, и меня втянуло в тягучую жижу глубже, кажется я прозрела.
— К-кто-нибудь! — жалобно шикнула севшим голосом. — По-мо-ги-те! — набрав воздуха побольше, смогла закричать. Моё отчаяние потерялось в темноте.
— Кто-нибудь! — взвыла, истерично дёрнувшись, но вонючая топь меня немилосердно тянула вниз. — Спасите!!! — продолжила бултыхаться, остервенело бить руками по жиже и не переставая умолять меня спасти. 
Так и дёргалась, проигрывая безжалостной топи, пока меня не осенило: «Чем меньше двигаешься, тем меньше тебе всасывает!».
Так застыла, уже почти по грудь утопая в болоте. 
Шмякнула от безнадёги по жиже, повела головой в поиске того, за что бы могла ухватиться, но ничего подходящего не обнаружила. 
Силы меня покидали. 
Темнота накрывала всё сильнее. 
Неизбежность накатывала грузом. 
И когда я уже окончательно осознала, что это конец, померещилась тень какого-то силуэта. Блеснули зелёные глаза, и через несколько секунд, аккурат тихому треску веток и шелесту листьев, возле топи остановилась... дикарка-адептка.
Абсолютно голая: стройная, высокая, с густой копной вьющихся волос. Она была неправдоподобно красива. Смертельно опасна. И на меня смотрела совершенно недобро.
— Помоги мне, — шепнула я, с упавшим сердцем следят за тем, как девушка меня рассматривала. 
С небольшим любопытством — без сожаления, сострадания и, уж подавно, без желания помочь. Присела на корточки и склоняла голову то вправо, то влево. Презрительно кривила губы и будто сама с собой вела спор —  смогу я туда выбраться или нет.
— Не знаю, чем я тебе насолила, но помоги мне, пожалуйста, — обронила я без особой надежды на спасение. — Я не хочу умирать.
Девушка не отвечала, всё с тем же равнодушием рассмотрела на меня и ждала. Чего? Наверное, что будет дальше. 
Я умолкла. Поняла, что просить и умолять бессмысленно, этому зверю глубоко плевать на мои страдания и страхи. Поэтому я сделала очередную попытку найти что-нибудь, за что бы могла ухватиться. 
Самые ближние кусты были, как назло, рядом с девушкой. Но до них — как минимум, пара метров, а стало быть, не дотянуться. 
От бессилия я тяжко вздохнула, ещё немного проседая в болото.
— Ты пахнешь как человек, но ты не простой человек. Ты выглядишь как человек, но ты не человек. Что ты? — первый раз за все время я услышал её голос. Тихий, рванный, чуть рычащий.
Девушка сузила глаза, по-прежнему пристально меня изучая.
    
Глава 30
Елисия
— Я... — мотнула головой, не понимая, что она от меня хотела услышать. Но дикарка дёрнулась, бросая взгляд куда-то в сторону, и я тоже покосилась.
Тишина, а следом голос, которого не ожидала услышать:
— Я же сказал, оставь её в покое! — темноту нарушило какое-то движение, и через несколько секунд между деревьями остановился силуэт. На самом деле, увидев дикарку, я жутко испугалась, что она добила Войра, и теперь он где-то лежат мёртвый. А то, что вторым волком была именно пара Крома, осознала, уже подгоняемая страхом оказаться в их клыках. — Я просил тебя держаться от неё подальше! 
Несмотря на ранение, оборотень двигался ровно. Плавно. Словно хищник, вновь готовый к сражению, знающий свою силу и уже оценивший противника. Только, в отличие от девушки, не спешил оказаться перед моими глазами во всей своей природной красоте — и на том спасибо. Не уверена, что моя психика выдержала бы следующий удар.