Обжигающая тишина
Его лицо мрачнеет, напряжение волнами расходится от него. Я испугана. Я еще не видела Трэя в таком состоянии. Это не тот человек, за которого я едва не вышла замуж.
Но я продолжаю, несмотря на растущий страх.
– Я уже сказала тебе, в чем состоит мое намерение. Мне нужна правда, любой ценой, даже если он виновен. И я хочу, чтобы мы наконец нашли Мэрили. Мне нужно завершить это дело. Пока все здесь очерняют меня как врага, который сеет раздоры, я хочу лишь того, чего хотят все остальные. Чего хочет Джейкоб Цуканов и его сыновья, чего они заслуживают. Я сказала об этом Джейкобу.
Прежде чем мой голос ломается и я начинаю дрожать, я круто разворачиваюсь и направляюсь к выходу. С моей стороны было непростительной глупостью прийти сюда. Да, я могу быть тупой не хуже остальных. Особенно когда речь идет о сексе. Я надеюсь, что защищаю Джеба не потому, что мое либидо снова владеет мною.
Трэй бросается вперед, хватает меня за руку и заставляет повернуться к нему. Я резко втягиваю воздух от удивления.
Джеб моментально встает со своего места. Кэсс поворачивается и смотрит. Весь салун умолкает под тихую мелодию кантри.
Трэй привлекает меня ближе, сжимая мою руку, словно тисками. Он понижает голос до громкого шепота.
– Если он добрался до тебя, если тебе нужна помощь…
– Знаешь, какая помощь мне нужна? – нетвердым голосом спрашиваю я. – Знать, что ты не имел ничего общего с нападением на Джеба вчера ночью.
– Что ты имеешь в виду?
– Откуда эта рассеченная губа? Джеб ударил тебя?
Он моргает. Ему явно есть что скрывать. Холод пробирает меня до костей.
– Не знаю ни о каком нападении.
– Тогда почитай об этом в «Лидере». Он подробно описывает, как трое мужчин в лыжных масках подожгли его дом, а потом постарались убить его.
Он сверлит меня взглядом и не отпускает мою руку. Я чувствую, как шевелятся его мысли в черепной коробке.
– Это была Стэйси, – наконец говорит он. – Она ударила меня.
Я тихо фыркаю.
– Неплохой вариант. А теперь отпусти меня, если не хочешь затеять драку в баре твоего приятеля Зинка, потому что Джеб уже собирается отделать тебя, а двое полицейских наблюдают за нами.
Он медленно отпускает мою руку, и я ковыляю к выходу. Потом распахиваю двери. Яркий свет заходящего солнца бьет мне в глаза.
– Ты падальщица, Салонен! – вопит кто-то из толпы.
– Кастрировать ублюдка!
– Пусть скажет, где закопал Мэрили!
Я иду вперед, не глядя по сторонам. Полицейские сдерживают вопящую орду. Во рту пересохло, сердце стучит, как басовый барабан. Я жду, когда в меня запустят гнилым помидором.
Вырвавшись из объятий толпы, я бегом поднимаюсь по бетонной лестнице, ведущей на улицу, и нахожу свой автомобиль на горнолыжной стоянке. Кто-то засунул скомканную записку под стеклоочиститель на лобовом стекле. Я вырываю ее.
«Сука! Предательница!»
Я сажусь за руль со скомканной запиской в кулаке. Я ожидала этого, и теперь мне придется проглотить это. Я наклоняюсь вперед, включаю зажигание и вижу внедорожник моего отца, припаркованный в нескольких машинах от меня. Джеб не сможет выбраться отсюда без сопротивления. Я уже не верю, что полиция может воспрепятствовать этому.
* * *
Энни Пирелло смотрела, как Рэйчел Салонен бегом поднимается по лестнице. Потом она посмотрела на своего шефа Адама Лефлера, стоявшего на другой стороне площади у дверей салуна. Как и остальные, он был в мундире и носил бронежилет. Хол Бэнрок по прозвищу «Скала» подошел и заговорил с ним. Их жесты выдавали взаимную напряженность. Энни нахмурилась, наблюдая за ними.
Леви Бэнрок, сын Хола, числился среди четырех человек, которых Джеб Каллен только что обвинил в лжесвидетельстве, и похоже, что Хол был глубоко раздосадован этим обстоятельством.
К телевизионному фургону CBC присоединились репортеры из CTV и Global. Назревающий скандал привлекал жадное внимание. То обстоятельство, что обвинения Каллена затрагивали самых видных членов городской общины, лишь повышало ценность новостей.
Энни загрузила и просмотрела документальную драму о старой трагедии, созданную Пайпер Смит. Это была захватывающая история в духе «Твин Пикс». Теперь, с возвращением Каллена, прошлое возвращалось к жизни, и это было не менее увлекательно, чем второй сезон популярного сериала. С точки зрения Энни, между ее боссом и Салонен определенно существовала какая-то неразрешенная проблема. Потому ли, что Люк Лефлер был младшим братом Адама? Потому ли, что его мать возглавляла расследование и выдвинула обвинение против Каллена? Какой интерес в этом деле имел «Скала» Бэнрок? Как далеко они могли зайти, чтобы старый секрет остался нераскрытым?
Раньше она видела, как Каллен вошел в салун «Шэди Леди». Как и утверждала Салонен, он выглядел не лучшим образом. Тугая повязка со следами крови у него на лбу соответствовала истории об избиении монтировкой. Версия о том, что Каллен совершил поджог и уничтожил собственное имущество, выглядела бессмысленной.
Она подумала о порезе на лице ее босса. Трэй Сомерленд тоже выглядел так, словно участвовал в потасовке, причем совсем недавно.
– На что ты смотришь, Пирелло? – Это был Новак.
Она повернулась к нему.
– На симпатичную задницу Салонен. А ты?
* * *
Куинн отставала от основной группы велосипедистов, спускавших вниз по узкой тропе между деревьями. Ветер задувал ей в уши, глаза слезились, а ноги дрожали после того, как ей приходилось вставать на педалях для торможения. Сегодня они проделали спуск по всему склону Медвежьей горы.
Когда группа вошла в крутой поворот на горном серпантине, педаль Куинн зацепилась за выступающий корень. Девочка слишком быстро ударила по тормозам и вылетела из седла. Она совершила переворот в воздухе над рулем велосипеда и с глухим стуком приземлилась на спину. Боль была такой сильной, что она не могла дышать. Она смотрела на темные еловые ветви с кусочками неба в промежутках и беззвучно плакала. Постепенно ее дыхание восстановилось; она перекатилась набок и встала на четвереньки. Потом замерла, когда услышала шум в лесу. Ее сердце затрепыхалось в груди; она была совершенно одна.
Бурундук с возмущенным писком юркнул в подлесок.
Потом Брэнди прикатила обратно на велосипеде.
– Эй, детка! – Она положила свой велосипед. – Ты в порядке? Давай-ка посмотрим на твою коленку.
Только тогда Куинн заметила, что она до крови ободрала колено. Брэнди усадила ее на замшелый валун и раскрыла походную аптечку у себя на поясе. Она очистила колено Куинн и наложила бактерицидный пластырь.
– Теперь порядок?
Куинн поджала губы и кивнула. Ей хотелось вернуться к Рэйчел.
Брэнди подобрала велосипед Куинн, проверила его и прислонила к валуну. Она немного помедлила, странно глядя на девочку.