Обжигающая тишина
Взгляд Кэсс становится серьезным, когда она распознает подтекст моих слов.
– Значит, мы должны продолжать во что бы то ни стало, даже если ваше имя всплывет в потенциально негативном контексте?
Она испытывает меня на прочность.
– Даже в таком случае. – Я поочередно обмениваюсь взглядами с членами моей редакторской группы – с Блейком, Томасом, Пейтоном, у меня маленькая команда, дополненная несколькими фрилансерами и колумнистами. – Удачи, ребята! – Я улыбаюсь. – Джонас прав, это крупное дело. Давайте потрясем клетки и посмотрим, что выпадет наружу.
Я оставляю Кэсс заканчивать совещание. Но когда я иду к моему офису, то ощущаю серьезность того, что я привела в движение, и тонкие щупальца страха закрадываются в мое сознание. Сноу-Крик может быть похож на зимний Диснейленд для горнолыжников, который принадлежит к всемирной сети снежных развлечений. Но, как и в любом маленьком городке, под поверхностью зияют глубокие и опасные трещины, где рыскает старое зло.
Зло, которое мы могли высвободить прямо сейчас.
* * *
– Не лги мне, черт бы тебя побрал! – Лили стиснула в руках футболку Адама, которую он носил вчера. Ее лицо покраснело и заплыло от слез. – Вот, понюхай. – Она сунула воротник ему в лицо. – Это не мои духи. Кто она? Как долго это происходит? Больше года?
Адам уперся руками в кухонную столешницу, опустив голову, и сделал глубокий вдох.
– Сейчас я не могу разбираться с этим.
– Вот как, ты не можешь? А как же я, как же дети? Или все вокруг уже знают, что ты спишь с другой женщиной? Все знают, кто она такая, кроме меня? Они считают меня полной дурой? Смеются у меня за спиной?
Он слышал подступающие слезы за ее сбивчивой речью, возвращение старой паранойи.
– Нюхай! – потребовала она и сунула футболку ему в лицо.
Он развернулся и перехватил ее запястье. Его взгляд лазерным лучом пронзил ее.
– Я чую запах водки. Сейчас десять утра, ты пьяна, а мне пора на работу. – Его сердце гулко билось, на верхней губе выступил пот. – Где мальчики?
– Где ты пропадал всю ночь?
– Я о мальчиках, Лили. – Он был рассержен, сильно рассержен. Он думал, что они оставили это в прошлом.
– Стейси Седжфилд отвезла их вместе с Мисси в лагерь для велосипедистов.
– А как они вернутся домой?
Ее плечи опустились, тело обмякло.
– Ты заберешь их? – спросил он.
Она вырвалась из его схватки, отвернулась, охваченная внезапным стыдом.
– Как я могу доверить их тебе после этого?
Адам знал, что, несмотря на ее семейные проблемы и отношения с мужем, дети были самым главным в ее жизни. Она не мыслила себя без детей.
– Тогда я буду в полном порядке, – тихо ответила она, избегая взгляда Адама.
– Когда началось это дело с выпивкой?
Она на нетвердых ногах прошла через столовую и ухватилась за спинку стула. Ее лицо обмякло, набрякшие глаза слезились.
– Когда я снова почуяла ее на твоей одежде. Я… я не знаю, что делать. Мне хотелось отгородиться от этого.
Пот начал собираться у него под мышками, кровяное давление подскочило.
– Ты все еще принимаешь таблетки? Нельзя совмещать алкоголь с антидепрессантами.
Она тупо смотрела на свой ноутбук, раскрытый на столе.
– Ты перестала пить таблетки?
– От них я была как мертвая.
Адам запустил пальцы в свою густую шевелюру. Он не знал, как справиться с этим. С одной стороны, он был зажат между своей матерью с ее ранним слабоумием, а с другой – между своей депрессивной и параноидной женой. Здоровье его матери быстро покатилось под уклон после того, как Люк был убит в бою. Между тем у Лили был тяжелый период после рождения их младшего сына Майка, когда она испытывала клинически подтвержденную послеродовую депрессию. Адам мог справиться с физическими проблемами. Он мог многое исправить работой мышц, грубой физической силой. Но хрупкие механизмы человеческой психики – особенно женской психики – оставались для него тайной за семью печатями. До того как Лили поставили диагноз, Адам считал депрессию некой прихотью, которой можно следовать или не следовать по желанию. Потом она занялась самолечением и втянулась в порочной круг, где выпивка чередовалась с периодами паранойи во время похмелья. И все это время она изо всех сил старалась производить впечатление хорошей матери и идеальной жены высокопоставленного сотрудника полиции. В конце концов она не выдержала, и он был вынужден обратиться за медицинской помощью. После лечения ей стало лучше. Он думал, что худшее осталось позади… а теперь это.
Вот и награда за отказ от работы его мечты и переезд в Сноу-Крик ради семьи. Все рассыпалось, как бы он ни старался удержать ситуацию под контролем.
– Тебе нужно снова обратиться к доктору Беннету, – мягко сказал он. – Запишись к нему на прием, хорошо? Ты сделаешь это для меня? Позвонишь мне на работу после того, как договоришься с ним?
Она судорожно вздохнула и крепче ухватилась за спинку стула. Ее плечи вздрагивали, но слез не было.
– Сделай это ради нас, – сказал он. – Ради мальчиков. Ты не можешь снова уйти в запой. Нужно вернуться к медицинскому лечению, и тогда мы вместе справимся с этим. Сохраним семью.
Она сглотнула. Часы на кухне громко тикали.
– Пожалуйста, скажи мне, где ты был вчера ночью, до пожара? – Ее голос был тонким и умоляющим. Адам внезапно увидел перед собой молодую Лили, – женщину, которую он полюбил. Чувствительную и уязвимую. Творческую натуру. С ней он чувствовал себя сильным мужчиной, способным защитить ее. Это было соблазнительное ощущение, особенно приятное для Адама, который всегда считал себя храбрым защитником. Бравым полицейским.
– Мне нужно было закончить кое-какую административную работу, а потом начался пожар, – сказал он. – Все экстренные службы отреагировали должным образом. Сейчас мне нужно вернуться в офис, а тебе – позвонить доктору Беннету.
– На сайте «Лидера» сказано, что пожар начался где-то между часом и двумя часами ночи. – Лили кивнула в сторону раскрытого ноутбука. Адам заметил, что она открыла страницу срочных новостей «Сноу-Крик Лидер». – Где ты был до пожара? Ты не мог все время находиться в участке.
– Эй, – он подошел ближе и взял ее лицо в ладони, – пожалуйста, не беспокойся. Да, я находился в участке. Так много всего происходит… настали дурные времена.
Она покосилась на ноутбук.
– Ты имеешь в виду возвращение Джеба Каллена?
Адам замер.
– Что?
– Это есть во всех срочных новостях. В Twitter и Facebook. Сегодня в пять вечера он дает эксклюзивное интервью в салуне «Шэди Леди». Он утверждает, что приехал сюда для доказательства своей невиновности. Он хочет выяснить, кто на самом деле убил Мэрили и где находится ее тело.