Обжигающая тишина

– Сюда, пожалуйста. – Она проводит меня в некую камеру с металлическими столами между пластиковыми перегородками. Стены и ковровые покрытия выдержаны в серых тонах. Сейчас внутри находится лишь один сотрудник; остальные столы стоят пустыми.
– Прошу вас, присядьте вот здесь. Вам принести воды? Можете рассказать, что случилось? – Она смотрит мне в лицо.
Я вытираю лоб, и мои пальцы липнут от крови, оставшейся после удара Куинн. С некоторым потрясением я понимаю, что выгляжу как жертва разбойного нападения. Я с головы до ног покрыта серой ледниковой пылью, волосы спутаны в бесформенную массу, на лице кровь.
– Ничего страшного. – Я смотрю на кровь у себя на руке. – Я спустилась с горы на мотовездеходе и очень спешила попасть в школу. У моей племянницы возникли… неприятности.
Женщина приподнимает левую бровь и смотрит на меня широко распахнутыми фиалковыми глазами.
– Ударилась головой при старте новой канатной гондолы, – объясняю я. – Со мной все в порядке. Я хочу поговорить с Адамом.
– Вы имеете в виду констебля Лефлера, заместителя начальника?
Теперь я понимаю, что она говорит с французским акцентом.
– Мы старые знакомые. Я знаю, что он здесь, поскольку видела его за окном.
Что-то мелькает в ее взгляде. Она отодвигает стул от ближайшего стола.
– Пожалуйста, подождите здесь.
Я остаюсь стоять, пока констебль Пирелло уходит по коридору. Несмотря на тяжелый оружейный ремень и бронежилет, ей удается придавать своей походке чрезмерно уверенный, даже соблазнительный вид. Я невзлюбила ее с первого взгляда.
Она возвращается по коридору вместе с Адамом. Пирелло тихо беседует с ним на ходу. Он поднимает голову и слегка вздрагивает при виде меня.
– Рэйчел, – он быстро подходит ко мне, – что происходит? Что случилось?
– Я ехала с горы на мотовездеходе и ушибла голову. Адам, мы можем поговорить наедине?
Он колеблется и смотрит на Пирелло.
– Это насчет инцидента с твоей племянницей в начальной школе?
– Да… отчасти.
– Это констебль Энни Пирелло, – говорит Адам. – Ее недавно перевели к нам из Монреаля. Она приняла вызов из школы, поэтому будет лучше, если она услышит все, что ты хочешь рассказать.
Пирелло снова бесстрастно глядит на меня своими фиалковыми глазами. Настороженная и внезапно раздраженная, я откашливаюсь и смотрю в сторону его кабинета в дальнем конце коридора. Пожалуй, будет разумнее дать задний ход.
– Прекрасно, – говорю я. – Меня интересует, выдвинул ли кто-то из родителей обвинение против моей племянницы или написал жалобу. Не знаю, что обычно происходит в таких случаях.
– На данный момент нет никаких обвинений, – говорит Пирелло. У нее забавная маленькая щель между передними зубами, которая странным образом тоже добавляет ей сексуальности. По какой-то причине это еще сильнее раздражает меня.
Я утираю рукавом кровь со лба.
– Девочки рассказали, почему началась драка?
– Никто из них не захотел говорить. – Пирелло удерживает мой взгляд, как будто ждет, что я проговорюсь и сообщу ей какую-нибудь полезную информацию.
– Насколько я понимаю, на школьной территории появился мужчина, который прекратил драку, – решительно говорю я.
Пирелло кивает, но хранит осторожное молчание.
– Судя по всему, девочки рассказали директору, что этот мужчина наблюдал за моей племянницей во время перерыва на ленч возле бейсбольного поля. Миссис Дэвенпорт говорила вам об этом?
– Да.
Мое раздражение возрастает.
– И она сказала вам, что он следовал за ней до ближайшего магазина, где купил ей сладости?
– Все верно.
– Так что же случилось? – требовательно спрашиваю я. – Вы выяснили, кто он такой? Чего он хочет?
– У нас есть общее описание от девочек и двух учительниц, но ваша племянница не подтверждает их версию событий. Если она может что-то добавить, то наверное…
– Я хочу узнать от вас, кто он такой, – отрезаю я. – Он… он известен полиции? Может быть, он опасен?
Я замечаю, что Адам странно смотрит на меня.
– Мы не знаем, кто он такой, мэм, – говорит Пирелло. – Возможно, это просто добрый самаритянин, который решил вмешаться, когда увидел школьную ссору.
– Тогда почему он не дождался прихода учительниц?
– Мы еще не знаем, Рэйчел, – вмешивается Адам. – Мы опросили ближайших соседей и поговорили с продавцом из магазина. Пока нам удалось выяснить, что его рост примерно шесть футов и два дюйма и у него темные, довольно длинные волосы. Смуглое лицо. Он носит кожаную куртку и ездит на мотоцикле.
На мотоцикле.
– Куинн Маклин упоминала о чем-то еще? – спрашивает Пирелло.
Странное неприятие, близкое к отвращению овладевает мной, когда я слышу, как эта полицейская произносит фамилию моей племянницы и моей погибшей сестры. Вместе с этим приходит острый укол страха от того, что эта Пирелло может покопаться в деле и выяснить, что Куинн родилась от опасного преступника.
Мне совсем не нужно, чтобы копы – или кто-либо еще в городе – установили связь между Джебом и Куинн. Внезапно я чувствую себя пойманной в ловушку. Все происходит слишком быстро, и у меня не хватает времени на размышления. Я хватаюсь за край стола от усталости и головокружения.
Адам прикасается к моей руке.
– Рэйчел, ты уверена, что с тобой все в порядке? Тебе что-нибудь принести?
Я поднимаю руку.
– Все нормально. И нет, Куинн не хочет мне ничего рассказывать. Ей приходится очень тяжело после смерти родителей, и мы стараемся как-то пережить это. Я… я просто беспокоилась. Насчет потенциальных обвинений и особенно насчет личности этого мужчины. Мне пора идти; Куинн ждет меня в автомобиле.
Пирелло и Адам обмениваются быстрым взглядом.
– Если она что-нибудь упомянет, – начинает Пирелло.
– Я обязательно позвоню. Спасибо.
Я направляюсь к выходу, совсем не уверенная в том, что делаю, но интуиция подсказывает мне держать рот на замке. Если Куинн узнает от кого-то из города, что ее отца считают убийцей и насильником, это окончательно разобьет ей сердце.
Адам догоняет меня. Он берет меня под локоть и протягивает руку, чтобы открыть дверь, ведущую в приемную.
– Не беспокойся, – тихо говорит он. – Мы будем присматривать за этим парнем. После Дня благодарения я выставлю полицейский патруль рядом со школой. – Он мнется и смотрит мне в глаза. – Ты уверена, что больше ничего не хочешь сказать?
Ага. Теперь, когда Пирелло нет рядом, ты хочешь поговорить.
Я твердо выдерживаю его взгляд.