Автостопом со сводными братьями (СИ)

Быстро бегу сквозь кусты и деревья. Ночной воздух врывается в мои лёгкие, заставляя сердце бешено колотиться.
- Веснууушка, ты где? - слышу позади себя голос Алекса. Он нараспев тянет букву "у" в ненавистном прозвище. Мороз по коже!
- Так ты только делаешь нас всё более сердитыми, малышка! - с издевательской интонацией усмехается Дэн. - Ты же всё равно далеко не уйдёшь.
Я чувствую себя ланью, загнанной в тупик двумя волками. Очень голодными волками.
Сердце колотится где-то в горле. Прохладный июньский воздух ничуть не освежает разгорячённую кожу. Абсолютно не представляю, куда они меня привезли, однако полностью уверена, что это всё не к добру. Совсем не к добру.
Я прячусь за деревом. Стою очень тихо и стараюсь не шевелиться. Собственное дыхание кажется чересчур оглушительным.
Чуть вдалеке я вижу силуэт высокого темноволосого парня. Он ступает аккуратно, но я всё равно замечаю его. Начинаю пятиться назад в темноте, надеясь остаться незамеченной. И вдруг спиной наталкиваюсь на что-то твёрдое.
- Тихо, маленькая, не кричи, - шепчет мне на ухо старший, зажимая ладонью рот.
Другой парень подходит спереди и проводит пальцами по щеке, заботливо убирая выбившиеся из причёски пряди.
- Ну что ты перепугалась, глупышка, - его ладони скользят всё ниже по моей шее, слегка царапая грубой кожей ложбинку между ключиц. Я дышу глубоко, всем телом ощущая странный трепет. Страх и что-то ещё... Что-то более тягучее и острое, пронзающее низ живота тысячей иголок. Дышу часто-часто, но это совсем не помогает мне успокоиться.
Руки того, кто схватил меня сзади плотнее притягивают к себе. Он удерживает меня, поглаживая низ живота. Тот, что спереди ласково надавливает на затвердевшие вершинки на груди.
- Хм... - рассуждает он вслух, - готов поклясться, это не от холода.
Я отчаянно мотаю головой, и смотрю на него во все глаза.
- Ты специально так трёшься об меня? - уточняет тот, кто удерживает сзади. - Ты же понимаешь, что тебе это совсем не на пользу, Веснушка?
Моё ухо обдаёт его горячее дыхание. Кожа моментально покрывается мурашками. Парень делает недвусмысленное движение бёдрами навстречу моей попке, и я ощущаю всю его твёрдую решимость.
- Я отпущу ладонь, но только ты не кричи, хорошо? - просит он.
Я киваю, и он убирает ладонь.
Мне больше не хочется бежать. Конечно, быть зажатой между этих возбуждённых охотой парней - крайне опасно и даже безрассудно. Хорошая девочка внутри кричит, чтобы я вырывалась из крепких объятий до потери сил. Но та, другая, плохая и распущенная девчонка уговаривает чуть податься ягодицами назад и выгнуться в спине, выпячивая грудь навстречу нахальным пальцам. Ведь ещё недавно я не была такой... Честно! Это всё они виноваты! Мои невозможные сводные братцы! За каких-то несколько дней с момента нашей первой встречи им удалось превратить меня в...
- Не бойся, маленькая, - перебивает мой внутренний монолог тот, кто всё ещё ласкает грудь через тонкую ткань пижамы. Боже! Они похитители меня ночью прямо из постели!
- Да, сегодня мы приготовили нечто особенное, - ухмыляется тот, что сзади, - для нашей младшенькой сестрёнки.
Они вдруг отпускают меня. Все прекращается. Их касания и пошлые намеки. Я едва сдерживаюсь от того, чтобы не издать разочарованный вздох. Что за дурацкие игры? Мне ни капли не смешно!
– А теперь, сюююрприз... – тянет Дэн и хватает меня за руку, утаскивая за собой в сторону богатых особняков.
Клубок колючего страха все еще сидит во мне. Изнутри сжимает, и начинает пульсировать, когда я бросаю косые взгляды на бейсбольные биты. Они же не собираются убивать меня этим оружием? "Господи! Дай сил пережить эту ночь!" – на всякий случай прошу я, хотя братья выглядят достаточно дружелюбно, если конечно не считать их деревянных друзей.
Молча выходим на дорогу. Они тащат меня к одному из особняков. Меньше, чем у их отца, но все равно достаточно большому. Мне не известно, какое отношение Дэн и Алекс имеют к этому дому, но они явно не являются его хозяевами, исходя из того, что на территорию мы попадаем через забор.
 
Сначала парни перекидывают на зеленый газон биты, потом Дэн с легкостью сигает на ту сторону, а Алекс, легко приподняв меня, помогает и мне забраться на самый верх, откуда меня уже снимает младший брат. Хочется спросить что мы тут делаем и чей это дом, но я решаю не накалять обстановку. Мне и так довольно страшно.
В итоге я все же не выдерживаю, останавливаюсь и задаю наболевший вопрос:
– Чей это дом? Мы что тут делаем? – в голосе уже дрожат истерические нотки.
– Знаешь, Веснушка, – Алекс с нежностью обращается ко мне, заправляя непослушную прядь волос мне за ухо. – Один нехороший дядя имел наглость обидеть маленькую чистую девочку. Запугал и поступил с ней весьма жестоко. Он должен ответить за содеянное.
– А мы ему в этом немного поможем, – добавляет Дэн с улыбкой на лице. Он недвусмысленно постукивает битой по своей ладони в такт тому, о чем говорит.
Я сразу понимаю о чем речь, и стрела ужаса пронзает меня физической болью.
– Не смейте даже думать об этом! – говорю на повышенных тонах, но стараюсь делать это тихо, все таки мы уже на вражеской территории. Надо было набраться смелости и выяснить суть их плана раньше!
– Разве ты не хочешь наказать его? – удивляется Дэн.
– Не хочу! – грубо отвечаю. – Вы слышите?! Не хочу! Пусть все останется так, как есть. Давайте, не будем портить себе жизнь! Уйдем, пока нас не заметили.
– Ты глупая, Веснушка, – обращается ко мне старший. – Он поимел твой маленький невинный ротик, а ты простила?
– Если бы не он, – добавляет Дэн, – ты бы сейчас с удовольствием насаживалась ртом на наши приборы, а не рыдала бы, завидев перед лицом эрегированный член! Так что это уже личное!
– Дэн! – Алекс с укоризной сморит на брата. – Перегибаешь, – он кивком указывает в мою сторону.
– Нет! – не соглашается младший. – Я с самого первого дня хочу этот сладкий ротик, и если на пути к этому стоит озабоченный старикашка, я должен с ним разобраться.
– Не переживай, малышка, – говорит мне Алекс, – убивать его мы не станем. Ты можешь быть спокойна!
– Да как вы не понимаете! – я вскидываю руки. – На него мне плевать! А вот нас ждут большие неприятности! Даже находиться здесь опасно! Возможно, он уже знает, что мы здесь и сейчас спустит бешеных псов, или пришлет охрану! Этот человек опасен! Он бандит! Жестокий и влиятельный!
– Хватит наводить панику, Веснушка, – нападает на меня Дэн. – В этом городе уж точно нет никого влиятельнее и опаснее нашего отца, так что твой насильник лишь жалкая вошка.
– В принципе, согласен, – кивает Алекс. – Так что пошли.
Издаю животный рык. Как еще убедить их не вмешиваться, пройти стороной?! Я видела и более жуткие вещи, происходящие в доме этого мужчины, поэтому поверить в то, что он зарежет маму на моих глазах труда особо не составило.
– Пожалуйста, прошу вас, давайте вернемся пока еще не поздно! – умоляю я. – Мне страшно! И не только за себя. За вас в первую очередь. Если что-то пойдет не так, мы все можем погибнуть.
– Хватай ее, – командует Дэн и старший брат без особых усилий взваливает меня себе на плечо.
Я пихаюсь и брыкаюсь. Хочу освободиться. Даже кусаю Алекса в плечо, за что получаю смачный удар по заднице.
– Блядь, Веснушка, хватит вертеть попой, - вздыхает он, поглаживая место удара. - А то я за себя не ручаюсь, – произносит, нагло ухмыляясь.
Оставляю попытки заполучить свободу и безвольным мешком повисаю на крепком плече. На меня накатывает какая-то безысходность и хочется заскулить, как побитая собака от того, насколько пугает меня происходящее.
 
Глава 7
В дом мы попадаем через открытое окно. Сразу оказываемся в большом холле. Я перестаю возмущаться, потому что это бессмысленно, и потому что нарушать тишину сейчас очень опасно.
Раньше мы жили в другом доме, поэтому я понятия не имею, куда идти дальше. Передвигаться по особняку приходится вслепую. Наобум. Братья предполагают, что спальня Эдуарда Романовича (да, его имя я запомнила и, скорее всего, теперь уже никогда не забуду) находится на втором или даже третьем этаже.