Подземный мир Лайама

— А почему ты спрашиваешь меня?
— Потому что там, в Горнихолле, сражаясь с роботами, ты назвал того стрика крючконосым. Я запомнил это, еще подумал, он что, его видит? Так ты его видел, Салли?
— Ну всех ты на чистую воду выведешь, Лайам, ну как так можно? Да, я знаю, как он выглядит.
— Ты взломал этих роботов и уже поразил компьютеры Сияющего Града? — буднично поинтересовался Лайам, смотря на закат.
— Он что, такое может? — спросил Нурлан.
Лайам улыбнулся:
— Думаю, может.
— Да ничего я не могу! Сначала надо их найти, пощупать системы, размяться, а без этого как-то опрометчиво!
— Откуда же ты знаешь про старика?
— Вероятности, — пространно ответил компьютерный мужчина, сверкнув белыми зубами.
— Это Ястреб, верно?
— И опять ты угадал, Лайам Ли Кадами. Я говорил, у тебя чутье, ты читаешь вероятности! — ухмыльнулся Салли.
— Он еще жив? Вы шутите? — охнула Калисса.
— Он очень старый, но люди там могут жить долго. Он жив. И он безумен, — ответил Салли.
— Я заметил.
— Земная труха, кто он? Тайный повелитель мира? — воскликнула Калисса.
— Очень надеюсь, что нет, — проворчал Лайам. — Но этот дед был не случайный оператор робота, который решил поиграться с преследованием какого-то парня. Похоже, он директор, так его называли. И двести лет назад в его полномочиях уже были взрывы городов. Замечательно, меня преследует безумный старик, владеющий техникой богов.
— Ты думаешь, ты мог бы ему противостоять? — спросил Нурлан.
— Играючи. Это просто безумный старик. Посмотри, имея роботов и силы, он ничего не смог со мной сделать. Потому что увлечен какими-то глупостями, мыслями о собственном превосходстве и игрой.
— Это плохо для директора подобной тайной службы, что управляет миром, — признал Нурлан.
— Я уже минуту наблюдаю, как едва заметно меняется твое лицо, но я наблюдательный, — проговорил Лайам.
Салли усмехнулся и поддел его локтем:
— Представь, что читает тот, кто способен считывать все микродвижения глаз и мышц, но я ничего не скажу. Этот человек тебе нужен Лайам. Кто бы он ни был.
— Но ты со мной или против меня Нурлан? — спросил Лайам.
— Я просто странствующий мыслитель и боец, я свободный человек, и делаю то, что сочту нужным. Я очень не люблю лидеров, Лайам Ли Кадами, которые требуют безоговорочного подчинения только себе.
— Но должны же мы знать, может ты вонзишь нам завтра нож в спину! — воскликнула Калисса.
— Тише, пусть говорит, — остановил ее Лайам.
— Я сам решаю, что для меня правильно.
— Меня это устраивает, — ответил Лайам.
— Устраивает? — вспылила Калисса. — А меня нет! Кто знает, что он замыслит дальше! Я вообще его не понимаю! Так ты останешься с нами или однажды просто кинешь, а, Нурлан?
— С тобой мне бы хотелось остаться на долгие годы.
— Я так и не поняла, что ты такое. Человек ли ты!
— А машина может сомневаться в приказах?
— Одна может и делает это постоянно, — проворчал Лайам, кивнув на Салли.
— Скажи, что ты в нем видишь! — насела на Салли Калисса.
Тот оглядел татуированного бойца с прищуром:
— Ничего примечательного. Скелет из сверхпрочной облегченной стали, усилители мышц. Датчики в голове, стимуляторы нервных импульсов.
— Земная труха, он робот! — выдохнула Калисса.
— Нет, — резко сказал Нурлан.
Салли рассмеялся:
— Да брось ты, девочка, ты слишком дика и привередлива. На Тейе среди людей военных профессий подобное было распространено. И он не киборг какой-то. Этих технических улучшений в его организме не больше, чем живой ткани. Всего тридцать семь процентов.
— Ах, он на тридцать семь процентов робот, и мне от этого должно быть легче?!
— Кроме скелета, там не так много стальных частей. Это все органические и вероятностные устройства. Техника старовата, конечно, но здесь у вас немного утратили знания даже боги, это видно во всем. На Тейе аппаратура внутри такого оперативника была поизящней и более органической.
— Похоже, ты и правда видел Тейю, — признал Нурлан.
— А что видел ты? Что ты скрываешь? — спросил Лайам.
— Я тоже вас изучаю. Но верно одно, мне не нравится, что делали эти так называемые боги раньше, и что они делают сейчас. Я был против, поэтому сбежал. И я хочу, чтобы вы их остановили. Боги делают что-то не правильное, я это чувствую.
— Если хочешь, чтобы остановили, помоги.
Нурлан сидел, молча глядя на закат, на силуэты покосившихся зданий и разорванных блоков, топорщащихся балками.
— Я много думаю, почему я оказался здесь, с тобой? Неужели того хотела судьба? Зачем меня снова ввергли во все это? Роботы, эта организация, я хотел это все забыть, жить своей жизнью. Но вот я здесь, и меня постоянно ставят перед выбором.
— Ты здесь, чтобы сделать этот выбор, и сделать что-то для этого мира, как всегда хотел.
Нурлан взглянул на него с усмешкой:
— Манипулятор. Думаешь со мной получаться твои штучки? Но как ты узнал, что я всегда хотел? Просто угадал? Прочитал по глазам?
— Интуиция, мой друг.
— Что ж, я расскажу кое-что, что наверняка заставит вас верить мне больше, так Лайам? Сыграем в эту игру?
— Давай.
— Эта организация, что уничтожает города, вмешивается в мировую историю, в дела государств, устраняет лишних и возвышает нужных, называется Сфера Порядка.
— Ну наконец! — хлопнула его по плечу Калисса. — Что ты знаешь об этой сфере?
— Не так много. Вы уже узнали и сами немало такого, что было тайной поколений, и я не понимаю, как вам это удается. Ястреб… Как этот пацан просто догадался, что крючконосый из древней сказки ящеров это тот, что его преследует? Как он попал в нужную комнату во всем Горнихолле, когда его преследовали роботы? Как, Лайам, ты это делаешь?
— Меня ведет судьба, — широко улыбнулся Лайам.
— И помогает компьютерный бог! — вставил Салли, тоже сверкнув ослепительной улыбкой.
— Не сочиняй, — отрезал Лайам. — Я сам до всего дохожу, а ты просто удобный реквизит.
Калисса нетерпеливо оборвала их, сверля Нурлана глазами:
— А ну говори, откуда ты знаешь про эту Сферу Порядка? Ты там работал?
— Да, был оперативником. Но я сбежал раньше, чем сделать карьеру, — развел руками Нурлан.
— Ты жил в этом городе, почему ты про него ничего не можешь рассказать? Почему, Нурлан?! — вскочила Калисса.