Дождь до конца осени
Силы после экстремального перемещения медленно, но возвращались. Хочет дама поговорить и похвастать своими эльфийскими корнями? Прекрасно. Лессе это только на руку. Узнает много нового, а ещё хоть немного восстановится и придумает какой-нибудь путь спасения. Ведь должен же он быть, этот путь. Нужно только отыскать его. А пока нужно продолжать эту безумную беседу.
– Твой отец настоящий эльф? Врёшь!
Ой, кажется, переусердствовала, как бы не убили прямо сейчас.
– Я вру?! Да как ты смеешь!
Сейчас задохнётся от возмущения. Как бы хорошо было. Не задохнулась. Жаль. Лиэла эд'Скьюзи взяла себя в руки и продолжила:
– Я эльфийка! Эльфийка, ясно тебе! Артефакт признал меня! Вместе с моим истинным мужем мы сможем им управлять! Если эти гордячки не хотят признавать нас, полукровок, мы создадим новую расу! И выжившие будут нашими рабами! И даже гордые эльфы придут к нам на поклон! Они ничто без моего артефакта! Просто вымрут.
– О-о-о, – озадаченно протянула Лесса, – какие планы. Но, позволь узнать, кто же твой муж? Уж не то ли женообразное нечто, выряженное в бутафорские эльфийские тряпки, прикрытое дрянной иллюзией, и которое вечно кусала бедняжка Оуви?
– Бедная Оуви. Я её так любила, – Лиэла смахнула из уголка глаза слезинку, долженствующую обозначить любовь. – Она погибла из-за тебя! Ты и за неё ответишь! Это ты виновата во всём!
– Я? – изображать удивление даже не нужно было.
– Да, ты! Всё было рассчитано до мелочей. Собаку старуха принесла Тангриэлю, именно он, лично он, должен был передать её мне! Уже тогда мы провели бы ритуал, и у нас всё бы получилось. А сейчас даже под действием Артефакта Жизни он сопротивляется. И силы для сопротивления он черпает у тебя! Откуда ты только взялась, ничтожная человеческая выскочка!
Значит, Руанель по-эльфийски – Артефакт Жизни. Уже одно название много проясняет. Похоже, и правда, жизнь эльфов каким-то образом завязана именно на нём. Но пока не до этого, нужно продолжать беседу.
– Конечно, Тан сопротивляется. Ведь он любит меня, – Лесса сделала шаг к алтарю, возле которого всё так же безучастно стоял её жених.
– Тебя? Ха-ха-ха, – смех эльфодамы выглядел нарочито-искусственным. – Мало ли кого мужчина использует в своих мужских целях, пока не встретит судьбу, – она взяла Меридита за руку. – Милый, скажи-ка нам, ты меня любишь?
– Да, дорогая, – прозвучал безэмоциональный глухой голос.
– И сделаешь для меня всё?
– Да, дорогая, – даже не повернулся ни к одной из женщин. Стоит и смотрит прямо перед собой.
Это по-прежнему Тан. Её Тан. Только находится под действием зелья, подавляющего волю. Ещё и артефакт этот эльфийский, чтоб ему навеки затеряться в эльфийских лесах!
– Коуф? В той чашке коуфа было что-то помешано, – вспомнила Лесса спешно выпитый Таном напиток в том злополучном кафе.
– В тот раз он опять от меня чуть не ушёл! – зло пожаловалась полуэльфийка. – Но боги на этот раз встали на мою сторону!
– Но ведь Тан не в себе. Зачем тебе нужен такой муж?
– У нас, эльфов, мужчина и не должен быть самостоятельным, я вполне могу всё решить за нас двоих. Жаль, ты не сможешь порадоваться за нас. Впрочем, нет, не жаль, это я так, – немного помолчав и успокоившись, добавила Лиэла.
– Постой! – Лесса даже выставила вперёд руку. – Ты женщина, и должна понять моё женское любопытство. Кто были те люди, у которых Артефакт Жизни находился некоторое время?
– Обычные наёмники, – собеседница презрительно пожала плечами. – Их наняли добыть нужную вещь. Украли в лучшем виде! Глупцы, решили, что могут обмануть меня, высшую! Все получили сполна. И ты получишь. Снимай артефакт!
Снять артефакт? Даже если Лесса лишится разума, ради Тана всё равно сделает это. И она шагнула по направлению к жениху.
– Дура, что ты делаешь! Стой на месте! Я про другой артефакт говорю. Про тот, что связывает тебя и {моего} жениха! Снимай или я… я буду его пытать!
В руках сошедшей с ума дамы появился небольшой серебряный ножичек. Хищное лезвие коснулось щеки мужчины, оставив на ней кровавую полосу. Меридит слегка дёрнулся, но даже не попытался защититься.
– Больно? – прошептала Лиэла. Ещё и облизнулась. До чего же мерзко.
– Да, дорогая.
– Вот видишь, ему больно. Не заставляй его испытывать лишнюю боль, – капризно заявила полуэльфийка.
Шанс у Лессы был. Но он был только один. Если спятившая эльфодама ничего не заподозрит. Если Тан не будет сопротивляться. Если хватит силы. Если, если, если.
– Родовые артефакты активируются только при близком контакте, – уверенно глянув в безумные глаза, заявила Лесса. – Снимаются они точно так же.
– Это что же, ты хочешь, чтобы мой жених тебя прямо здесь?.. – а ведь эта спятившая извращенка вполне может согласиться на подобное зрелище.
– Нет, этого я не хочу. Думаю, достаточно будет поцелуя.
– Целуй, этой малости мне не жалко, – Лиэла снисходительно махнула рукой. – Нет, стой! Сначала я тебя проверю!
Лесса послушно замерла и даже приподняла руки, как при настоящем обыске.
Найденный в кармане юбки кошелёк был тщательно обследован и отброшен в сторону вместе с находящимися в нём монетами.
– Иди, целуй, – презрительно кивнула в сторону Тана Лиэла и добавила: – Я не жадная.
Целовать того, кто покорно замер у алтаря, как приготовленная на заклание жертва, мягко сказать, странно. Как статую. Но это не статуя. Это Тан. Её Тан. Лесса попытается спасти его и злополучный эльфийский артефакт. А там – будь, что будет.
– Тан! – жарко выдохнула в его губы Лесса и прижалась своими губами.
Прикрыть глаза, полностью захватить в плен его рот. Обвить шею руками, ведь мужские руки по-прежнему безвольно висят вдоль тела. Ничего, огня Лессы хватит на двоих. Привычно зарыться пальцами в волосы. Даже хорошо, что любимый не отвечает, а то она бы забыла, ради чего затевался этот поцелуй. Теперь осторожно, словно невзначай, немного передвинуть руку. Ещё чуть-чуть. Коснуться горбинки на носу. Сжать и не прерывать поцелуй.
Время. Оно остановилось или исчезло? Ведь сердце уже совершило много-много ударов, а миг единения, возможно, их последнего единения, длился всего лишь мгновение. Только бы инстинкт самосохранения не заставил Тана оттолкнуть свою сладкую убийцу. Дёрнулся. Сейчас. Сейчас всё случится. Не забыть вдохнуть самой, а то ничего не получится. Вот уже мужское тело тяжелеет. Ещё немного! Ещё вдох.
В самый последний момент крепкие руки обхватили её за талию. Какой же он тяжёлый! Не удержать. В ушах, помимо естественного звона, замирает отчаянный женский визг.
***
Холодная вода моментально привела в чувство. Так усилился дождь?
– С возвращением, молодой хозяин.