Дождь до конца осени
Сейчас скажет про Мэйта какую-нибудь гадость. Всё же при папиных возможностях раскопать подноготную любого жителя королевства большого труда не составит.
– Папа, я помню, что Мэйт вам с мамой не нравится, но давай поговорим о нём после. Итак, что вы можете добавить о расследовании?
Отец одобрительно крякнул.
– Да, дочка, это подождёт. Надеюсь, подождёт. Что мы можем добавить? А что мы можем добавить? – он глянул на подчинённого, который, кажется, уже собирался вздремнуть.
Сколько можно спать?! Хотя, учитывая, что чуть меньше суток назад его приложили парализующим заклинанием, неплохо держится. Папа тоже это понял и заговорил с ним:
– Меридит, если тебе нечего добавить, можешь отправляться отдыхать.
Детектив встрепенулся.
– Да, сказано всё верно. Думаю, сегодня мы уже ничего не решим. Иерина Лесса, вы ведь не можете почувствовать направление, где сейчас находится Руанель?
– Руанель? У артефакта есть имя?
Проговорился? Или позволил узнать чуть больше?
– Да, у артефакта есть имя. Ну так что, вы можете понять, где он находится?
Это она должна была сделать давным-давно: определить хотя бы направление местонахождения. Лесса сосредоточилась. Прикрыла глаза и даже нахмурилась.
– Не напрягайтесь, как я и предполагал, – успокоил иер Меридит. – Его искусно экранируют. А это значит, сегодня мы ничего не сможем сделать. Я могу быть свободен? – понимая, что родным есть, о чём поговорить, он отвесил общий поклон и ушёл с террасы.
***
Отец и дочь остались вдвоём.
– Папка! – Лесса перебралась на колени к отцу и обняла его, как когда-то делала в детстве. – Я скучала. И по тебе, и по маме скучала.
– А мы-то как скучали, девочка. Вернёшься домой?
Лесса покачала головой.
– Это может насторожить похитителей. Скоро они узнают, что нам удалось выбраться из ловушки. Одно дело – попытка убийства двух неудачников – работников захудалого агентства, и совсем другое – дочери начальника отдела расследования магических правонарушений. Мы же ведём тайное расследование? – она заговорщицки улыбнулась.
– Расследовательница ты моя, – папа крепче прижал к себе. – Ты счастлива?
Какой ёмкий и коварный вопрос. Ведь счастье может быть разным.
– Да, папа. Я занимаюсь тем, о чём мечтала всю жизнь.
– Эх, всё-то у тебя не так, как у нормальных благородных фиерин, – нарочито вздохнул отец. – Нет бы, балы-платья-ленточки-побрякушки. Ты же с детства интересовалась магией поиска и расследованиями.
– Папина дочка! – шепнула она и уткнулась отцу в шею.
– Сколько раз я уже пожалел, что таскал тебя с собой на работу, – проворчал фиер Теркан.
– А сколько раз гордился? – хитро глянула на него Лесса.
– Эх, дочка, дочка. Вьёшь ты из папки верёвки!
Лесса внимательно всмотрелась в руку отца. Под её взглядом рука превратилась в крепкий витой металлический трос с угрожающими иглами-крючьями вместо пальцев. Непрозрачный намёк вызвал смех у обоих. И то правда: попробуй, свей верёвку из Теркана эд'Бюрона. Металл, он и есть металл.
– А ты стала другой, дочка.
Понятно, шутки закончились, пора поговорить серьёзно.
– Наверное. Знаешь, папа, самостоятельность, даже такая иллюзорная, какая была у меня, многое даёт. Да и иер Меридит, он… – цензурных слов, чтобы описать напарника, не хватало.
– Есть у него такая особенность – выводить собеседника из себя, причём, невзирая на личности.
– И как ты его терпишь?! – возмущение вышло почти натуральным.
– Я уже говорил, дочка, он – лучший. Знаешь, – фиер эд'Бюрон, не выпуская девушку из рук, стал раскачиваться, – у него были сложные детство и юность. Он имел право озлобиться. Меридит с его талантами мог стать гениальным преступником. А уж когда получил наследство, и подавно. Я счастлив, что он на стороне закона.
Лесса даже дышать перестала. Сейчас раскроется ещё одна из тайн её загадочного работодателя. А тайн у него немеряно. Но папа замолчал. Невинный взгляд, брошенный из-под ресниц, нисколько не ввёл его в заблуждение.
– Если сочтёт нужным, расскажет сам, – пояснил он, осторожно нажимая пальцем на кончик любопытно приподнятого носа.
– Он не воспринимает меня всерьёз, папа!
– Ты – единственная, с кем он согласился работать, – парировал фиер Теркан.
– Заставили?
– Такого заставишь, – со вздохом пожаловался отец. – Шельмец в нашем деле гений, и знает это. Но что мы так много говорим о твоём начальнике? – хитро улыбнулся он. – Меридит так допёк тебя, или же… запал в душу?
– Папа! Ну что ты говоришь?! Как такое могло прийти тебе в голову? Он же невыносим! И вообще, больше ни слова о нём слышать не хочу! И говорить тоже, – она надула губки, раньше перед папой этот трюк прекрасно проходил.
– Хорошо. Давай поговорим о Кордесе, – покорно согласился фиер Теркан.
Лесса скривилась.
– Корд остался в прошлом, папа. И ты это знаешь.
– Ты должна знать одну вещь, дочка, – упрямо продолжил он неприятную тему.
Сейчас скажет, что Корд раскаялся, исправился и, вообще, ведёт самый добропорядочный образ жизни. Даже на балах танцует только с почтенными матронами, которых в неподобающем поведении не додумаются обвинить не только самые заклятые враги, но даже столь же заклятые подруги.
– Папа, я не хочу ничего о нём знать!
– А я всё же скажу. Кордес эд'Пинкрон – неплохой молодой человек, и он заслуживает хотя бы реабилитации, если уж ты окончательно остановила свой выбор на другом.
«На другом». Как обтекаемо высказался. Лесса бросила короткий взгляд на кольцо Мэйта, совсем-совсем тихонько вздохнула и промолчала. Папа был далеко не глуп и во внезапно вспыхнувшую страсть не верил. Прямо скажем, небезосновательно не верил.
– Ты же в курсе, – продолжил он, – как тщательно проверяют тех, кто будет служить в нашем Управлении. Так вот, при заключительной проверке на ауре эд'Пинкрона были обнаружены следы постороннего ментального вмешательства. Сама понимаешь, случай вопиющий и требующий тщательного расследования. Мы и расследовали, – как же не вовремя отец решил сделать паузу, чтобы попить воды. – В ходе расследования выяснилось, что эти следы – вовсе не попытка взять под контроль будущего работника Управления, а банальный приворот. Нашли мы и ту дамочку, что отважилась на подобное, – добавил отец и смолк окончательно.
Вот же актёр! Паузу держит! Так ведь и не расскажет дальше. У Лессы уже закрались подозрения, но они были такими нехорошими, что давать им разрастаться не хотелось, потому что такого просто не может быть. Мэйт не такой! Он спокойный и добрый. Надёжный, как скала. И всё же, неведение её сгложет, в данном случае придётся прижать собственную гордость и попросить папу продолжить.