Блудный папа для сорванца
– Нет, мне нужно сесть, ты меня просто убиваешь, – простонала Сусанна, падая в кресло напротив офисного стола, во главе которого уселся и я, поставив локти на стол и уперев подбородок в сжатые в замок руки. Валяющиеся на столе россыпи бумаг в данный момент показались несущественными, неважными, как гора мусора. И от этого на душе становилось легче. Как будто камень с плеч сбросил и он больше не тянет к земле.
– Как и когда ты это решил? – допрашивала Сусанна, теребя кончик какого-то договора.
– В спортзале решил. Когда поехал выпустить пар, бегал на дорожке и вдруг понял, что вот утро, праздники, а тут жизнь кипит. Все новогодний жирок сбрасывают. Те же клиенты, только место их обитания не ночное, а дневное. Не могу я теперь ночами в клубе зависать, у меня теперь Кирюха. Отец дал номинальную должность в компании, директором по инвестициям поставил. Готовится к тяжбе в суде, чтобы отсудить ребенка, если не получится оформить совместную опеку, а я хочу нормальную семью. Хочу, чтобы Лиза увидела, что я нашел новую работу, а не ту, которая ей не нравилась.
– Фитнес-клуб? Ты правда хочешь стать владельцем спортивного клуба?
– Совладельцем. Если ты в долю войдешь. Я привык работать с тобой, меня ты как партнер полностью устраиваешь. Если не захочешь, просто возьмешь свою долю в денежном эквиваленте…
Она засмеялась. Эта странная женщина, заботящаяся обо мне не хуже матери, разразилась хохотом, почти истерическим, колотя по столу ладонью и наклоняясь над ним, неспособная сдержать смех, похожий на приступ.
– С тобой всё нормально? – я даже привстал, но она рукой показала мне, чтобы сел обратно. Потом взяла салфетку и промокнула слезящиеся глаза с подтеками туши. – Гриш, извини, просто это так смешно. Я полгода задумывалась, ходила вокруг да около, хотела себя подтолкнуть к каким-то переменам, а когда ты мне сказал, что клуб хочешь продать, я спорить захотела и переубеждать тебя. Плакать собралась, что клуб закрываешь, детище наше. А сама полгода думала, как мне всё надоело. Не дура, а?
– Сусанн, ты далеко не дура, но к такому решению нельзя вот так просто прийти, его еще и осознать надо. Думаю, что если бы не Кир, то продолжал бы я и дальше молодежь развлекать…
– Тоже мне, старый нашелся! Нет, Гриш, не стал бы, – она покачала головой и улыбнулась по-доброму. – Помню, как пришла в клуб устраиваться на работу и увидела парня с горящими глазами, с кучей новаторских идей и масштабных планов, которые кому-то показались бы безумными, нереалистичными и амбициозными, но ты горел, Гриш, горел…
– А сейчас потух, что ли? – я рассмеялся, не чувствуя, однако, веселья. Слишком тема серьезная была, да и вернулся воспоминаниями в тот период, который вырыла в памяти ностальгически настроенная Сусанна.
– Не потух. Просто ты прав. Настало время другого этапа. Ты тогда доказал, что не просто сохранил бизнес, оставленный твоими партнерами, чтобы в глазах отца не прослыть богатым бездельником, который не может справиться с серьезным делом. Ты всем доказал, что ты успешный бизнесмен, но сейчас уже не надо никому ничего доказывать. Вернее, надо кое-кому доказать, что ты и с ролью отца справишься. Уверена, что у тебя она отлично получится!
– Пока в этой области полный провал, сын меня проигнорировал, а я на него даже обидеться не могу, поговорить по душам, потому что Лиза просто уехала и забрала его, и всё это ради его блага. Он там с этим ушлепком, – стиснул края стола со злости и скрипнул зубами, – и тоже ради его блага. А мне что делать?
– Гриш, ты же понимаешь, что мальчику нужно время, – увещевала Сусанна, строя страдальческую мину.
– Время я дам, но не хочу до конца жизни делить с другим человеком своего ребенка.
– Когда вы будете жить с Лизой… Кстати, я так и не сказала тебе, что просто безумно счастлива, что вы с ней сошлись! – Сусанна практически пропела эти слова, а у меня на душе скребли кошки. Как далека она была от истины.
– С той скоростью, с какой Лиза принимает решения, мы сойдемся только к нашей общей пенсии и поженимся вместе с сыном, когда он уже себе невесту найдет, – пробормотал я, вспоминая упрямое выражение лица Лизы, которое она так часто принимала. А я не мог ждать! У меня внутри всё зудело от желания дать им обоим столько всего того, что я имею сам! Все блага положил бы к ногам, но ведь не надо им. Ничего не надо! Он даже игрушки не взял, когда уехал. Нормально обижаться на ребенка? Я давил в себе это чувство, не зная, как бы отреагировал правильный родитель. Я себя таковым не ощущал.
– Ну ты перегибаешь, Гриш, не может такого быть, чтобы Гриша Черкасов, небезызвестный ловелас, залайканный в инстраграме, излюбленный герой светских хроник, не мог покорить одну скромную… Кем она там работает?
– Желательно никем, – буркнул я, вспоминая еще один камень преткновения, которых было между нами с Лизой нагромождено не счесть.
– Как это? – удивилась Сусанна, в глазах отразились отблески феминизма.
– Да так, – я заявил без обиняков, не боясь быть обвиненным в ущемлении женских прав, – я считаю, что будет разумно Лизе хотя бы какое-то время не работать и заниматься только ребенком. Ну или давать уроки игры на скрипке. Не зря же она торчала в консерватории несколько лет.
– А она согласится?
Вот я тоже сомневался, как и Сусанна, и передернул плечами.
– Если будет артачиться, придется поговорить с ее руководством. Или купить ивент-агентство, в котором она пропадает с утра до ночи, и в качестве босса ее уволить.
– Гриш, ты не пойдешь на такое! – она аж руками всплеснула, как будто я Лизу собрался посадить на цепь.
– Я пойду на что угодно, чтобы добиться своего. Она просто еще живет в старой реальности, где ей нужно было пахать, чтобы обеспечить ребенка и мужа-увальня. А чтобы смириться с новой реальностью, ей понадобится слишком много времени. У меня его нет, я и так потерял семь лет рядом с сыном…
– Тогда ожидай сопротивления, Гришенька! Не нашлась еще такая женщина на земле, которая бы запросто приняла условия мужчины, без споров и пререканий!
Сейчас
…И как в воду глядела Сусанна. Лиза сначала побледнела, потом задышала бурно и с хрипами, будто ей ударили со всего маха в солнечное сплетение.
– Ты давишь, Гриша.