Достань меня

Актовый зал им предоставили без проблем. После новогодних каникул банда впервые собралась втроём. И удивительно как-то сразу нашёлся общий язык, понимание и схожее чувство музыки. Женя, который не играл на инструментах и не пел, потому что в детстве сбежал из музыкалки ради футбольной секции, все равно почти не пропускал их репетиции. Именно он был первым слушателем ребят, помогал подбирать репертуар. Ковалевский стал тем, кто в один прекрасный день сообщил Антону, что группе чего-то не хватает. А точнее, кого-то. Ударник был очень нужен, и Рублёв не мог этого отрицать. Однако в школе музыканта такой специализации не нашлось. Тогда Антон бросил клич среди своих знакомых, просил помочь ему собрать полноценную банду. Лишь ближе к маю затея удалась, и в группе появился Матвей – парень из соседней школы, который когда-то познакомился с Антоном в музыкалке.
Дебютное выступление могучей четвёрки произошло на последнем звонке и стало настоящим фурором. Выпускницы едва не зацеловали Рублёва, который своим постепенно грубеющим голосом исполнил для них «Три полоски» группы «Animal Джаz». Женя, ощущавший себя кем-то вроде арт-директора этого музыкального чуда, решил, что группе срочно нужно название. Оно не родилось бы легко, без долгих творческих мук, если бы Ковалевский не обратился к тому, кто мог придумать что угодно за пару минут. Показав брату видеозапись с выступления ребят, он спросил, как назвать это «музыкальное безобразие».
Ковалевский-старший придумал только один вариант: «36 и 4». 36 – по номеру школу, 4 – по количеству участников. А всё вместе – как температура тела вполне здорового человека. Возражений не было, и с тех пор «36 и 4» стали одной из визитных карточек школы.
Своему новому классному руководителю Антон о группе не рассказывал. Уже несколько раз в послеобеденное время Виталина Сергеевна слышала весьма громкие звуки из зала, но не решалась узнать, кто именно там репетирует. Кабинет истории и обществознания, ставший «офисом» для Виталины, располагался совсем близко к актовому залу, поэтому учитель сдалась, когда в пятый раз услышала  вступление к песне «До скорой встречи» «Зверей». Любопытство взяло верх, и Виталина вышла из кабинета.
У дверей актового зала она увидела Катю и Риту. Разумеется, у девочек были свои, высокие такие и довольно симпатичные причины здесь находиться.
- Ой, Виталина Сергеевна, а вы же не знали про нашу группу? – спросила Катя, заметив учительницу.
- Не знала, зато отлично слышала! Не в каждой школе есть такая уникальная история. И кто же там играет?
- Вы будете удивлены. Давайте зайдём к ним? – предложила Рита. Виталина Сергеевна без раздумий согласилась. Казалось, ей было так же интересно, как и девчонкам.
Антон, увидев необычную делегацию в дверях, застыл на полуслове. Мысленно извинившись перед Ромой Зверем, он отодвинулся от микрофона.
Виталина Сергеевна уверенно шла к первому ряду, где сидел Женя, пытавшийся записать удачные моменты репетиции на камеру телефона.
- У меня в классе – фронтмен школьной группы, а вы молчали! – она с укором посмотрела сначала на Антона, потом на Женю и подошедших девочек.
- Тут не все учителя хорошо к нашему увлечению относятся, — отбился Рублёв. – Поэтому я не рассказываю. Как по мне, лучше спеть, чем на словах объяснять.
- Правильно думаешь! – ответила учительница. – У меня за спиной пять лет музыкалки. Не волнуйтесь, я ваше увлечение прекрасно понимаю. Приятно удивлена.
- А вы играете? – спросил Антон.
- Нет. Я вокалом занималась. Так что пою, – сказала Виталина таким тоном, словно ничего удивительного в этом не было. Подумаешь, поющий учитель?
- А может, споёте с нами? – спонтанно предложил Рублев.
- Вы только с российским репертуаром работаете?
- Рубас занимается с репетитором, чтобы и по-английски скоро запеть, – тут же вставил Женя. – А пока рашен мьюзик онли.
Антон скорчил другу рожицу, Ковалевский ответил ему тем же. Но спорить парни не стали.
- У меня есть идея. Как насчёт «Мой рок-н-ролл»? – быстро сообразил Рублёв. – Там как раз есть партии для нас.
- Без вопросов! – и улыбнувшись ребятам, Виталина уже поднималась на сцену.
Ребята переглянулись. Виталина не могла не удивить их своей решительностью и тем, как просто для нее было взять и спеть на одной сцене со своими учениками. Представить, что кто-то из учителей делает так же, было почти невозможно.
Антон очень любил эту песню, но ему всегда казалось, что без женского вокала, только в его исполнении, она теряет все своё очарование. Сейчас парень был просто в восторге: голос Виталины Сергеевны идеально подошёл к песне, ребята отыграли четко, без заминок, и история получилась очень красивой и западающей в душу.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Пока на сцене творилось какое-то легкое музыкальное волшебство, Женя подошёл к девчонкам и приобнял их двоих, кивая головой на сцену. Катя, казалось, ничего не чувствовала. Для неё ничего вокруг не имело значения. Она видела только Антона и смотрела прямо ему в глаза. Рублёв, как обычно, не уделял этому много внимания.
А вот Рита в ту же секунду вспыхнула и поняла, что краснеет, ощущая на себе руку Жени. Впрочем, понадобилась еще секунда, чтобы осознать масштаб бедствия.
- Лапы свои загребущие убрал, – шикнула она на Ковалевского.
Тот лишь нахально улыбнулся и, отпустив Катю, плюхнул обе ладони на плечи Риты.
- Тебе жить надоело? – шепнула Рита, оборачиваясь к Жене. Его лицо оказалось так близко, что ей даже пришлось чуть отстраниться.
- На тебя слишком плохо действует «БИ-2», – нравоучительным тоном ответили ей.
- Это ты на меня так действуешь.
- Вот и попробуй потом доказать, что ты ко мне равнодушна.
Ответить было нечего, Женя застал ее врасплох. Пришлось замолчать и надеяться, что ее красных от смущения щёк он не увидит. Но если уж говорить честно, то от его рук было как-то приятно тепло.
А через минуту Ковалевский отошёл от нее и сделал вид, словно ничего и не произошло.
- У нас градус повысился, 36 и 5, между прочим, – заметил Женя, когда песня закончилась.
Виталину после этого спонтанного исполнения хвалили и засыпали комплиментами. Ей даже пришлось пообещать, что когда-нибудь она споёт вместе с парнями. А вот девочки удалились с репетиции с такой же скоростью, с какой появились на ней. Слишком много сложного и необъяснимого витало в воздухе.