Королевская Академия Магии. Четвертый факультет

— Здравствуй-здравствуй, — он усмехнулся, — не ожидал, что комиссия из-за тебя соберется.
— Я прошу тишины, — пресек наш разговор Председатель. — Госпожа Лаган… Госпожа Лаган!
А госпожа Лаган, укрыв себя и свою семью мыльным пузырем, яростно о чем-то спорила с мужем и сыном. При этом она потеряла все свое наигранное спокойствие и чадолюбие.
Пузырь с треском лопнул и нам довелось услышать окончание ее фразы:
— …идиоты! Уважаемая комиссия, я, Тиаринн Лаган признаю, что семья Лаган приняла у Брианны Доркас Лаган выкуп за силу и кровь. С сего дня Брианна Доркас Лаган мне не дочь. Но я готова поклясться, что она была, есть и будет драконицей!
Ах ты ж! Похоже, либо муж, либо сын за спиной у матушки прикарманили денежки Бри. Причем я ставлю на сына — взрослые люди должны иметь какой-никакой разум. Да и вряд ли у господина Лагана есть необходимость красть империки. И вот, выяснив, что сынок вор, Тиаринн не смогла это признать.
«Одно радует, я не настолько им необходима», промелькнуло у меня в голове. «Они не готовы обладать мной, если на другой чаше весов общественное мнение».
— Отчего же вы сразу это не сказали? — спросил господин Корнхелл.
— Мой супруг не успел мне об этом сказать, — мило улыбнулась госпожа Лаган. — Когда и как Комиссии будет угодно засвидетельствовать мою клятву?
— А что будет, если вы не правы, госпожа Лаган? — лениво спросила я. — Что будет, если вы убили во мне дракона? Если после вашего воспитания во мне выжил только человек? Что будет, если вы лжете?
— Я не лгу!
— Это вы так думаете, — усмехнулась я. — Но ведь вы не смогли меня подчинить, верно? Раньше у вас получалось, а теперь — нет.
Тиаринн побледнела. Ей бы не стоило меня слушать, но она не смогла закрыть уши. И заткнуть меня она тоже не смогла. И теперь ей страшно клясться. Я вижу это по тонкой пленке пота, выступившей у линии роста волос. Я вижу это по танцующим на скулах чешуйкам — они то появляются, то исчезают. Драконица боится.
— Если бы сейчас мне предложили крылья, я бы отказалась, — напомнила я вкрадчиво. — Клянитесь, госпожа Лаган. Клянитесь же!
Она встала, оправила серьги и, усмехнувшись, коротко бросила:
— Я знаю кто ты и что ты, бесфамильная девчонка. Мне ни к чему клясться. Ты больше не часть семьи Лаган. Ты хотела свободы? Ты ее получила. Посмотрим, кто успеет заявить на тебя права первым.
"Заявить права?", мелькнуло у меня в голове.
— Заявить можно все, что угодно, — усмехнулась я. — Но я не смею вас задерживать, госпожа Лаган.
Я обозначила короткий поклон и перевела взгляд на Фойртелерна. Что дальше? Судя по последней фразе драконицы, я себе жизнь не очень-то облегчила. А может это просто попытка уязвить напоследок.
— Я уверен, что эта юная госпожа имеет право называть себя человеком, — глубокомысленно произнес господин Корнхелл. — И смею надеяться, что комиссия прислушается к моим словам. Я знаю эту прекрасную девушку целый год.
А я, навострив ушки, услышала обрывок фразы, долетевший от левого края стола:
— …в любом случае, нужно ее согласие, пусть даже формальное…
Да? Ну что ж, на Земле был фильм всегда говори да. У меня, кажется, начинается жизненный период всегда говори "нет".
«Или «я подумаю»», хмыкнула я про себя.
— Мы не можем опираться только на ваши слова, — внушительно произнес Фойртелерн. — Давайте используем старый способ. Сейчас перед вами будут появляться иллюзии. Вы должны выбрать вещи под свой вкус. Вам все понятно, Брианна?
— Меня зовут Доркас, — поправила я его. — И мне все понятно.
— Начинаем, — кивнул Фойртелерн.
А я услышала голос ректора:
— Доркас, сместись влево и на шаг назад. Мне плохо видно. Да, благодарю.
Первым передо мной появилось два странных существа. Зеленое с гнойно-желтым и фиолетовое с болезненно синим.
— Я могу ничего не выбирать?
— Можете, — кивнул Фойртелерн. — Но неужели вы не хотите взять чирсу? Это весьма полезная тварюшка, если смотреть с человеческой точки зрения.
— Я не только человек, — усмехнулась я, — но еще и девушка, имеющая свои симпатии и антипатии. И, к тому же, с чирсой нужно уметь управляться.
И пусть я даже не представляю, что это за пакость, но моя последняя фраза попала в точку! Господин Корнхелл улыбнулся и кивнул, другие же начали делать пометки.
Существа мигнули и исчезли, после чего… Серьезно?! Трусы?! Мою судьбу решают они?!
Я без колебаний выбрала белье того же фасона, что и то, что было на мне.
— Воистину драконий вкус, — усмехнулся Фойртелерн.
— Вот уж глупости, — фыркнула одна из двух женщин, что были в составе комиссии. — Знаешь, Фер, если завернуть мне подол, то ты там совсем не панталоны увидишь! Надеюсь, ты не начнешь исправлять мой свиток рождения? Обнаружить в себе дракона на восемьдесят седьмом году жизни это очень странно!
— Да? А мне казалось ты не против обнаружить в себе драконы, — поддел ее сидящий рядом мужчина.
— Похабник, — фыркнула женщина и в этот момент ее поддержала вторая:
— Да и волчицы, если вдруг кому-то интересно, давно оценили драконий стиль.
«Да они же не воспринимают происходящее всерьез!», поняла я вдруг. И ректор, который сидит, пьет кофе и наслаждается шоу, и большая часть Комиссии. Им весело, им интересно, но при этом абсолютно, абсолютно безразлично!
Затем передо мной появился розовый клубок пуха и палка с глазами. Я, без колебаний, выбрала клубок пуха.
— Вы уверены? — прищурился Фойртелерн.
— Абсолютно, — хладнокровно ответила я и даже не вздрогнула, когда пуховый клубочек зевнул, продемонстрировав острые загнутые зубки-крючья.
— И что вы сделаете с ним?
— Приручу и тихими вечерами буду сидеть с ним у камина. Я буду читать, а он…
— А он будет дожирать ножки вашего кресла, — фыркнула оборотница. — Фер, заканчивай этот балаган. Только человек может страдать такой ерундой, как приручение того, что в принципе не имеет никаких полезных свойств. Пухобобы прожорливые, тупые вредители. И единственные, кто берет их в питомцы — человеческие девицы и человеческие же престарелые девы!
— Да, пристрастие человеческих колдуний к пухобобам общеизвестно, — благостно улыбнулся председатель. — Так не потому ли Брианна и выбрала этот вариант?
— Ага, а вполне себе человеческие панталоны она просто не узнала, — пакостно заржала оборотница. — Она их с рубахой перепутала, да? Фер, ты пристрастен и рушишь свою репутацию. Ты мой друг и я тебе, как другу, рекомендую остановиться.
— Тебе бы следовало отказаться от председательствования, — кивнул молчавший до этого мужчина. — Все-таки тут на лицо конфликт интересов.