Ледяное сердце. Проклятие Драконов

— Похоже, она времени зря не теряет, — процедила Меган, подчеркнуто обращаясь только к своему спутнику, будто меня здесь и нет. Я усмехнулась. Чья бы корова, как говорится. Не получилось окрутить кого-то из драконьей верхушки, и целительница нашла более доступную мишень. Но плох тот темный, что поддается на провокацию, тем более такую явную, и вместо того, чтобы язвить в ответ, я прошлась по коллегам внимательным взглядом, от которого не укрылись ни легкая небрежность в прическе обычно идеальной во всем аристократки, ни чуть ослабленный шейный платок Саймона, ни след помады на покрытой темной щетиной щеке. К тому же, эти двое вышли из одних апартаментов. Поняв, видимо, что я тоже умею делать выводы и анализировать, Меган фыркнула, но от дальнейших замечаний воздержалась.
Одарив коллег мрачным взглядом, я направилась вслед за Уной. Саймон что-то сказал целительнице, после чего за нашими спинами хлопнула дверь. Похоже, Меган пожелала вернуться к себе и довести свой внешний вид до совершенства. А значит, в ближайшее время я ее больше не увижу. Поравнявшись со своей горничной, я заметила, что девушка улыбается.
— У вас не очень-то дружный коллектив, — поделилась она со мной своим наблюдением.
— Почему же, дружный, — возразила я. — Только не со мной.
Уна понимающе кивнула. Больше нам по пути никто не встретился, кроме молчаливых стражников, которых выставили возле входа на галерею. Я практически не уделила им внимания, уверенная, что истинная защита замка вовсе не в этих воинах, вооруженных мечами, они – лишь видимость. Тьма смотрела на меня сквозь огромные окна галереи, и рассеять ее полностью не могли даже светильники, висевшие вдоль стены. Замедлив шаг, я подошла к стеклу, но, как и днем, увидела лишь прозрачную крышу зимнего сада, подсвеченную изнутри. Интересно, можно ли попасть внутрь? Я не большой любитель природы и зелени, в отличие от своих светлых родственников, но бескрайняя снежная пелена за окнами тоже не радует глаз.
— Если не секрет, где ты училась? — спросила я у горничной, когда галерея осталась позади. — Явно не в Академии Солнечной Долины.
— Вы правы, лесса, — чуть помедлив, ответила горничная. — В Аттиноре принято, что каждый магически-одаренный ребенок получает наставника, а по достижении двенадцати лет отправляется на обучение в Высшую Школу Магии. После ее окончания можно поступить в Университет Аттинора, который является старейшим во всем Алассаре. До войны в него мог поступить любой одаренный, сейчас же там обучаются только уроженцы Хрустальной Долины.
Можно было догадаться, что у Драконов есть собственное учебное заведение. Даже на Сумеречном Континенте есть свой Институт Магических Искусств и Практик, и местным жителям и в голову не придет ехать обучаться в Солнечную Долину. Если бы мой род не был изгнан с исторической родины, я бы тоже вряд ли бы оказалась в Бракоре.
— А Драконы? — осторожно спросила я, не особо надеясь на ответ.
Но Уна как будто прочитала мои мысли.
— Это не секрет. Все, что я говорю, утверждено исом Скайгардом как информация, допустимая к распространению. У Драконов свое собственное учебное заведение. У них очень много секретных техник, и делиться ими с человеческими магами они пока не готовы. Слишком мало времени прошло после войны.
Я понимающе кивнула. Я бы на месте Драконов, наверное, вообще бы не вступала ни в какие переговоры с теми, кто когда-то нанес подлый удар в спину, создав ларков и натравив их на самых беззащитных представителей расы – детей. Хотя, лгу. На месте Драконов я бы костьми легла, чтобы отомстить, и не успокоилась, пока хоть один человек или эльф, светлый или темный, ходит под солнцем Алассара. Поэтому, наверное, я с изрядной долей понимания отношусь к наложенному на меня проклятию. Как ни крути, а мой род это заслужил, и Драконы в своем праве. Как напоминание, татуировка между лопатками отозвалась пульсирующей болью, которую чем дальше, тем сложнее игнорировать.
Путь занял каких-то несколько минут. Мы просто перешли в другое крыло здания, и, не дожидаясь вопросов, Уна пояснила, что бальный зал Хрустальной арки занимает сразу несколько этажей, от первого до третьего, а вход находится на уровне второго, поэтому ни спускаться, ни подниматься нам не пришлось.
— Спуститься придется уже в бальном зале, — сказала моя горничная.
Я представила, о чем она говорит. По традициям Солнечной Долины каждого гостя на балу объявляет специально стоящий у дверей церемониймейстер, чтобы все, находящиеся внутри, обратили внимание на вновь прибывших. Здесь же в зал предстояло спускаться по лестнице, и каждого пришедшего можно рассмотреть во всех подробностях, пока он преодолевает ступеньки. С одной стороны, удобно. Кто не интересуется гостями бала, не будет отвлекаться на объявления лакея, а кто захочет сбежать, как сказочная сиротка, одной потерянной туфлей не отделается.
Двери залы были гостеприимно распахнуты, и в проеме было видно красиво украшенное помещение с приглушенным верхним светом. Слух ласкала тихая, неуловимо знакомая мелодия, но я не торопилась идти внутрь, хотя Уна уже заметно нервничала.
— Тебе нельзя здесь находиться? — спросила я, решив все же не задерживать девушку без особой необходимости.
— Можно, — моя горничная пожала плечами, а ее лицо внезапно приобрело то хищное выражение, какое было у нее при нашем первом конфликте. — Но выглядит это странно. Я уже показала вам дорогу, но сопровождать вас на бал не входит в полномочия горничной.
— А тебе бы хотелось? — оформила я в слова то, что всю дорогу меня беспокоило. — Ты же не горничная на самом деле, а боевой маг, равный мне по статусу. Тебе не обидно пропускать этот бал?
Уна ответила, не задумавшись.
— Терпеть не могу балы, — призналась она. — Это же надо найти себе спутника. Явиться одной – плохой тон.
И, заметив мой растерянный вид, пояснила:
— К вам это не относится. Никто не будет ждать, что делегацию из Солнечной Долины подбирали так, чтобы у каждого была пара на балу. А хватать случайно проходившего мимо кавалера и тащить его с собой – верный путь к неприятностям.
От галереи нас отделял короткий коридор, украшенный коваными фонарями, висящими на специальных кронштейнах. Внутри каждого стеклянного колпака горело ровное желто-зеленое пламя, бросающее  на лица зловещие тени. Дверь в галерею была распахнута настежь, и когда в коридоре показались запоздавшие гости, я благоразумно отошла в сторонку. С нами поравнялась пожилая пара Драконов, я поняла это по усилившейся боли между лопатками. И если женщина, упакованная в наряд цвета фуксии, лишь задрала выше нос, то мужчина замер на мгновение, уставившись на меня невидящим взглядом, а в следующий миг уже дернулся ко мне, показав зубы в злом оскале. Я среагировала мгновенно, выставив щит, в который Дракон тут же впечатался носом. Уна, тихо выругавшись, опустила руку с готовым пульсаром. Насчет ее стихии я оказалась права – воздух, поэтому сгусток энергии выглядел полупрозрачным и чуть искрился. Получить такой удар с такого близкого расстояния – даже Дракону не поздоровится, наверное.