(Не) брать!
Вассим спросил. Амрит махнул рукой, покачал головой, что-то сказал.
— Он говорит тебе нельзя ничего оставлять, и денег он с тебя не возьмет.
Я не нашлась, что ответить. Поднялась со стула, но в последний момент повернулась к Амриту, сжала его руку, заглянула в его черные глаза и сказала:
— Спасибо! — хотела что-то еще добавить, но в голове стоял непонятный, неосязаемый шум. — Просто спасибо! — развернулась и в состоянии транса отошла к девочкам.
— Ну что? Как? — спросила, глядя на меня с любопытством Аня.
— Нормально. Сходи — сама узнаешь.
— Поль, все в порядке? У тебя как-то нездорово блестят глаза.
— Девочки, а можно я сейчас пойду? — спросила Таня.
— Да-да, Тань, иди.
Через двадцать минут вышла Таня, вся в слезах.
— Блин, да что там такое? — не на шутку взволновалась Аня.
— Да иди уже, — подтолкнула я подругу, и когда та ушла, принялась успокаивать Татьяну.
— Тань, что случилось? Он обидел тебя?
— Н-н-нет. Я п-п-просто в шоке!
— Водички попей, — пододвинула к ней стакан с водой и лимоном.
Таня сделала несколько глотков, судорожно вздохнула и сказала:
— Я только подошла, еще не села, а он сказал, что я вдвоем пришла, что муж рядом стоит.
Я в удивлении рот открыла.
— Сказал, — еще один судорожный вздох, — сказал, чтобы я перестала его мучить, чтоб отпустила. Что я сама должна, что никто, никто мне не поможет, — остановилась, сделала большой глоток воды.
— Ух ты, я в шоке! — только и смогла произнести я.
— А еще сказал, — чуть улыбнувшись, произнесла женщина, — что как только отпущу, свадьбу сыграю через два года. Да, — махнула куда-то рукой, — какая уж мне в моем возрасте свадьба!
— Таня, так это здорово! Может, действительно…ну… попробовать отпустить?
— Может. Но вот, что странно. Я думала, хироманты линии читают, а видят, ну там, экстрасенсы всякие. А тут на тебе.
— И не говори, сумел удивить, — задумчиво протянула я.
— Поль, а тебе, что сказал?
— Ну, на фоне твоего, ничего такого, — улыбнулась. — Про брата, про мужа. Так, ничего интересного, — отмахнулась. Не хотелось почему-то обсуждать это сейчас.
— Я пойду в номер, не буду Аню ждать, хорошо?
— Конечно, Тань.
Через минут пять к столику подошла Аня.
— Приеду, в церковь пойду, — заявила она, плюхаясь на стул.
— Ого, вот это заявление. Поделишься?
— Обязательно. Но, давай в номере поболтаем?
Поднялись в номер, поделились информацией о том, что узнали у хироманта и в каком-то благоговейном состоянии легли спать. И казалось бы, все необычное в этой поездке должно было бы закончиться… Но, нет. Я провалилась в глубокий сон и мне снилась пустыня, красный закат и гора впереди. Я подхожу к горе, долго смотрю на нее, и начинаю идти по тропе выше, и выше, и выше. Чувство, что я чего-то ищу не покидает меня, оно идет по пятам, оно дышит в спину, и гонит, гонит вперед. А в ушах: ммммм, — звук, который люди издают при медитации. И это нарастающее «ммммм» не на шутку пугает меня. Я ускоряю шаг, практически перехожу на бег, пока не натыкаюсь на пещеру. Там на корточках сидит индус, старичок, и пытается развести небольшой костер, не обращая на меня никакого внимания. Я молча на него смотрю. Он встает на ноги, отряхивает о полы рубахи руки, поднимает свои мутные от старости глаза, пристально смотрит на меня и произносит:
— То, что ты ищешь — там, — вытягивает руку и указывает морщинистым пальцем направо.
Я поворачиваю голову в указанном направлении, замечаю, что солнце садится, оставляя на земле зловещие красные всполохи, и начинаю идти быстрым шагом, ускоряясь, все быстрее и быстрее, переходя вновь на бег. Я понимала, что всего лишь надо дойти до поворота тропы и там — он. А зловещее «мммммм» усиливается, усиливается по мере моего приближения к этому повороту, оно закладывает мне уши, и поселяет безумный страх в душе.
— Поля, Поля, проснись!
Я с криком вскакиваю на кровати. Дыхание сбилось, как после многокилометровой пробежки, пот стекал ручьями по спине, по лицу, а в ушах это страшное «мммммм».
— Поль, ты в порядке? — спросила Аня, включая свет на прикроватной тумбочке.
— Я…я не знаю, — провела дрожащей рукой по лицу, пытаясь прийти в себя.
— Приснилось что-то плохое?
Кивнула, встала и на дрожащих ногах отправилась в ванную. Взглянула на себя в зеркало и ужаснулась отражению: мертвенно-бледное лицо с лихорадочным блеском в глазах, мокрый лоб, не влажный, а именно мокрый от пота, волосы в беспорядке. Как-будто действительно была там. Как-будто действительно бежала. Черт, я даже чувствовала песчинки на зубах и запах костра индуса. Включила воду и принялась судорожно растирать лицо, ополаскивая его раз за разом, будто пытаясь смыть этот сон и песок пустыни.
На следующий день мы переехали в Джайпур, а оттуда улетели на ГОА для продолжения уже пляжного отдыха. Вечером вышли в туристический центр Колва прогуляться и поужинать. На берегу наткнулись на уютный ресторан под незамысловатым названием «Бумеранг». Заказали морских гадов и принялись обсуждать планы на завтра и на оставшуюся неделю отпуска.
Это был мой единственный отпуск длинною в две недели без семьи. Я очень не хотела уезжать и оставлять маленькую Катюню. Но приехала моя мама в гости и убедила меня лететь. Тем более, что тур был отказной и стоил в три раза дешевле обычного. Когда еще так повезет? Полную стоимость я бы не потянула, к сожалению.
И вот мы сидим в ресторане на шикарном пляже, продолжаем листать буклет и планировать остаток отпуска.
— В джунгли езжайте на два дня, — донесся женский голос из-за соседнего столика.
Попивая пиво, на нас с улыбкой смотрела женщина в простом сарафане, с хвостом на макушке, на руках огромное количество всяких фенечек, просто дикое количество. Познакомились. Зовут Полина, моя тезка, живет номинально в Москве, фактически уже шестнадцать лет как перебралась на ГОА. Рассказывала о том, что именно здесь ее место, именно здесь она должна была жить с рождения, что страна эта ее приняла, — странная какая-то, а впрочем, в Индии полно странных людей.
— Полин, слушай, мне сон необычный приснился, когда мы в Агре были. Пустыня снилась, гора.
— И ты шла к горе, и старика встретила, и путь указал? — внимательно вглядываясь в мои глаза, спросила Полина.
— Откуда ты…? Но, да.
Полина положила руку на мое плечо, легонько похлопала, улыбнулась тепло и сказала:
— Поздравляю, деточка, тебя Индия приняла! Добро пожаловать! Ну, мне пора.