Длинные версты
– Ша, друзья-товарищи! Игры кончились. Мы допросили немецких офицеров и вот что узнали: к Крыму выдвигаются украинские части корпуса генерала Натиева. Точнее – группа под командованием полковника Сикевича, в которую вошли третий Гайдамацкий полк, а также первый и третий Запорожские полки.
Народ после этого известия озадаченно примолк, а я подумал: странно – Жилин, говоря о Крыме, постоянно вспоминал какого-то Болбочана, только вот сейчас об этом хмыре ничего не слышно. Может, кто-то раньше пристрелил урода? События-то идут с огромными отличиями от нашего времени. С другой стороны, у небратьев уроды, судя по всему, размножаются почкованием, и вместо одного тут же появляется другой. Теперь, вон, какой-то Сикевич [30] вылез…
Ротный-два первым нарушил молчание:
– Чёт я не понял. А за каким хреном они сюда идут?
Я невесело ухмыльнулся:
– Ну уж точно не лобзать нас по-братски. Могу лишь предположить, что эти деятели, посчитав себя самыми хитрожопыми, решили опередить немцев в деле взятия полуострова и наложить лапу на Черноморский флот.
Народ матерно выразил свое отношение к желаниям шароварников, а комиссар сплюнул:
– Предатели!
Ротный удивленно спросил:
– Почему предатели? Это ж вроде… ну даже не знаю, как назвать… Просто враги.
Ощерившись, обычно спокойный Лапин помахал перед носом краскома пальцем:
– Ты, Мартын, не путай. Враги – это немцы. И когда мы их побьем, они уберутся обратно к себе домой. А эти… Ведь почти триста лет назад Гетманщина страстно желала быть принятой в состав России. Ибо Речь Посполитая угнетала тамошний народ, как хотела. С резней, вернее, как говорит в таких случаях товарищ Чур – показательным геноцидом. И вот их приняли в российскую семью. Провоевали из-за них почти тринадцать лет, но отстояли бедолаг. Привечали всячески. Даже Магдебургское право даровали. С тех пор разницу между русским и малороссом никто никогда не делал. Но тепер Россия ослабла малость. Ей тяжело. А что творят эти проститутки? Наиболее шалавистые объявили себя не малороссами, а украинцами [31], и вместе с врагом кинулись рвать тело защитившей их страны. Так что это – именно изменники, предавшие братство, заложенное предками. И если врага можно разбить и выгнать со своей земли, то предателей необходимо уничтожать. Именно поэтому никто никогда ни с УНР, ни с красновцами ни о чем договариваться не станет. Их просто будут давить, словно клопов…
Угу… Слушая комиссара, даже удивился, насколько жилинцы сурово настроены. Сам я в этих делах изначально не очень-то разбирался. Это исторически подкованный Иван просветил. И про политику коренизации (это когда большевики в приказном порядке заставляли всех учить украинский язык и вести на нем документацию), и про присоединение Новороссии к Украине. И про присоединение Крыма. Да и про саму Украину…
А чего бы не заставлять и не присоединять, когда решения по этим вопросам большинством голосов принимали именно украинцы? Плюньте в глаз тем черносотенцам, кто шипит, будто советская власть состояла из евреев. Нет, ребята. Большинство там – выходцы с Украины. Кстати, включая тех же самых евреев, которые тоже вовсе не из несуществующего пока Биробиджана приехали. То есть народец подобрался с соответственным менталитетом. И лишь Сталин, в конце тридцатых, смог хоть как-то эту веселую камарилью приструнить [32].
Тогда, слушая Ивана, я несколько охренел от столь неожиданного поворота и с ехидной мордой поинтересовался: дескать, а чего тогда все «мировое сообщество» катило бочку исключительно на русских? Если в основном именно украинцы после революции власть хапнули? Жилин юмор не принял и вполне серьезно ответил, что основная задача этого самого «сообщества» не выяснять, кто именно у нас рулит, а захватить контроль над ресурсами. Коих именно в России просто немерено. В общем, говорили мы с ним тогда долго…
А под конец почему-то вспомнилась современная мне российская оппозиция, в которой «великороссов» днем с огнем не сыщешь. И подумалось – жаль, нет интернета, а то бы я проверил жилинскую теорию, просто посмотрев, откуда в Москву или Питер прикатили в начале прошлого века предки наших неистовых либералов. Было бы приколько получить подтверждение насчет Украины…
Ну а для себя расставил последние точки, просто спросив у Григоращенко о его национальности. Тот, ни секунды не задумываясь, идентифицировался как русский малоросс. В просторечье – хохол. И удивленно глядя на меня, уточнил: а кем еще может быть сын крестьянина, родом из-под Винницы? Тогда я копнул дальше, спросив, кто такие украинцы? Матвей Игнатьевич, ничтоже сумняшеся, пояснил, что в основном это греко-католики. Потом, перейдя на военно-морской язык, причислил к ним также часть малоросской либеральной интеллигенции и тех, до которых эта самая интеллигенция дотянулась, распропагандировав. Ну и попутно припомнил усилия исконного врага – Австро-Венгрии – в раздувании этой темы.
Своего взводного я вполне резонно посчитал экспертом в данном вопросе. Сами посудите – кто еще вот так, без всякой шелухи, определит внутренние взаимоотношения между людьми, проживающими на той территории? И его ответа мне вполне хватило.
Поэтому сейчас, закурив, обвел взглядом придавленных вспышкой Лапина командиров, констатировав:
– Вот так-то, братва… Комиссар, возможно, и прав. Но в любом случае советую четко разделять врагов и предателей. Враг, он ведь даже может стать ситуативным союзником, зато прощенный предатель обязательно предаст вновь.
Зампотех, растерянно почесав затылок, решился задать вопрос:
– А в Польше, получается, тоже предатели?
Я мотнул головой:
– Нет. Эти в своем праве. У них было сильное государство, которое москали в свое время тупо завоевали. Именно поэтому неугомонные поляки постоянно восстания устраивали, невзирая на целую кучу плюшек и послаблений от России. Но в девятьсот семнадцатом им фарт попер, и они неожиданно опять стали суверенными. Так что, считай, просто повезло людям. – После чего, хлопнув себя ладонями по коленям, закруглился: – Ладно, заканчиваем политинформацию. Со всеми дополнительными вопросами – к Кузьме Михайловичу. Он подробно разъяснит, что к чему. А сейчас к делу: докладываю – по метеоданным, из заслуживающего доверия источника, с завтрашнего дня устанавливается хорошая погода.