Вихрь 2. Девушка, которая прорвалась сквозь время
Глаза Тревора метнулись к Греймсу. Потом он встряхнул головой.
– Ты врешь, – прошептал он, но неуверенность уже охватила его.
– Она не врет. – Хольден закашлялся и приложил руку к шее. – У моего отца сделка с лидером «Красной бури». Он просто ничего не сказал вам.
Греймс громко рассмеялся.
– Вы и вправду очень милы, – промурлыкал он. – Думаете, что все предусмотрели. А при этом вы всего лишь фигуры на шахматной доске. – Его усмешка исчезла, он притянул Сьюзи еще ближе к себе. – Значит так: вы кладете оружие на пол, – он указал на Бэйла, а затем на меня, – а потом поговорим. Иначе я поджарю голову этой русалочке.
Глаза Греймса вспыхнули, да так, что Тревор, стоявший рядом, вздрогнул.
– Черт, – вырвалось у него. Какое‐то время он безмолвно смотрел на Греймса. Затем перезарядил оружие. И теперь оно было направлено не в голову Сьюзи, а в голову Греймса.
– Не мешай взрослым, малыш, – отреагировал на это великан.
В любой другой ситуации я бы рассмеялась. Тревор был выше нас всех, выше Луки, выше Бэйла. И Греймс был единственным, кто мог позволить так обратиться к нему.
– Я ничего не понимаю, – услышала я за спиной хныканье Мии, и на лице у Тревора отчетливо было видно, как он потрясен происходящим.
А потом одновременно произошло сразу несколько вещей.
Ствол в оружии Тревора прокрутился, и мы увидели нулевые сенсоры оранжевого цвета. Греймс тоже это заметил. Он попятился, и его охватил гнев, который он, в отличие от Луки, не пытался подавить. Его рука, лежавшая на подбородке Сьюзи, загорелась, и стоявшие слева от меня Лука и Бэйл, словно по команде, ринулись вперед.
Сьюзи в панике била вокруг себя руками. С ее губ сорвался болезненный стон, из ее пальцев закапала вода, попав на лицо Греймса. Он попытался стряхнуть жидкость, как будто кто‐то бросил ему в глаза горячий песок.
Мой взгляд метался между Тревором, Сьюзи, Греймсом и Бэйлом. На меня никто не обращал внимания. Я сделала глубокий вдох и создала вихрь. И запрыгнула в него еще до того, как он полностью возник. В считанные секунды я оказалась позади Тревора.
Энергия растворилась в вихре. Я схватила оружие Тревора – он даже не сопротивлялся – и направила дуло в грудь Греймса. А затем несколько раз нажала на курок.
Греймс еще падал на землю, когда мерцание в его глазах погасло. Сенсоры попали туда же, куда ранили Фагуса. Греймс задыхался, стонал и корчился от боли. Его сила исчезала клетка за клеткой.
Лука первым добрался до Сьюзи. Его огонь погас, и он притянул ее к себе. Вместе мы уставились на пылающие сенсоры в теле Греймса. Но даже это, похоже, не сломило его. Он вскочил на ноги. В глазах у него блеснули остатки огня. В бешенстве он бросился к нам.
И тут воздух сгустился. Между нами и Греймсом возник вихрь. Он кружился передо мной, но его энергия угасала. Сенсоры, застрявшие в Греймсе, были слишком близко. Они уничтожили вихрь, но Греймс успел упасть в него и исчезнуть с прерывистым жужжанием.
Бэйл опустил руку и сделал глубокий вдох. Он посмотрел на меня, на Сьюзи, на Фагуса и на Луку. Затем в изнеможении положил руки на колени.
– Куда ты его забросил? – тихо спросил Фагус.
– Понятия не имею, – покачал головой Бэйл. – По статистике он должен быть где‐то в море. Надеюсь.
Лука и Бэйл схватили за руки Тревора, который стоял, словно оглушенный.
– Все в порядке? – спросила я Сьюзи, и она кивнула. Я посмотрела на ее руки – на коже обозначились голубые прожилки.
– Мне кажется, что мои способности действительно становятся сильнее, – прошептала Сьюзи.
Я засмеялась, хоть все мое тело дрожало:
– Да. Мне тоже так кажется.
– Я больше ничего этого не хочу, – всхлипнула Мия. Она сидела на асфальте со связанными руками.
Я сделала глубокий вдох и медленно выдохнула. Я видела небоскребы, устремляющиеся в ночное небо вокруг нас, но происходящее настолько увлекло меня, что я не могла уделить им достаточно внимания. И только сейчас я позволила себе оглядеть местность и поискать в ней знакомое здание. Неважно, в каком городе мы оказались, мы явно приземлились на его окраине. Узкие улочки и лаконичные фасады многоэтажек выглядели одинаково, без каких‐либо архитектурных особенностей. Собственно, как в любом другом мегаполисе.
Я быстро взглянула на свой детектор. Часы уже настроились на новый часовой пояс – и на новое время. Вспыхнул зеленый свет, и я увидела дату: «19 ноября 2058 года».
Я запустила навигационную систему и глубоко вздохнула, когда поняла, в какой точке мира мы сейчас находились. – Мы в Сан‐Паулу, – сказала я и снова огляделась.
Теперь, когда я больше не была сосредоточена на борьбе, до меня стали доноситься звуки мегаполиса: шум транспорта, мчащегося по рельсам между небоскребами, гудение беспилотников, которые, очевидно, уже существовали в две тысячи пятьдесят восьмом году. Иногда слышались голоса и крики людей, гуляющих в парках и на площадях в центре города.
Но я слышала и гул обычных автомобилей – звук, с которым была знакома только благодаря нескольким джипам из Санктума. Да и небоскребы при ближайшем рассмотрении оказались не такими высокими, какими я привыкла видеть их в мегаполисах.
Чем дальше мы передвигались в прошлое, тем больше узнавали о нашем мире.
– Твое предложение… – снова раздался причитающий голос Мии. – Ты… ты хотел сделать нам предложение.
Взгляд Бэйла метнулся к ней, но его оружие по-прежнему было направлено в голову Тревора:
– Все очень просто. Вы помогаете нам найти способ уничтожить рифты.
Тревор фыркнул:
– Ты что, совсем потерял рассудок?
– Если вы продолжите следовать по рифтам, вы умрете. – Голос Бэйла звучал все более раздраженно. – Вы не знаете, что ожидает вас в пути – а я знаю. И вы никогда не доберетесь до две тысячи двадцатого года.
И я автоматически добавила про себя: «Не то, что ты». – У вас есть два варианта, – продолжил Бэйл. – Либо вы остаетесь при своем, либо помогаете нам и возвращаетесь в наше время. Вот мое предложение.
Мия прикусила губу:
– Но мистер Хоторн посадит нас в тюрьму, если узнает об этом.
– Не узнает, если ты исчезнешь. – Я вступила в разговор, сообразив, что задумал Бэйл. – Мы можем сообщить «Зеленому трепету», что вы мертвы. Что мы вас победили. А на самом деле вы скроетесь.
Что‐то изменилось в выражении лица Мии. Я представляла, как вертелись колесики в ее воробьином мозгу. Ее страх улетучился – по крайней мере, немного. На его месте у нее в глазах появилась надежда.
Тревор сердито отмахнулся, встретив умоляющий взгляд Мии.
– Даже не думай об этом, – прорычал он.