Вихрь 2. Девушка, которая прорвалась сквозь время

– Пойдем. Выясним.

Мы вошли в лабораторию. Или нет, это была не лаборатория, это было…
Что это было?
– Это не турбинное помещение, – растерянно произнес Бэйл. – Ну или, по крайней мере, не такое, какие встречались мне.
Я осторожно сделала еще один шаг. В центре комнаты стоял стеклянный ящик. Он был огромный – по меньшей мере десять на десять метров. В нем стояла кровать, покрытая шелковой тканью. Рядом с ней находились золотая лампа, дорогие ковры, музыкальный центр и полка, на которой когда‐то стояли книги – теперь они валялись на полу. Часть стеклянного ящика была отделена стенами – за ними, наверное, находилась ванная комната.
В принципе, это была своего рода мини‐версия номера «люкс», в которую меня однажды поселил Хоторн, и все же… Это была клетка. Кого бы в ней не держали, кураториум сделал все для того, чтобы ему было максимально комфортно. На элегантном стеклянном столике даже стояли шахматы.
Но обитатель этой клетки, конечно же, давно исчез. В задней стене стеклянной клетки я обнаружила зияющую дыру.
– Тюрьма «люкс», – пробормотала я и провела пальцами по бронестеклу.
Тот, кто здесь жил, очень много значил для кураториума. И тем не менее они его очень боялись.
Я обошла клетку, подошла к полкам, стоявшим вдоль внешних стен помещения. На них находились многочисленные ящички и папки. На них стояла дата – каждая папка была обозначена по календарной неделе. Начиная с сороковой календарной недели в две тысячи пятьдесят седьмом году. Я взяла первую папку, открыла ее и пролистала запылившиеся документы.
Удивительно, почему кураториум собирал материалы таким устарелым образом? Я предположила, что речь в них шла об исследовательских отчетах или о чем‐то подобном – страница за страницей показывали мне какие‐то измерения и таблицы. Почему они просто не сохранили все это на серверах?
Может быть потому, что данные эти были секретными. Это было единственное объяснение, которое приходило мне в голову.
– Барби. Подойди‐ка сюда.
Я поставила на место папку и подошла к Бэйлу. Он стоял перед машинами высотой в метр, которые занимали полстены. Слева стояла странная аппаратура, в которой лежали наполовину разбитые стеклянные трубочки, похожие на колбы. Жидкость, которая хранилась там, давно уже испарилась. Рядом стоял аппарат со множеством мониторов, кнопок, выключателей и рычагов. И тут я осознала, что аппарат гудел.
– Это генератор воздуха, – объяснил мне Бэйл.
– Хочешь сказать, он еще работает?
До сих пор я считала, что воздух в куполе сохранился с того времени, когда кураториум покинул здание, а так как купол был огромным, мы не использовали его полностью во время наших набегов. Но сейчас я чувствовала – свежий воздух исходил именно из этой комнаты.
– Но… станция ведь давно заброшена?
Бэйл указал на кнопки под контрольными мониторами. Я подошла ближе. Слой пыли там был стерт – однозначно чьей‐то рукой. И я поняла, что хотел показать мне Бэйл.
Кто‐то совсем недавно здесь был.
– Ты думаешь, это Мия и ее группа?
Я с беспокойством посмотрела на дверь комнаты. Стук и скрип, раздававшиеся иногда внутри пустого купола…
и эти многочисленные звуки, которые я вообще не могла распознать.
А что, если это и было причиной того, что Лука находил на островах только старые следы пребывания, которые никуда не вели? Что, если бегуны все это время были здесь, внизу?
Бэйл пожал плечами и снова занялся шкафами с папками. Казалось, ему тоже было не по себе.
– Мы нигде не находили признаков того, что кто‐то находится в куполе.
Я перевела взгляд с него на аппарат. По крайней мере, до настоящего момента.
Бэйл задумчиво скривил рот, вытягивая папку за папкой. Неожиданно он шумно вдохнул воздух. Я тут же подошла к нему. Бэйл указал на первое предложение.
– «Проект AEOLUS», – прочитала я вслух.
Бэйл пробежался по строчкам.
– Здесь немного из того, что мы хотели узнать. Это название купола, – объяснил он. – EOS – так называется купол на суше. AURA – это купол, в котором живут швиммеры. А мы с тобой находимся в AEOLUS.
Он полистал еще и наткнулся на лист, на котором были вымараны отдельные слова и даже предложения. Следующий документ выглядел точно так же, как предыдущие.
– Великолепно. С этим мы вообще ничего не можем сделать, – проворчал Бэйл.
Я посмотрела на кровать в клетке. На письменный стол, на шахматы.
– Здесь было что‐то под грифом «совершенно секретно». Или кто‐то.
Бэйл вздохнул, вернув папку на место:
– Ты права. Но у нас нет времени на то, чтобы все здесь досконально исследовать. Нам нужно беспокоиться о рифтах. А здесь выхода к ним нет.
Я наморщила лоб, постучала по детектору и открыла план здания. Мы должны были находиться как раз над тем местом, где в наше время были рифты. И здесь должен быть выход на дно кратера! Я какое‐то время внимательно смотрела на дисплей, затем обошла один раз клетку и залезла в нее через дыру на задней стенке.
Я услышала, как позади меня вздохнул Бэйл. Спустя секунду он последовал за мной.
Едва я ступила ногой на пол, как тут же почувствовала знакомое покалывание на коже – я была очень близка к рифтам. Я провела пальцами по спинке стула, потом по шахматной доске. Здесь тоже лежал толстый слой пыли. Шахматные фигуры были очень тяжелыми, и, когда я захотела поднять одну из них, я заметила, что они были на магнитах.
Я сделала еще пару шагов и резко остановилась, потому что волосы на моих руках встали дыбом.
– Здесь, – сказала я, хотя ничего не видела. – Рифты прямо под нами.
Я наклонилась, но ничего не увидела. Пол был гладким, белым, и абсолютно ничего не бросалось в глаза. Бэйл подошел ко мне. Он потер носком ботинка по плитке, затем обернулся и покинул клетку. Оказавшись снаружи, возле панели управления, он замер. Затем склонил голову набок и нажал на один из рычагов.
Что‐то зажужжало, и одна из плиток на полу сдвинулась в сторону. Под ней показалась шахта, достаточно широкая, чтобы мог пройти человек.
– И все‐таки это турбинное помещение, – произнесла я тихо.
Я опустилась на колени и посветила в темноту. И точно: внизу, на расстоянии в несколько метров, я увидела роторные лопасти. И еще кое‐что: где‐то вдалеке в шахте виднелся свет, который, как мне показалось, двигался к нам наверх. Энергия рифтов, которая и привлекла меня в эту стеклянную клетку, рванула мне навстречу из шлюза и обхватила мои ноги, будто хотела затянуть меня вниз.
Бэйл присел рядом со мной на корточки, и я схватила его руку, чтобы поднять ее вместе со своей наверх. Я рассматривала световые линии, которые вспыхивали между кончиков наших пальцев.