Ловушка под омелой

Отчаяние и боль достигли своего апогея, крик вырвался из груди. Он дал возможность освободить будто сжатые горем лёгкие, дышать стало легче, но тело всё равно подчинялось чужой магии.
— Люди, бегите в ратушу, мы вас защитим!
Этот голос, среди воплей и плача, я узнала сразу. Морис Голдшер. Вновь в груди дрогнула ненависть. Я видела, как староста быстро организовал эвакуацию людей, как его помощники начали обходить дома и выводить всех, кто остался. Никакой паники, никакого страха, лишь чёткие движения и чёткие инструкции, диктуемые ровным, совершенно спокойным голосом. Даже, если учесть, что человек может быть настолько хладнокровным и собранным, выглядело очень неправдоподобно, будто отрепетировано. Это меня ничуть не удивило. Они ждали лишь, когда я смогу стать тем самым звеном, которого им недоставало. Ложью, интригами они пытались вынудить меня узнать о тайнах моего рождения, вызывали эмоции и в момент уязвимости воспользовались мной, чтобы настроить людей против магов. А я, как дурочка, сделала всё, что они задумывали. Но как они узнали о магии, которая проснётся во мне? Это случилось уже когда они были в академии. Предвидели? Невозможно! Знали наверняка? Но как?
— Идите, идите, мы позаботимся об остальных! — продолжал Морис. — Уходите в ратушу, там безопасно! Наши друзья не оставят нас!
Друзья? Это он о наследниках и Виннесе? Сейчас эти лицемеры выставят себя спасителями, а маги из академии покажутся людям угрозой? План был прост, и он работал.
— Хлоя! — позвала меня миссис Данфри. Женщина робко приближалась, невзирая на крылатого демона у меня за спиной. Она смотрела только на меня, делая неуверенные шаги и прижимая руки, сцепленные в замок, к груди. — Хлоя, девочка.
Демон никак не реагировал на женщину, которая продолжала приближаться. В её глазах стояли слёзы. Пальто, накинутое поверх ночной сорочки, было не застёгнуто, но миссис Данфри будто не ощущала холода. Кто-то пронёсся мимо нас, бросив слова проклятья в мой адрес. Я снова прикрыла глаза, пытаясь справиться с болью.
— Хлоя, — совсем близко прозвучал голос миссис Данфри. — Он твой?
Я выдохнула рыдания, горячие слёзы вновь опалили лицо. Набравшись смелости, я взглянула в глаза милой женщины с мольбой. Я понимала, о чём она спрашивала, и потому постаралась отрицательно мотнуть головой.
— Ты привела его? — спросила она. — Я не могу поверить, Хлоя. За что? Я до последнего верила в наш союз, защищала магов! Пошла против многих своих друзей!
Я не могла остановить потока слёз. Видеть обиду и разочарование в глазах миссис Данфри было особенно мучительно. А слушать её слова — невыносимо.
— Я верила вам до последнего…
— В…верь… — выдавила я из себя, — те…
Всего одно слово, но сколько муки оно мне принесло. Сложилось такое ощущение, что кто-то схватил меня за горло и больно сжал, чтобы я не посмела сказать что-то ещё.
— Верить? — изумилась миссис Данфри. — Ты стоишь рядом с демоном, Хлоя! Ты им управляешь!
Я вновь попыталась мотнуть головой, получилось слабо. Но я продолжала смотреть в глаза женщине, которую по-своему любила. А ещё мне хотелось, чтобы она увидела то же самое, что и я. Ведь демон так и стоял рядом, будто, не замечая миссис Данфри. Откуда в ней взялась такая смелость? Почему она не боится? Или боится? Но, тогда как отважилась?
— Анна! — позвал её, неизвестно откуда взявшийся Морис. Он-то как раз не решался подойти ближе. — Ты что делаешь? Уйди оттуда! Все уходят в ратушу, там безопасно!
— Безопасно… — пробормотала она, а потом наконец посмотрела на демона. Что-то дрогнуло на её лице, а может и в сердце. — Ты не позволяешь ему меня тронуть?
Что-то прозвучало в её голосе, что дало мне надежду. Я вновь попыталась сказать нет, но получилось только губами, звука не было.
— Нет? — правильно поняла он. — Он сам? Но почему?
 
— Анна, ты поступаешь безрассудно! У тебя дети! Уйди оттуда! — кричал Морис.
Но миссис Данфри всегда была упрямой. Что вобьёт в голову, обязательно исполнит. Теперь она смотрела на меня другими глазами.
— Верить? — переспросила она меня, пристально вглядываясь в глаза.
Но ответить или дать хоть какой-то знак я не успела. Морис и его помощник бесцеремонно схватили женщину и поволокли за собой.
— Ты обезумела, — говорил Морис. — Разве можно так близко подходить? Да, что с тобой стряслось? Ум отшибло?
Вместе с уходом миссис Данфри угасла последняя надежда, что хоть кто-то из горожан поймёт, что именно происходит, что их обманывают, манипулируют ими, используют.
— Вот всё и случилось, как мы запланировали, — прозвучал мелодичный голос Ориэлы прямо над моим ухом. Я даже не заметила, как она подошла.
Девушка обошла меня и встала напротив, улыбаясь и будто упиваясь своим величием. Её брат присоединился, с его лица не сходила гадкая ухмылка.
    
Глава 22.
Ориэла подняла согнутую руку и глядя мне в глаза резко сжала пальцы в кулак. Почти мгновенно мне стало намного легче, давление ушло, я смогла сделать несмелый шаг. Невероятно приятно было двигать руками и понимать, что могу говорить.
— Ты исполнила свою роль, Хлоя, — сказала наследница. — Больше ты нам не нужна.
Свободно шевелиться я уже могла, тело вновь подчинялось, но бурлящие эмоции ничуть не уменьшились. К ним добавились возмущение, боль от несправедливости и просто невыносимое желание ударить Ориэлу.
— Ого! — засмеялся Трейо. — Твои чувства питают демона, он всё ещё растёт! Прекрасно, просто прекрасно. Даже слепой увидит, что дух огня подпитываешь именно ты!
— Мерзавцы! — выпалила я, осознавая свою беспомощность.
Я никак не могла избавиться от демона, не могла разорвать связь. Теперь и я понимала, что он увеличивался в размерах, благодаря моим чувствам.
— Нам пришлось, — сменила тон Ориэла. Больше её голос не звучал как ручеёк, в нём был только холод. — Да, папа?
Я вздрогнула и повернулась, проследив за восхищённым взглядом наследников. Из-за, казалось, застывшего демона вышли трое: Джерс, Виннес и незнакомый мне мужчина. Этот мужчина был высоким и длинноволосым. Его огненно-красные локоны спадали на плечи и среди них виднелись светлые тонкие косички. В сочетании с цветом кожи — выглядело очень необычно. Владыка огня шёл, гордо расправив плечи, твёрдой походкой. Он явно был доволен своими детьми. Тёмные глаза смотрели на меня с презрением. С таким, будто владыка Охерон знал меня лично и люто ненавидел. Я ощутила его неприязнь всей душой. Стало не по себе.
— Да, Эла, нам пришлось, — подтвердил Охерон, приближаясь к дочери.
Дети смотрели на владыку с обожанием. Желание всеми путями угодить ему было заметно сразу. Я посмотрела на Джерса, его взгляд показался мне безразличным, совсем пустым.