Ловушка под омелой

Поскольку урок был заключительным перед праздничной неделей, миссис Патчис напоминала, какие навыки стоит оттачивать, каждому из студентов указывала на слабые места, которые следовало бы подтянуть. Обстановка в классе была довольно расслабленной, но преподавателя это не сильно волновало. Сердечно любимая мною миссис Патчис уже сама предвкушала недолгий отдых, немного покоя у окна с любимой книгой и новогоднюю суету.
Академия находилась в окрестностях города Острэма, жители которого очень ответственно и с большой любовью относились к праздникам. Да и к зиме тоже. Они украшали улицы фонарями, проводили ярмарки, открывали катки. С горожанами маги дружили, поэтому каждый год перед Новым годом преподаватели и некоторые ученики помогали строить ледяные скульптуры на главной площади и возводили замысловатые ледяные горки для взрослых и детей. Я тоже участвовала в этом лет с шестнадцати. Миссис Патчис научила меня ровнять каток на озере, воздвигать целые композиции, которые выглядели очень натурально и если это были люди или животные, то они очень походили на живых.
Как раз завтра я в компании Ким и некоторых учителей должна буду отправиться в город. Внутри проснулось радостное нетерпение. Даже несмотря на то, что я давно не впечатлительная девчонка, новогодняя неделя всё ещё была самой особенной для меня, самой волшебной.
Огромный голубой попугай, который казалось дремал весь урок, сидя в своём серебряном резном круге, встрепенулся и взмахнул несколько раз широкими крыльями. Так Тьяго возвещал о конце урока. Класс мгновенно ожил, со всех сторон послышались звуки отодвигаемых лавок, учебники посыпались в сумки и раздались смешки и тихие переговоры.
Ким схватила меня за руку и потащила за собой, едва я успела убрать альбом.
— Хлоя! — окликнула меня миссис Патчис прямо у дверей. — Не забудь, пожалуйста, что ты обещала мне помочь отнести Тьяго в комнату на время каникул!
Мы с подругой переглянулись и Ким состроила кислую мину, но всё равно вернулась в класс. Миссис Патчис любили все. В свои шестьдесят два она выглядела довольно бодрой, энергичной и собранной. Густые тёмные волосы смотрелись очень необычно, чередуясь с седыми прядями, которые она даже не пыталась спрятать. Живые, искрящиеся молодостью и задором, глаза тёмно-синего цвета, всегда смотрели с интересом. С самого детства я была уверена, что её глаза были первыми, что я увидела, когда проснулась уже не на перекрёстке, а в стенах академии. Женщина была худощавой, высокой, с прямой, будто чуть горделивой спиной. Несмотря на возраст, миссис Патчис считалась одной из самых красивых женщин в академии. Ученики обожали её за нескучные уроки и за то, что она никогда не повышала голоса. Ну, почти никогда. Чтобы вынудить её накричать на кого бы то ни было, нужно было очень хорошо постараться.
— Девочки, — замечая присутствие Кимберли рядом со мной, сказала она. — Отнесите Тьяго пока я соберу свои вещи и закрою класс до восьмого января.
Мы с подругой кивнули и взялись за кольцо с обеих сторон. Оно, вместе с огромным попугаем, было жутко тяжёлым, и я не раз спрашивала, почему нельзя просто щёлкнуть пальцами и переместить его в комнату миссис Патчис, ну или просто заставить его плыть рядом со мной, пока я шагаю по коридорам и лестницам. На что преподаватель неизменно отвечала, что у Тьяго очень тонкая душевная организация и слабый желудок. Он не выносит перемещений и вообще каких-либо магических вмешательств в его размеренную жизнь.
Я никогда не видела, чтобы Тьяго летал, да и вообще совершал хоть какие-то мало мальски лишние движения, помимо взмахов тяжёлыми крыльями в начале и конце уроков. Возможно именно поэтому он казался таким грузным. Мы с Ким переглянулись и кивнули друг другу, понимая, что деваться всё равно некуда. Путь был неблизким, тянуть смысла не было.
Мы вышли из класса и отправились по коридору, который вывел нас к широкой лестнице. Главный корпус был самым большим в академии, возможно именно поэтому он так и назывался. А может быть потому, что здесь находились кабинеты магистров, педагогов, занимающихся с выпускниками, огромная библиотека с артефакториумом, общий зал для всех студентов и залы для практических занятий. А также на самых верхних этажах располагались спальни всех выше перечисленных.
Студенты жили по несколько человек в комнате, мне же досталась отдельная не очень большая, но и не маленькая комната с прекрасным видом на густой и древний, как сама магия, лес. Когда я повзрослела и стала достаточно самостоятельной, учителя приняли решение поселить меня отдельно. Магистры хоть и не были довольны, но возражать не стали. Само моё присутствие и без того нарушало все установленные сотни лет назад правила. Комната мне досталась на том же этаже, что и у миссис Патчис, только в сравнительном отдалении. Нужно было дойти почти до самого конца длинного коридора и повернуть за угол, за которым было что-то напоминающее нишу, в которой и утопала моя дверь. Девочки завидовали мне, а я в свою очередь завидовала им, поскольку жить совсем одной было скучно. Ученикам категорически запрещалось приходить к спальням преподавателей, но мы с Ким нередко нарушали это правило, и я тайком приводила подругу в свою комнату, чтобы вместе переночевать.
— Давай поторопимся, — сказала Ким, подтягивая круг чуть выше, чтобы было удобнее, — я хотела успеть заскочить к Бэтани, чтобы закончить платье к завтрашнему новогоднему балу.
— Времени достаточно, — усмехнулась я. — Тем более загвоздка лишь в том, что ты не можешь определиться с цветом.
— Всё не так просто, — фыркнула подруга. — Фиалковый освежает моё лицо, а мятный подчёркивает красоту глаз. Я никак не могу выбрать.
Я снова усмехнулась, но продолжать эту тему не решилась. Кимберли очень серьёзно относилась к своей одежде и ей было действительно важно выбрать правильный цвет для платья.
— И почему нельзя просто сочетать эти цвета в одном наряде? — буркнула я себе под нос, и тоже подтянула круг с попугаем, потому что руки уже затекли.
Тьяго недовольно крякнул и взмахнул одним крылом, будто подгоняя нас и повелевая не трясти и не дёргать его перекладину. Мимо нас шагали студенты со счастливыми лицами. Их глаза искрились, улыбки не сходили с лиц и заразительный смех, звучащий то тут, то там, заставлял сердце радоваться. Все ощущали приближение самой главной ночи в году. Для студентов Зимней стужи это не просто бал и ёлка, это ступень во взрослую жизнь. Именно после новогодней недели наступает пора заключительных испытаний. Январь становится самым ожидаемым месяцем и самым тревожным одновременно.
— Ты пойдёшь со мной сегодня к омеле? — спросила подруга, поворачивая на очередной пролёт, казавшейся бесконечной, лестницы.
— Ким! — с лёгким упрёком воскликнула я. — Ну мы же много раз говорили об этом! Волшебные свойства омелы сильно преувеличены и то, что в новогоднюю неделю она может соединить какую-то пару истинным чувством — это просто сказка. Поверье, небылица и всё!
— Если мы с тобой никогда этого не видели — это ещё не значит, что её свойства выдумка, — с улыбкой и надеждой сказала Ким.