Глаза истины: тень Омбоса. Часть 1. На тропе возмездия
– Куда его девать? – спросил один из верзил у Ковальского.
– Сначала в допросную, – ответил он, легко перекрикивая заглушавший двигатели вертолет. – Нам есть, о чем поговорить с нашим консультантом. А по завершении следственных действий отправьте гражданина Ратцингера к его дружку.
– В одну камеру? – уточнила Алиса.
– Нет, вы что? – Ковальский самоуверенно хохотнул. – Его же порвут на части и съедят живьем за то, что он так легко попался.
– Как скажете, – кивнула девушка и сделала пометку в своем планшете.
Двое бойцов повели Ратцингера ко входу на крышу, удерживая его под мышки. Ковальский с Марго и Алисой двинулись следом.
– Я могу поговорить с Альбертом? – спросил федерал у помощницы Ряховского.
– К сожалению, он пока занят. Его вызвало руководство Второй службы. Полагаю, его отчитывают за все произошедшее сегодня.
– Сообщи ему о наших успехах. Пускай у него будет хотя бы один туз в рукаве.
– Вы думаете, Ратцингер расколется? – с нескрываемым сомнением спросила Марго.
– Расколем, – хлопнул её по плечу Ковальский. – По крайней мере, он явно не такой крепкий орешек, как его друг. Того закалили, подготовили, а вот с Ратцингером у них не очень-то вышло. Я даже допускаю, что он работал на них по найму, не будучи членом Ордена.
– Тогда он вряд ли знает больше, чем ему положено знать для успешного выполнения задания.
Марго остановилась у двери, не спеша заходить внутрь, отчего и федералы были вынуждены замереть.
– Ты намекаешь на то, что мы у него ничего дельного не узнаем?
– Именно. Если ваша версия верна и Ратцингера просто наняли за бешеные деньги, чтобы водить нас за нос и тянуть время, то вряд ли он знает больше меня или вас.
Марго на мгновение задумалась, а потом спросила:
– А, собственно, как получилось так, что его пригласили на консультацию? Ведь сеттиты должны были заранее знать, что это произойдет, чтобы успешно внедрить своего человека.
– Мы нашли его сами, – ответил Ковальский. – Алиса сделала запрос, провела определенную работу и отыскала нам именно его. Мы прогнали Ратцингера по нашим базам, узнали о нем всю подноготную, не увидели ничего подозрительного и потому пригласили на место преступления.
– И что же особенного вам удалось выяснить?
– Родился в Москве, но большую часть жизни провел на исторической родине в Германии. Выучился там по специальности «историк искусства». Пробовал себя в работе туристическим гидом, смог устроиться научным сотрудником. Не вполне понятна история его обогащения, но в последнее время Ратцингер ведет безбедное существование и занимается изучением тех вопросов, которые сам считает важными. В первой половине прошлого века его отец бежал от нацистского режима, осел в России после Великой Отечественной войны, женился на русской девушке из деревни, что приютила его после бегства. Они прожили вместе пятнадцать лет, стараясь хранить все в строжайшей тайне. Впоследствии соседи донесли, что он перебежчик и, скорее всего, шпион. Разбираться в деталях никто не стал, да и документов об этом не сохранилось. Вскоре его отправили в тюрьму и приговорили к расстрелу. Штефану было тогда всего два года. После казни отца мать окольными путями смогла прорваться через границу и сбежать в ФРГ, где и растила сына до самого падения Берлинской стены. С тех пор мальчик начал налаживать контакты со своей официальной родиной. И таким образом вернулся в Москву.
Немец по крови, русский по рождению, Ратцингер оказался не так-то прост, как показалось Марго сначала.
Вот почему он вас всех недолюбливает… Давным-давно вы лишили его отца, сделали сиротой. Вероятно, совершенно напрасно.
– Хм-м-м-м, ничего особо подозрительного даже с учетом того, что мы знаем, – протянула Марго с разочарованием. – Не сказала бы, что в его прошлом есть намеки или предпосылки к вступлению в ряды Ордена. Если он не знает или не осмелится сказать, куда отправились сеттиты, то нам придется искать их самим.
– Я проверила записи с камер на ближайших домах, – сказала Алиса. – Район достаточно благоустроенный, чтобы ими был оборудован каждый угол. За последние двадцать четыре часа вокруг Триумф-Паласа не было замечено никакой подозрительной активности. Если они и ушли оттуда, то намного раньше.
– Не думаю, – возразил Ковальский. – Штукатурка, которой они наскоро замуровали проход, была еще совсем сырая, так что они покинули здание в течение этого дня.
– Тогда они сделали это не по земле. А взлет вертолета с крыши заброшенного здания привлек бы ненужное внимание.
– Тогда остается только один вариант, – резюмировала Марго. – За то время, пока сеттиты занимали внутренние помещения Триумф-Паласа, они успели прорыть в подвалах тайный подземный ход и покинули здание через него.
– Их наверняка должны были заметить! – воскликнул Ковальский. – Они могли потревожить подземные коммуникации! Алиса, выясни у соседей, вырубался ли у них на днях свет или, может, вода в трубах пропадала…
– Если их айтишники смогли взломать базы данных Мосгоргеотреста и скачать оттуда план укладки труб, электрокабелей и прочего, то они легко нашли обходной маршрут, – ответила Алиса.
– И направиться они могли куда угодно…
Марго понурила плечи, понимая, что сеттиты их вновь переиграли, поскольку позаботились о том, чтобы федералы решили, что они все погибли под руинами небоскреба. Ведь это полностью согласовывалось с их взглядами на самоубийство, о чем им прямым текстом сказали как Ратцингер, так и пойманный культист. Федералы не заподозрили бы подвоха, а туннель обнаружили бы только после того, как сотрудники МЧС разобрали завалы в поисках выживших и тел погибших. К тому времени сеттиты уже давным-давно бы исчезли, чтобы снова залечь на дно.
– Но некоторые культисты могли быть и не в здании в момент нашего рейда на их штаб-квартиру, – напомнила Марго. – Сеттиты ведь не могли знать, когда мы догадаемся о том, где они прячутся. А в случае уничтожения штаб-квартиры оставшимся сеттитам нужно было понимать, куда двигаться дальше.
– Марго, они могли легко об этом условиться заранее… – начала было Алиса, но Ковальский её перебил:
– Слишком рискованно, и они об этом знают. Именно поэтому и тот сеттит с поезда у Расторгуево не узнал бы, что ему делать дальше, пока не прочел бы подсказки. Они перестраховались.
– Значит, должны были остаться указания! – всплеснула руками Алиса с непривычным для неё энтузиазмом. – Мы еще можем поймать этих культистов!
– Даже если указания и были, то теперь мы их не отыщем. Наверняка их спрятали где-то внутри Триумф-Паласа.
– Но ими нужно было воспользоваться уже после его уничтожения, которое явно было предусмотрено, – возразила Марго. – Возможно, их еще можно отыскать.
– Например, снаружи! – добавила Алиса, торжествующе глядя на Ковальского, который взглянул на неё, недоверчиво подняв бровь. – Видите, из меня тоже мог бы получиться оперативник, а вы сомневались.