Бабочка для одинокого олигарха

До первого этажа мы спускались бесконечно долго. Наверняка незнакомец уже вышиб дверь и теперь идет по моему следу, как гончая. Выскользнула из лифта, и, старясь не привлекать внимания, пробралась в кабинет Лены. В холле народу было немного, и никому до меня не было дела.
Влетела в комнату. Плотно закрыла за собой дверь, заперла ее, прижалась к ней спиной и только теперь перевела дух.
– Лена, прости! – простонала я. – Похоже, я тебя подвела. Вляпалась по полной!
Протянула ей электронный ключ. Подруга удивленно смотрела на меня.
– Что произошло, почему ты босиком и в халате?
– Объяснять некогда! Дай мне что-нибудь из одежды. За мной мужик гонится, ищет. Думает, я проститутка. Я номер перепутала. Длинная история. До дома доберусь – позвоню и все расскажу. Боюсь, у тебя будут из-за меня неприятности.
Лена захлопала глазами, задумалась.
– Дай сообразить… Нет у меня ничего, – она достала из шкафа туфли и протянула мне. – Вот, туфли старые и все. Могу дать свое пальто… Мне еще два часа тут сидеть. Дома переоденешься и привезешь назад.
Ей позвонили.
– Погоди, мне ответить надо, – предостерегающе подняла она указательный палец. – Охранник звонит.
По тому, как изменилось лицо Лены, я догадалась, что меня уже ищут. И возможно с собаками.
– Так, немедленно уезжай! Быстро! – прорычала подруга. – Я к тебе после работы заеду. Сюда не возвращайся.
Я поняла, что все плохо. Очень плохо. Сунула ноги в туфли, пальто брать не стала, раз вернуться не смогу. В машине не замерзну, доберусь.
Помчалась на подземную парковку, вскочила в автомобиль и нажала на газ. Взвизгнули шины, и автомобиль вылетел из подземелья, как пуля из револьвера. Надо немедленно успокоиться, иначе могу попасть в аварию. Я глубоко вздохнула несколько раз. Наконец взяла себя в руки. Тут меня уже никто не достанет.
Включила музыку, печку и попыталась собрать мысли в кучку. Получалось это плохо. Мысли скакали как блохи и не хотели выстраиваться в ряд.
Чем моя выходка грозит лично мне? Да практически ничем. Ну, могут обвинить в хулиганстве. Все. Или в проституции и домогательстве… Это хуже, но не смертельно. В тюрьму не посадят. Я надеюсь… Надо будет по интернету полазить, изучить Уголовный кодекс. Или лучше себе нервы не трепать? Вдруг найду что-то страшное? Тряхнула головой и отогнала дурные мысли.
А чем это чревато для Лены? Могут уволить. Да еще и штраф наложат за то, что она мне отдала универсальный ключ. Ведь это недопустимо. Вот это я ее подвела, так подвела! Штраф я за нее заплачу. А то, что со скандалом подругу выгонят по моей вине – просто ужасно!
Дома сделала себе крепкий чай. Есть не хотелось. Настроение отвратительное. Главное, напрягало то, что я не смогу ничем помочь подруге.
Подставила ее как последняя идиотка. Спутала номера и ввалилась к приличному мужчине. И судя по роскошному номеру, мужчина не из простых смертных. Интересно, кто он? Кем бы он ни был, наверняка захочет узнать, что за нахалка забралась к нему в постель и как ей это удалось.
Да, умею я создать проблемы людям…
Лена приехала сразу, как закончила работу. Вид у нее был мрачнее тучи. Она поставила на стол бутылку коньяка и торт.
А у меня еды кот наплакал. Так переживала, что не додумалась сходить в магазин. Я достала остатки черствого батона, пошарила в холодильнике. И вытащила все, что можно съесть – засохший сыр, рыбные консервы и немного кабачковой икры.
Молча уселись за стол, и Лена разлила коньяк.
– Что, все так плохо? – осторожно осведомилась я.
– Хуже не бывает, – призналась подруга.
Мы сдвинули пузатые рюмки, и они тревожно зазвенели.
– За удачу, – провозгласила Лена. – А она нам с тобой очень понадобится.
Коньяк обжег горло. Я отправила в рот одеревеневший кусочек сыра и напряглась в предвкушении страшной истории.
– Давай, добей меня, – обреченно попросила я. – Рассказывай.
– Короче, ты вперлась в номер нашего нового хозяина – господина Кирсанова, – выдала Ленка. – Он приехал вчера днем. И решил остановиться в президентском люксе. Я на смену еще не заступила и, естественно, была не в курсе. А тебя угораздило номера перепутать. Вместо пятого ты зашла в самый навороченный – в шестой. Туда даже Плетнев девочек не водит. Это у нас как святилище. В нем на моей памяти никто не останавливался, слишком дорогой.
 
– Так я спала с Кирсановым? – искренне удивилась я, вспомнив, как мило вел себя очаровательный мужчина.
– Спала?! – задохнулась Лена. – Серьезно?
– Ну, не переспала, а спала в прямом смысле, – уточнила я. – Рядом, на одной постели. Ничего у нас, естественно, не было. Я надеюсь…
– Уже хорошо. Кирсанова жутко возмутило, что ты наговорила ему дерзостей, а потом еще и убежала. Можешь представить, как он возмущался? Ты его что, не узнала? Он же на свадьбе был.
– Я на свадьбе невесту с мамашей ублажала, мне некогда было гостей разглядывать. А что, сильно орал?
– Лучше бы орал. Говорил тихо, но грозно. Я поняла – Кирсанов жаждет тебя найти. И, очевидно, сдать полиции. Принял тебя за проститутку. Или мошенницу. Пока не определился. Но зол страшно. Обидно мужику, что ты его обвела вокруг пальца и сбежала. Да еще и заперла в номере, – Лена нервно хихикнула. – Последнее его, похоже, оскорбило. Он грозится выгнать горничную, которая его выпустила. Просто как джин из бутылки – кто меня выпустил, того убью. Или уволю, как в данном случае. Впрочем, горничная поболее всех накосячила. Но это отдельная история.
Я побледнела. Только этого не хватало. Тут все серьезно. Это уже не мелкое хулиганство.
– Кирсанов будет разбираться, как универсальный ключ попал к тебе, – добавила Лена.
– Что теперь будет? – поникла я. – Как мне тебе помочь?
– Думаю, никак. Пока я сумела его убедить, что ключ можно подделать. Но не знаю, поверил он или просто сделал вид.
И что хуже всего, мне с господином Кирсановым на днях придется общаться лично – перезаключать договор аренды. Можно, конечно, прийти к нему с повинной. Чистосердечно раскаяться и признаться во всем. Вдруг простит и продлит аренду. Но тогда придется сдать Лену. А этого я делать не буду.
– Как же быть? – задала я очередной риторический вопрос.
– Шут его знает, – пожала плечами Лена и налила нам еще коньяка. – Выгонит так выгонит. У него же ничего не украли. Я и сама собиралась из этого дурдома увольняться. Не думаю, что новый хозяин что-то сможет поменять. Один Борис Семенович чего стоит. Вечно мне нервы треплет, к мелочам придирается. То не так, это не эдак. Еще и за задницу норовит ущипнуть. Да ты и сама знаешь.
Поставила чайник. Разрезала торт.
– А расскажи, что у вас там все-таки было? – с любопытством посмотрела на меня подруга. – Если не секрет, конечно.
– Ну, какой секрет? Проснулась, огляделась. А он голый сидит рядом на постели и на меня смотрит. Ничего так, не зло. Даже мило побеседовали. И я поняла, что надо бежать, пока он добрый и не перешел к активным действиям. Дальше ты знаешь.
– А что там еще за женщина была? Ее горничная впустила. Кирсанов возмущался, что у него не президентский люкс, а проходной двор.
– Не было никого больше. Но я крепко спала. Хотя, может, и была еще какая дама, не знаю… Точно! Я проснулась от того, что женщина ругалась. Думала, мне это приснилось. Но я ее не видела.
– Ты очень художественно свои вещи раскидала. Можно подумать, у вас там оргия была, – лукаво посмотрела на меня подруга.
– Не спрашивай, зачем я так поступила. Жуткая смесь алкоголя и снотворного. Ты даже не представляешь, как плохо я соображала. Но оргии точно не было. Кажется…
 
Мы снова выпили по коньяку. Чай это конечно хорошо, но нервы лучше успокаивает алкоголь.
– Мне в понедельник-вторник договор с Кирсановым заключать. Если он меня выкинет, фирма точно разорится. Я ее и так едва на плаву поддерживаю. Как же все паршиво складывается, – констатировала я.
Коньяк не помог успокоиться. Но мне в голову пришла шальная идея и, как мне показалось, я нашла выход.