Песня вечных дождей

Ларкира кивнула:
– Именно. Люди нашего положения слишком часто скрывают то, что на самом деле думают. Моя семья и я сама не принадлежим к их числу. Жизнь слишком коротка, чтобы скрывать свои истинные мысли.
Дариус удивленно посмотрел на нее сверху вниз.
– Да, – согласился он. – Я часто думал о том же самом. Хотя… признаю, мне не удается практиковать подобное.
– С радостью помогу вам освоить это искусство. – Ларкира нерешительно улыбнулась и была вознаграждена, когда Дариус ответил ей тем же.
– Было бы неплохо.
Магия Ларкиры расцвела, приободренная успехом.
– Может, начнем прямо сейчас? – предложила девушка. – Задайте мне вопрос, и я постараюсь ответить откровенно. Но взамен вы должны согласиться ответить на один из моих вопросов.
Дариус, казалось, обдумывал предложение, проводя руками по волосам и вытирая капли воды, повисшие на рыжих кончиках.
– Хорошо. Откуда вы так много знаете о колесе Генри?
– У моего отца различные предприятия во многих частях Адилора, – ответила Ларкира. – И, вместо того чтобы надолго оставлять своих дочерей одних, он брал нас с собой. Сломанное колесо кареты – лишь малая часть того, что мы научились чинить в наших путешествиях.
– Но у вашего кучера, конечно же, было все необходимое для ремонта?
– А как вы думаете, кто научил нас? – рассмеялась Ларкира. – Мой отец считает, что хорошо образованный ум не довольствуется лишь тем, что можно найти в книгах или узнать от гувернанток. Он всегда хотел, чтобы его дочери были хорошо подготовлены ко всему, что ждет нас на нашем пути.
– Например, к засаде бандитов? – Проницательный взгляд умных глаз Дариуса смотрел прямо ей в душу.
– Подобные люди обитают не только на узких проселочных дорогах.
– Значит, у вас и раньше возникала необходимость защищать себя?
– Ах! – Ларкира снова обаятельно улыбнулась. – Я ответила на три ваших вопроса. Теперь моя очередь.
Дождь начал усиливаться, но они продолжали идти по мокрой земле.
– Тогда задавайте свой вопрос.
– Что вы делали в деревне?
Дариус перевесил сумку на другое плечо, и Ларкира изо всех сил старалась не замечать, как рубашка льнет к его мускулистой груди.
– Я помогал рыбакам чистить днище их лодок.
– А часто вы помогаете им с этим?
– Да.
– Это очень мило с вашей стороны, – заметила Ларкира, на сердце у нее потеплело. Было более чем очевидно, что Дариус заботился о своем народе. Люди подобного ранга редко проявляли вежливость по отношению к низшему классу, хотя те, несомненно, заслуживали этого.
– Это меньшее, что я могу сделать за то, как много они дали моей семье и нашей земле, – сказал Дариус. – Я не могу спать спокойно, зная, сколько у них забот и тревог.
– Знает ли герцог, что вы приехали в Имелл с этой целью? Он тоже помогает им?
При упоминании отчима Дариус напрягся, снова замыкаясь в себе.
– Нет, он этим не занимается, – наконец ответил он. – И буду признателен, если вы не станете упоминать об этом в его присутствии.
Ларкира изучала его, этого лорда, одевавшегося как простолюдин и скрывающего безвозмездную помощь, которую оказывал своему народу, словно некую грязную тайну. Как много у них было общего, но Ларкира никогда не стала бы упоминать об этом.
– Конечно, – согласилась она. – И я также была бы признательна, если мое… исследование территории останется между нами.
Дариус замедлил шаг, когда они подошли к развилке дорог.
– Тогда давайте договоримся забыть то, что произошло сегодня.
Какое-то время Ларкира наблюдала за ним, пока он стоял такой одинокий и собранный даже в своей испачканной грязью одежде, странная печаль окутала ее сердце.
– Как пожелаете, – согласилась она.
Благодарно кивнув, Дариус прошел мимо нее, раздвигая ветви справа от них и открывая другую тропу. Скользкая лестница, высеченная в скалистом рельефе, вела вниз сквозь заросли зелени.
– Сюда, – сказал он, поворачиваясь, чтобы протянуть руку, намереваясь помочь ей спуститься.
Ларкира скользнула затянутыми в перчатки пальцами в его ладонь, и от этого прикосновения в ее сердце зазвучали ноты новой песни.
– Спасибо, – удалось выдохнуть ей.
Еще один кивок, и его рука исчезла.
Спустившись в тишине, Ларкира окинула взглядом небольшой галечный пляж и лодку, стоявшую на берегу. Касл Айленд виднелся по ту сторону озера, в то время как длинный узкий мост, соединявший его с материком, возвышался вдалеке. Туман и облака скрывали участки из виду, над головой пролетела вереница черных дроздов, накрапывал слабый дождь, словно сам измученный выпавшей ему долей.
– Сюда, – сказал Дариус, подходя к маленькой лодке и бросая в нее свою сумку.
Подобрав свои промокшие юбки и накидку, Ларкира устроилась на дальней скамье, тогда Дариус столкнул лодку в воду и запрыгнул внутрь. Он двинулся вперед, и с каждым взмахом весел озеро покрывалось рябью. В этот момент он выглядел очень спокойным на фоне дикого леса и безмятежного озера. Любой, кто захотел бы увидеть, несомненно понял бы, кто был истинным хозяином этой земли.
– Вы получили это, чистя лодки? – Ларкира наклонилась вперед, чтобы провести пальцем по его предплечью, скользя по уходящему вверх шраму, выглядывающему из-под сдвинутого рукава рубашки.
Дариус отпрянул, едва не выронив весла.
– Ой, – Ларкира выпрямилась. – Простите, я не хотела…
– Все в порядке, – сказал он, его челюсть напряглась, когда он перестал грести, чтобы опустить рукав, тем самым прикрывая отметину. – Просто я… я не люблю, когда ко мне прикасаются… там.
Чувствуя, как энергия между ними меняется, потрескивая неловкостью, Ларкира подавила вопросы, пришедшие ей на ум. В конце концов, у ее пребывания здесь имелись свои цели. Какие бы секреты ни выскользнули на свободу, даже она – крайне любопытная Бассетт – знала: если надавить, они лишь отступят еще дальше.
Таким образом Ларкира молчала, пока Дариус греб к крошечному причалу, расположенному между двумя покрытыми мхом валунами на берегу Касл Айленда, где была пришвартована еще одна лодка. Еще одна извилистая резная каменная лестница вела вверх и в сторону поместья.
Держась за столб, Дариус уравновесил лодку, позволяя ей выйти.
– Ларкира.
Мурашки пробежали по коже девушки, когда ее имя сорвалось с его губ, и она обернулась.
Мужчина остался сидеть в лодке, его рыжие волосы ярко выделялись на фоне обесцвеченного мира, зеленые глаза неотрывно смотрели на нее.
– Если вы когда-нибудь почувствуете необходимость уйти незамеченной, – он кивнул на уединенную тропинку позади нее, – это лучший способ.