Элирм IV

Обо всём этом нам поведал скучающий Вел. И кажется, только сейчас я начал примерно осознавать всю степень богатства и могущества «дваргийского панка». Как и то, что вышедшие из-под контроля тёрки с Небесным Доминионом, вполне реально могут стоить нам жизни. Раз уж сам Аполло их боится и периодически косплеит лакея, то нам и подавно стоило бы забиться в глубокую нору и в ужасе молить всех богов о спасении. Хотя, кто сказал, что они помогут? Из знакомых есть лишь один, да и тот чужой среди своих.
В общем, дело дрянь. И иллюзий на этот счет питать явно не стоит. Повезло один раз — хорошо, второй — отлично. Но человеку не может фартить днём и ночью. Я буквально сердцем чувствовал, что следующая стычка может обернуться бедой. Но, с другой стороны, был искренне рад. Где-то в глубине души я желал довести конфликт до предела. Избавиться от накопленного раздражения, дабы раз и навсегда прояснить ситуацию.
В межличностных отношениях подобное случается с каждым. Бывает, что человек тебе неприятен, но по какой-то причине ты его терпишь. Пропускаешь мимо ушей его мелкие колкости, хамство, спускаешь на тормозах завуалированные оскорбления и попытки возвыситься за счет твоего принижения. Так может продолжаться до бесконечности. Но как по мне, то рано или поздно оно приведет к проблемам с головой. Психология, мать её… Эрос и Танатос, имплозивность и эксплозивность. Лично я ощущаю себя гораздо спокойнее, зная, что при встрече с Беларом, мы будем друг друга убивать. В отношении него я повел себя как наёмный сотрудник, что ворвался в кабинет к подонку начальнику, врезал тому по морде и обоссал, вместо того чтобы покорно слиться, подписав при этом добровольно-принудительное: «по собственному желанию». Стоило ли так поступать? Не факт. Зато как приятно. Да и вообще я заметил, что в моменты реальной опасности ты будто бы становишься по-настоящему живым. Все эмоции и чувства разом усиливаются. Тихий гнев превращается в клокочущую ярость, а симпатия трансформируется во всепоглощающую любовь.
Быть может именно поэтому Алекса ни на минуту не уходила из моей головы. Я думал о ней постоянно, то и дело прокручивая вокруг пальца подаренный перстень. Того и гляди натру мозоль.
— … и вот тут, мужики, я подумал что всё… — Глас выдержал театральную паузу, сидя перед костром в окружении орков — Эо без конца помирает, Германа чуть не убил Ат-Анак, Илай вконец выдохся, а меня и Локо хорошенько покоцали Гондвана с Раввиром. Лишь Гундахар и Фройлин остались стоять на ногах. Окровавленные, уставшие и полные жгучей ненависти. Ох, парни, вы бы это видели. Они сражались столь яростно, что и словами не описать. Как голодные львы или взбешенные медведи, что рвут друг друга на части зубами и когтями. Как обезумевшие буйволы, что сбивают врага с ног и топчут всё на своём пути. Признаюсь, в тот момент в моем сердце зародилась надежда, и даже на мгновение я преисполнился всепоглощающей уверенностью, что победа уже близка, однако… рыцарь смерти вдруг начал проигрывать…
— Не-е-ет! — воскликнул Кхрош.
— Да — кивнул шаман — Удар, удар, удар! Белар избивал генерала с такой силой, как если бы это были орудийные залпы вашей бомбарды. Грубые сокрушительные атаки заставляли трястись стены, разносили вокруг облака пыли и выбивали из Гундахара весь дух, пока, наконец, тот не упал на колени.
— И что было потом? — подался вперед Стигга.
— В тот самый миг мы встретились с генералом взглядами, и он подмигнул мне, словно хотел сказать: «Глас, ты мой лучший…».
— Ай, да хватит уже заливать, имбецил! Никто тебе не подмигивал. 
— Подмигивал — смутился шаман — Ты просто забыл.
— Я забыл?! — игв в гневе отбросил в сторону недоеденную кабанью ногу.
— В любом случае ты сделал так — Эстир картинно сощурил правый глаз.
— Не правда.
— Правда. И у меня, если что, есть свидетели.
— Ай, пошел к черту! — Гундахар грубо выхватил у шамана бутылку и двинулся в сторону озера — Балабол. Мне просто пыль в глаза попала.
— Так и что было потом? — спросил Гром.
— А хотите сами увидеть?
Группа орков разразилась согласными криками.
— В таком случае, добавляйте меня в NS-Eye. Скину вам одно видео.
На ближайшую минуту поляна перед озером погрузилась в тишину, а затем все до единого орки синхронно вздрогнули и кисло поморщились.
— Ки-рсах рагжан… — ошарашено произнёс Ар-Хакон — Немыслимо…
— Кошмар, да?
— Наоборот — покачал головой орк — Это самая удивительная и потрясающая победа из всех, что я видел. Ваш Гундахар — великий воин! Он не только справился с превосходящим по силе противником, но и поставил жирную точку. Отныне и до скончания веков тот эльф будет инстинктивно его бояться.
Эстир озадаченно почесал правую щеку.
— Надеюсь, вы теперь не собираетесь подобное повторить? Честно говоря, я надеялся на прямо противоположный эффект. Но раз так, то, пожалуй, поведаю вам о наших приключениях в Натолисе. Там тоже много чего интересного произошло. Кстати, вы знали, что человеческое тело имеет в среднем около двух квадратных метров кожи? И если у вас нет под рукой бумаги, то можно пойти на крайние меры и…
Вскоре я перестал его слушать и, вооружившись коротенькой палочкой, принялся выкапывать из углей печеный картофель.
На дворе стояла глубокая ночь. Перед нами — два костра и искрящаяся в лунном свете водная гладь. Позади — припаркованные по-соседству Вел и «Пыхтящий Адмирал». Орки действительно оказались здесь совершенно случайно. Решили ненадолго остановиться, дабы закачать в котел свежую воду.
— Пум-пум-пум… пум-пум-пурум… — тихо напевал рядом Герман.
— Что-то знакомое. Но не могу понять, что именно. Ты уже в который раз напеваешь эту мелодию.
Друг улыбнулся и кивнул в сторону озера.
— Гляди. Дым над водой.
Я хлопнул себя по лбу.
— Точно. Deep purple. Мог бы и догадаться.
— Угу.
— А у тебя хороший вкус.
— Спасибо. Передай соль, пожалуйста. И помидор… с тем куском сыра.
— Хлеб надо?
— Да. Два куска. Нет, три. И чеснок.
Призадумавшись, я ухватил за ручку и протянул танку целый поднос.
— Прошу.
— АХ ТЫ ВОНЮЧИЙ ЯМАРАЙАХУ!
Откуда-то слева послышался громкий всплеск и звуки борьбы. Следом зеркальная гладь озера пошла сперва мелкой рябью, а затем всколыхнулась бурлящими волнами.
— БУДЕШЬ ЗНАТЬ, КАК ОХОТИТЬСЯ НА ГУНДАХАРА, СУКИН СЫН…
Проглотив кусок мяса, Герман вытер рукавом губы и тяжело вздохнул.
— Кажется, это был триста первый.
— Сто процентов.
— Как думаешь, картошка готова?
— Сердцевина не пропеклась — я вернул свою порцию обратно в угли — Я бы подождал еще пару минут. Гундахар, ты как?