Элирм IV

Да, генерал прав. Не имея опыта руководства, мы будем похожи на гребущую в разные стороны спасательную шлюпку, в то время как Нулевой Меридиан — непотопляемая яхта премиум класса. С вертолетной площадкой, глубоководным батискафом и обширным меню ресторана.
— Есть такой закон Гилберта — улыбнулся шаман — «Самая огромная проблема в работе, это то, что никто не говорит тебе что делать». Но также существует и закон Кидлина: «Если вы можете четко обозначить проблему, то значит, вопрос уже наполовину решен». Поэтому ничего страшного, разберемся.
— Ой, не умничай — отозвался Герман.
— Быть может, дашь нам совет? — спросил я у игва.
Гундахар кисло поморщился и вновь опустил голову на колени. Сейчас он являлся прямым антиподом тому энергичному игву в Натолисе. И даже сидел как-то криво, будто бы экономил силы.
— Клан — это огромная работа. Колоссальное вложение разнонаправленного ума. Я бы сказал, что клан — это нечто сродни государству. Самостоятельное тело, живущее и имеющее равные права со своими обитателями. Недостаточно обеспечить ему защиту и днем и ночью стеречь границы. Вам надо также позаботиться о его богатстве, комфорте и процветании. Кроме того нужны люди. Много людей. Алхимики, ювелиры, бакалейщики, кожевники, начертатели, кузнецы. Вы должны приютить у себя всех, от бродяг и до элиты. А не только двухметровых амбалов, что бесконечно тупят, думают лишь о жратве и ковыряют в носу, будучи уверенными, что эту мерзость никто не видит.
Герман торопливо убрал руки под стол.
— Что ж, это весьма ценный совет — кивнул я — Есть над чем поразмыслить. Спасибо.
— Да нахрен мне твое спасибо, кретин — тяжело вздохнул игв — Лучше отдай мне свою каюту. Там хотя бы иллюминаторов нет. И гул не такой сильный.
— Без проблем, забирай. Я у Гласа переночую.
— Предупреждаю, меня может вырвать — подал голос Эстир — Да и не только. Я думал, те приступы уже кончились, однако сейчас поел и чувствую, что в моем бурдюке с минуты на минуту начнется пальба.
— Бронебойными или зажигательными? — усмехнулся Мозес.
— Осколочно-фугасными.
— Ясно. Тогда переночую у Германа. Без разницы.
 
* * *
— Вот ведь ублюдок…
Аполло сердито откинулся на спинку дивана.
Прямо перед ним мерцал широкий экран, транслирующий картинку с изображением капитанской рубки «Стрижа».
— Быстро он тебя раскусил — усмехнулся Нурда Зиар.
Как и всегда, негласный лидер Питоху сидел чуть поодаль, закинув ноги на приставной столик.
— Сраный игв.
— А чего ты хотел? — наёмник потянулся за стаканом с апельсиновым соком. Алкоголь он старательно игнорировал последние лет пятьдесят — Это ведь Гундахар. Такого матерого волка хрен обманешь. Да и Август Тарн далеко не дурак.
Глава Нулевого Меридиана медленно провел ладонью по красному гребню. Он всегда повторял это движение когда нервничал. Неосознанно.
— Это ничего не меняет. Им при любом раскладе понадобятся мои деньги и ресурсы.
— Уверен?
— Хранилища Вергилия разворовали в день покушения. Недвижимость и прочие активы тоже. Поэтому Август банкрот. Да и у «этих» дай бог пара миллионов на всех. Им даже не хватит денег на приобретение земель у Совета, не говоря уже о полугодовалом статусе «Неприкасаемых».
— Эх, жаль у нас в империи такого нет — томно вздохнул Зиар — Шесть месяцев в относительной безопасности и изоляции. Мечта, а не жизнь. Но пожалуй, ты прав. Без твоей помощи они вряд ли продержатся. Если только не найдут способ раздобыть нужную сумму. Как и не додумаются продать твоего «Стрижа».
— Это исключено — покачал головой дворф — Да и при всем желании ничего не получится. Цеппелин официально принадлежит мне. Как по законам империи, так и по законам Сумеречных земель. А любая попытка сбыть краденное имущество навлечет на них многомиллионные штрафы. ФЛИН!
Из соседней комнаты выскочил сонный помощник.
— Да, господин?
Аполло кивнул в сторону экрана.
— Судя по всему, они укладываются спать. Мне тоже пора отдохнуть, как и господину Зиару. Перенастрой для него портал, а затем сиди тут и наблюдай за всем, что происходит. Заметишь что-нибудь интересное — буди. Ясно?
— Будет исполнено, господин — поклонился секретарь.
— Вот! Таким ты мне нравишься куда больше. Молодец! — «Панк» хлопнул помощника по плечу и направился в спальню — Нурда, рад был повидаться.
— Взаимно, господин Аполло — улыбнулся Гробовщик.
 
* * *
— Гер, а ты чего не спишь? — я свесился с верхней полки и взглянул вниз.
Бедный танк уже часов пять без конца ворочался, что было странно. Обычно Герман начинал храпеть секунд через десять после того, как его затылок коснется подушки.
— Не могу уснуть. Миллион мыслей роятся в голове, словно полчища селенитов. Да и гул этот мешает. Не понимаю, как космонавты спали на борту МКС? Там же шумно. Вентиляция и прочее. И если честно, то страшновато тут спать. Вдруг еще пол провалится, и я вывалюсь за борт? Хрен его знает, где потом вас искать.
— Может дать тебе «Молот Товарища»?
— Что за «Молот»?
— Снотворное. Нам Август его подарил перед испытанием Аргентависа. Помнишь?
— Нет уж, спасибо. Выпью, а затем пол провалится и я сдохну, так и не осознав, что случилось.
— Да никто не сдохнет. И с полом все будет в порядке. Недаром же у нас цеппелин с жестким каркасом. Корабль прочный, все равно что новенький боинг.
— Ну, не знаю.
Я понял. Это не клаустрофобия. Друг волнуется по другому поводу.
— Все хорошо будет, Гер. Совсем скоро мы пересечем границу империи, доберемся до Искариота и встретимся с Зарандой. Затем найдем Августа и отправимся строить собственный клан с блэкджеком и прочими ништяками.
— Ты прав — кивнул в темноте танк — Будь добр, подай воды. В горле пересохло.
Я материализовал у изголовья его койки бутылку.
К моему удивлению, друг не стал мелочиться и залпом опрокинул в себя сразу два литра.
— Да ты же в туалет замучаешься ходить — прокомментировал я.
— Не, это не проблема. По ночам я встаю исключительно в крайнем случае, когда еще мгновение и польется.
— Везет. А я вообще не могу уснуть, если в мочевом пузыре есть хотя бы одна лишняя капля.
— Это потому, что ты в приюте не жил. Там у нас битвы за унитаз были, знаешь какие? У-х-х, почище чем с Регенераторами в Белфаласе. Всегда стоило дважды подумать, прежде чем встать с кровати и отправиться в столь опасный рейд.
— Ладно, отдыхай.