Эта ласковая земля

Мужчина в первых рядах встал и крикнул:
– Сестра Ив, нам нужен знак! Прошу, подайте нам знак, сейчас, сегодня.
– Я не могу дать тебе знак, брат. Это исходит только от Бога.
– Но проходит и через вас, сестра Ив, я знаю. Я видел. Исцелите моего сына, сестра. Прошу, исцелите моего сына.
Мужчина поднял мальчика, который выглядел не старше меня. Мальчик был горбат и сгибался почти пополам, так что едва мог поднять голову.
– Мой сын Сайрус родился с дьяволом на спине. Он всю жизнь такой. Я слышал, что вы изгоняете дьявола из людей, сестра Ив. Умоляю, изгоните дьявола из моего мальчика.
На лице женщины отразилось глубокое сострадание. Она отдала крест мужчине, который его принес, и раскрыла объятия перед горбатым мальчиком.
– Приведите его ко мне.
Было больно смотреть, как мальчик поднимается по ступенькам на сцену. Отец помогал ему, и когда они оба оказались перед сестрой Ив, мальчик стоял, но по-прежнему ужасно искривившись, ему явно было больно поднять глаза на нее. Она опустилась на колени, чтобы их лица оказались на одном уровне.
– Сайрус, ты веришь в Бога?
– Да, мэм, – услышал я его ответ. – Верю.
– Ты веришь, что Бог любит тебя?
– Да, мэм. Верю.
– И ты веришь, что Бог может тебя исцелить?
– Я хочу в это верить, мэм.
Я слышал слезы в его голосе, и хотя он стоял ко мне спиной и я не видел его лица, я был уверен, что по нему потоком катятся слезы.
– Верь, Сайрус. Верь всем сердцем и душой. – Сестра Ив положила ладони на его уродливую спину, и белоснежные складки ее балахона упали на его плечи. Она подняла глаза к полотняному потолку шатра. – Во имя Господа, чье божественное дыхание наполняет нас жизнью, во имя Господа, который кует наши сердца на наковальне своей любви, во имя Господа, по чьей безграничной милости исцеляются хромые и немощные, я прошу избавить этого мальчика от недуга. Избавь его тело, избавь его кости, избавь все его существо от всего дурного и дай этому ребенку способность снова ходить прямо. Именем нашего Господа, позволь ему быть целым.
И вот те раз искалеченный мальчик начал выпрямляться. Словно расправляющийся листок. Я мог поклясться, что слышал хруст каждого позвонка, пока его позвоночник выпрямлялся. Он встал во весь рост, и свет снова зажегся, и мальчик повернулся ко всем нам, сидящим на скамьях, и я увидел, что был прав. По его щекам катился водопад слез. Его отец тоже плакал и обнял его.
– Спасибо, Господи, и да благословит вас Бог, сестра Ив! – воскликнул благодарный мужчина.
– Слава Господу! – прокричал кто-то с места, и остальные подхватили крик.
Может, предполагалось еще исцеление, я не знал. Может, они собирались пустить по рядам блюдо для сбора пожертвований или еще что. Но если так, то этого не произошло. А произошло вот что. Пока мужчина с мальчиком садились обратно, позади нас заорали:
– Вранье!
Все головы повернулись ко входу в шатер, где стояли четверо молодых людей. Они улыбались как гремучие змеи и едва держались на ногах. Один из них держал бутылку с несомненно контрабандным алкоголем. Это он кричал и повторил снова:
– Вранье, ты, лживая сука!
Трое других засмеялись, передавая бутылку по кругу.
Мужчина, до сих пор державший крест сестры Ив, поставил его и встал рядом с ней. Он был здоровяком с носом и лицом, которые наводили на мысли о том, что когда-то он был боксером в тяжелом весе. Сестра Ив подняла руку, останавливая его, и обратилась к дебоширам:
– Ты догадываешься, что привело тебя ко мне сегодня?
Она говорила ласково, словно успокаивала испуганное животное.
– Ага, услышал про твою показуху, эту целительскую чушь. Захотел увидеть своими глазами. Сестра, позволь сказать, я видал представления и получше в кабаре.
Он заржал, схватил бутылку и сделал глоток.
– Ты здесь, потому что твоя душа нуждается в заботе, – сказала она.
– У меня есть кое-что, о чем ты можешь позаботиться, сестра, но это точно не моя душа.
Он сделал непристойное движение бедрами и пьяно заулюлюкал.
– Убирайтесь! – крикнул кто-то. – Нечего вам тут делать, пьяные задницы!
Вокруг согласно загудели.
– Все в порядке. – Сестра Ив подняла руки, чтобы успокоить нарастающий гнев. – «Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас; возьмите иго Мое на себя и научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем, и найдете покой душам вашим» [26].
– Я лучше найду покой в этих больших сиськах, сестра.
Это вызвало смех у его спутников.
Сестра Ив спустилась с помоста и медленно пошла по проходу, длинный шлейф ее балахона тянулся следом. Когда она проходила, все поворачивались и зачарованно смотрели, как она приближается к группе пьяных мужчин у входа. Она стояла перед ними, как белый агнец перед темными голодными зверьми.
– Возьми мою руку.
Она протянула руку молодому грубияну.
Он опешил, потом в его глазах появилось настороженное выражение.
– Возьми мою руку и возродись.
Он уставился на ее раскрытую ладонь, но не пошевелился.
Сестра Ив ласково улыбнулась:
– Ты боишься?
Это его проняло. Он грубо схватил ее руку.
Сестра Ив на мгновение закрыла глаза, словно в молитве. Когда она вновь открыла их, взгляд ее был полон понимания.
– Сколько тебе было, когда она умерла?
Теперь молодой человек выглядел потрясенным, как будто она дала ему между глаз разводным ключом.
– Кто умерла?
– Твоя мать. Ты был очень юн, верно?
Он выдернул свою рук.
– Оставь мою мать в покое.
– Она умерла в пожаре.
– Я сказал – оставь ее в покое.
– Ты видел, как она сгорела.
– Проклятье!
Он поднял кулак, как будто хотел ударить ее.
– Ты считаешь, что это твоя вина.
– Нет! – крикнул он и замахал кулаком в воздухе. – Нет, – повторил он, но на этот раз не так твердо.
– Ты слишком долго нес это бремя. Я могу избавить тебя от него, если ты позволишь.
– Оставь меня в покое, сука.
– Отпусти это бремя и возродишься. Ты снова почувствуешь себя целым, обещаю.
Он уронил руку и уставился на нее огромными и, как мне подумалось, умоляющими глазами.
– Я… Я не могу.