Наблюдатель (СИ)
- Тихо. Тихо, - Эдди убеждал себя не торопиться и не волноваться. Боль где-то в районе правой щеки остро напоминала, что трясучка до добра не доведёт. - Всего лишь несколько часов.
Лезвия вновь заскользили по коже, раздразнивая мелкие царапинки и преобретая алый оттенок. Стараясь предельно сосредоточиться, Харди смотрел в глаза своему отражению и терялся в расширенных зрачках. Отражение множилось, утаскивая разум в психоделический транс, и на периферии заплясали вспышки воспоминаний, возбуждение и страх.
Вытащить себя обратно на свет божий удалось только удушающе ледяной водой. Мужчина умылся и промокнул лицо вафельным полотенцем. Вдохнул аромат стирального порошка и затхлости заброшенных стеллажных полок. Веяло до боли родным и привычным, напоминало о времени, когда Эдди не появлялся дома неделями, подворовывая на складах с металлоломом или кувыркаясь в постели в клубными танцовщицами. Возрождая в памяти образ себя самого, утонувшего в гвалде грязных денег и женских тел, Харди всё сильнее ненавидел своё прошлое. Было бы лучше, если бы после последней попойки Эдвард забыл всё. Начиная с первых отцовских побоев и заканчивая ключевым поворотом, столкнувшим его в полицейском участке с его маленькой дорогой Лив. Всё остальное Эдди не стал бы менять даже с приставленным ко лбу пистолетом. Как огонёк в кромешной тьме, Ливи привела его туда, где он оказался. Лондон. Его родная съёмная квартирка. Не оскверненная чужой кровью и свободная от преследования.
Эдвард придирчиво осмотрел плоды своих трудов и взялся за крем, помазал царапины и отправился на кухню, чтобы по привычке усмирить боль глотком виски.
Мужчина не сообразил, что его остановило - мысль о том, что ему предстоит сесть за руль или звонок в дверь, которого он совсем не ждал. Инстинктивно взявшись за рукоять пистолета, спрятанного под футболкой за поясом, Эдди осторожно подошел к двери и посмотрел в крошечную линзу глазка. С другой стороны ему весело махал рукой Чарли.
По мере того, как дверь открывалась, лицо гостя медленно менялось. Радость сменилась шоком. Желание порадовать сменилось тягой как следует врезать по яйцам.
- Ты.., - на выдохе шепнул Чарльз, узнавая в аккуратно выбритом мужчине того самого, которого камеры когда-то опознали, как мертвого. Того самого, по которому до сих пор убивается лучшая подруга Мары.
- Я.., - ухмыляясь, Эдвард отходит и освобождает место гостю.
Чарли проходит через маленькую прихожую, скидывает ботинки и кладёт на тумбочку упакованный в матовую зелёную бумагу подарок.
- Как это возможно..? - мямлит блондин, когда Эдди любезно предлагает стакан воды. - Я ведь смотрел документы.
- Назовём это совпадением.
- Господи, - закрыв лицо руками, Чарли склоняется и не может поверить тому, что происходит. Бездомный оказался вовсе не бездомным. Но это ещё полбеды. Мертвец оказался живым. - Это что же получается. Ты жил под окнами оплакивающей тебя девушки?
- Как ты узнал мой адрес? - выжидая, Эдди сложил руки на груди.
- Ты сам мне его дал! Забыл?
- Ах, - мужчина кивает. - Мы тогда напились, да?
- Да какая нахрен разница?! - вскидывается блондин. - Ты обдурил меня! Ты обдурил всех! Кто же ты такой?!
- Ну… начнём с того, что я вор-рецидивист, - картинно приподняв брови, Харди выставил руку вперед, пресекая попытку наступления. - А ещё..
- Слышать не хочу!
- Успокойся, друг, - когда Чарли подходит вплотную с явным намерением завязать драку, Эдвард выпрямляется. Нависает над гостем как лев и душит агрессию в зародыше. - Ты можешь думать обо мне всё, что хочешь. Тебе рассказали только одну версию правды. А мою версию тебе лучше вообще не знать.
- Чёрт возьми, Мара меня убьёт, - опрокинув стакан с водой залпом, блондин вздыхает.
- Не убьёт.
- Ты убил того парня и выдал за себя?
- Он хотел убить меня, - ободряюще хлопнув друга по плечу, Харди взял коробку и вручил обратно. - Мне ничего не нужно.
- Нужно. Ведь у тебя день рождения, - Чарли снова оставляет подарок на прежнем месте. - Господи. А девочки собираются тебя поминать, мне сейчас как раз ехать к ним.
- Я знаю.
- Ничего не сделаешь?
- Кто сказал? - Эдди хитро улыбается и провожает гостя обратно к дверям.
Хорошо, что Чарли решил уйти. Так даже лучше. Бизнесмен переварит всю полученную информацию по дороге в клуб и не станет устраивать кулачные бои прямо на месте. Главное, чтобы он не был болтлив. Словно читая чужие мысли, блондин протягивает руку в знак доверия и клятвенно обещает молчать обо всем. Харди, кивнув, ответил на рукопожатие.
***
Тропы привели блуждающую душу в туманный центр города, опутывающий сетью неоновых огней и плеском центральных фонтанов. Светофор вторит переливающимся вывескам, а рёв моторов подогревает у прохожих интерес к фигурам, закованным в черную кожу.
Но ему глубоко наплевать на чужие взгляды. Он спешит на вечеринку, начатую без него.
***
- Где Оливия..? - Эдди повторяет это и повторяет, надеясь, что опьяневший до чёртиков разум Мары откликнется. А танцовщица всё продолжает тихо рыдать и плеваться нецензурщиной. Стоя в коробке клубного туалета, стерильного до омерзения, мужчина тонет в своей уязвимости. Мало ему жгучего чувства вины, так ещё и отполированные зеркала вновь множат его нервно бегающий взгляд, утягивая за собой паучьими лапами.
- Мы с таким трудом пережили всё это, - выплёскивает, наконец, Мара и роняет голову на его тяжело вздымающуюся грудь. Обнимает.
- Скажи мне, где она? - Харди поддевает её лицо за подбородок с умоляюще смотрит в покрасневшие глаза. - Ты можешь меня потом сама убить. Что угодно можешь сделать. Но сначала позволь мне увидеть Лив.
- Она.., - брюнетка трёт лоб, силясь вспомнить, где оставила свою подругу. - Она была возле сцены.
- Спасибо, - лихой галоп сердцебиения вбросил в кровь новую порцию нетерпения. Крепко чмокнув бывшую любовницу в щеку, Эдди со всех ног бросился обратно в зал. Ноги не слушались, воротник куртки сдавил горло, но мужчина упрямо шёл сквозь завесу тьмы туда, где в сетях лазерной проекции уже почти без сил раскачивалась в танце светловолосая девушка. Всего один миг, одно движение отделяло Эдди от света, а он почему-то замер на месте, завороженно наблюдая мягкие взмахи белоснежных рук. Чарли поймал Мару возле туалета, строго приказал заткнуться и всю дорогу до выхода смотрел, как Эдди решает в уме невыполнимую задачу. Которая может за считанную секунду собрать его заново по кусочкам или же разбить окончательно. Иди же, иди. Повторяет блондин в уме и сорванно вздыхает в унисон с танцовщицей, когда человек в черном делает шаг вперёд.
========== Часть 10. ==========
***
Раскачиваясь в такт музыке, Ливи ничего не видит вокруг себя. Растянув губы в блаженной улыбке и закрыв глаза, девушка почти окончательно забывает, где находится. Уже ничто не волнует её сильнее, чем густота окружающего воздуха и водоворот неоновых лучей. Время останавливается, дав возможность дышать, забываться в опутывающем алкогольном флюиде. За низкими басами ещё можно различить шарканье удаляющихся шагов, но и они меркнут под натиском долгожданного транса. Окунаясь с головой в этот ядовитый омут, Смит больше не присматривается к границам своего личного пространства. Они размываются, как полоски пены на побережье, сталкиваясь с раскаленной галькой.
Чужие касания ощущаются легкими покалываниями. Блондинка испускает шальные вздохи, позволяя полуночным видениям забрать её в свои сети. Прикасается к крепким плечам, сжимая тугую кожу чьей то куртки. Обводит контур молнии на груди, утыкается носом в яремную впадину и втягивает терпкий запах бензина и пота. Улавливает знакомые ноты в чужом шепоте и, наконец, останавливается. Ей это снится. Конечно же, снится. В сотый раз Оливии снится Эдвард Харди, смотрящий прямо на неё. Смотрящий с тоской и нежностью.
Мужчина позволяет повиснуть на себе, теснее прижимается к чужой вздымающейся груди, обхватывает руками. Эдди четко осознаёт, что девчонка пьяна до безобразия, поэтому разрешает ей делать с ним всё, что вздумается. Но вымотанная девушка только обнимает его, касается пальцами линии роста волос на шее. Не понимает, что он настоящий.