Порочная игра

Роберт отправился в ванную, и мне в голову пришла одна идея, из-за которой, сердце чуть не выпрыгнуло из грудной клетки. Мне нужно позвонить в полицию. Пока он в душе, я смогу успеть. Я вышла из своей комнаты, прошла в гостиную с пианино, и схватила телефон Роба, который как обычно лежал на журнальном столике. Если он меня застукает, то главное успеть открыть крышку пианино, будто я пришла сыграть перед сном.
– Здравствуйте, - тихо произнесла я в трубку. – Меня зовут Катя Аникеева, и я в плену у Роберта Дмитриевича Алиева.
– Вы знаете хотя бы приблизительно, где это может находиться?
– Не знаю. За городом Димитровска. Не перезванивайте сюда, пожалуйста, - ускорилась я, когда услышала, что шум воды стих, сбросила вызов, и сразу же удалила информацию об этом звонке.
Аккуратно вернула телефон на столик, и ушла в свою комнату, оставшись непойманной. Почему-то почувствовала себя предательницей, но так будет лучше для него, для Алисы, да и для меня. Роб не сможет добровольно отпустить надежду на новую жизнь. Пускай расплатится за старую сначала. 
Я прожила несколько дней в ожидании результатов звонка в полицию, будь-то скандал с Робом или его арест, но ничего не происходило. Зато в одну прекрасную субботу, он сам зашёл ко мне на разговор.
– Куда-то уходишь? - рассмотрела я его парадный вид.
– Мы с Алисой договорились встретиться, но мне нужно кое-что тебе объяснить, прежде, чем я уйду.
– Что на этот раз? Как решил изловчиться?
– Я сегодня привезу её сюда и во всём признаюсь. Кажется, она и сама уже ввязалась в игру против меня, поэтому барахтаться дальше смысла нет. Ты уедешь с Алисой, а я отправлюсь под суд. Но ещё один момент. Я расскажу ей о себе почти всё, но ты... Не смягчай правду. Лучше выставь меня в совсем плохом свете. Скажи, что не кормил, держал в подвале, угрожал... Придумай что-нибудь. Не говори, что ты сама решила остаться после нового года.
– Хорошо. Я поняла. Вот это уже правильное решение.
– Гордишься мной, Екатерина Игоревна? - печаль в его глазах перекрывала радостную интонацию голоса.
– Нет. Гордилась бы, если бы ты не дотянул это всё до такой критичной точки. Алиса сойдёт с ума...
– Поэтому постарайся внушить ей, что я зло. Хотя это и так ясно, но вдруг до неё не дойдёт.
Роб отправился за Алисой, а я не могла дождаться своего возвращения домой. Если Глеб узнает, что я добровольно осталась здесь ради своего перевоспитания, то съест меня целиком, а потом бросит. Если уже не бросил. Вдруг, он не ждёт меня? Вдруг уехал в Германию, и не вернётся, даже если узнает, что я жива и здорова? Я смогу пережить это. Раз уж так ему угодно, значит буду жить как-то без него, не вынашивая план мести, и не погружаясь в ненависть ко всему миру, но всё равно скажу ему, что любила, и что мне стыдно за себя.
В скором времени, послышался шум двигателя автомобиля, затем скрип двери, и голоса Роберта и Алисы. Я соскучилась по её голосу. Не терпелось поскорее выйти к ней, но им нужно поговорить. Я почти ничего не слышала. Голоса были тихими. Они не скандалили. 
– Я люблю тебя, Алиса, и у тебя нет причин не верить мне. Если бы это было не так, то я давно бы с тобой что-нибудь сделал, - послышался голос Роба за стеной. Господи... Вот зачем он усугубляет? 
– Где Катя? - зло произнесла Алиса. 
– В своей комнате. Жива и здорова. Заманить её было проще простого – я предложил ей укрытие от маньяка. Ладно. Сейчас мы поговорим, и вы вдвоём отсюда уйдёте. Я мог бы промолчать, и просто провести этот день с тобой. Но смысл?.. Это провал. Ты поверила постороннему человеку, и ушла играть на другую сторону. Значит, не полюбила. Раз уж я и в твоих глазах стал подозреваемым, то бороться дальше за счастье и свободу бессмысленно, - спокойно сказал Алиев, подтверждая свою самовлюблённую сущность. Он всё выставлял, подчеркивая её предательство и свою любовь. Хотя, может это и разочарует Чехову?
– Что она сделала? - спросила Алиса вероятно о женщине, из-за которой у Роберта в своё время произошёл сдвиг.
– Она сбила насмерть мою невесту. В очередной раз приехав к отчиму, она пыталась припарковаться, а Сусанна ждала меня во дворе. Я вышел из подъезда... Столько лет не могу выкинуть эту картинку из головы – её бесцветные тусклые волосы, улыбающийся красный рот, алкогольный румянец, костлявые кисти, бездумно и неумело крутящие руль, вульгарный смех с победным визгом на моменте, когда Сусанна была уже под колесами, - он не рассказывал мне этих подробностей. – На моих руках, по сути нет крови этих девочек. Я никого не убивал и даже особо не мучил. Просто пытался достучаться до них.
– И как тогда они умерли?
– А вот этого ты никогда не узнаешь. Но я разрешаю тебе думать, что их убил я. Пускай... Думаю, тебе так будет легче.
И здесь изловчился... Никого не убивал и не мучил, но пускай думает, что убил. Почему нельзя было сказать однозначно, чтобы она перешагнула через него? Похоже, что Роб любит себя больше, чем Алису.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
Внезапно, дверь в мою комнату открылась.
– Пойдём к подружке, Кать, - улыбнулся Роб.
Он выглядел очень уныло. Чего он боялся больше – расставания с Алисой или ареста? Я молча поплелась за ним в большую комнату, и увидев Алису, почувствовала, как вокруг всё закружилось, а потом и вовсе потемнело...
    
Глава 54. Хлыстов
Суббота. Я вынужден был прийти на день рождения моей матери, хотя желания видеться с сёстрами отсутствовало. После того, как Катя когда-то опозорила меня перед племянницей, сестрицы узнали о том, что я по-прежнему кручу со студентками, и поочередно полоскали мне мозг на эту тему. 
– Глебушка, почему ты ничего не ешь? - спросила меня мама, в то время, как эти мегеры с трудом сдерживали свои иголки.
– Да что-то наелся быстро, мамуль. 
Ей единственной было не всё равно, что происходит у меня в душе.
– Мам, да куда ему есть, у него же трагедия века, - прыснула Олька, покачивая головой. Племяшка дёрнула её за рукав, но сестра не унималась. – В чём дело, Лиза? Сама ведь рассказывала, как эта девка говорила о презервативах для пересдачи.
– Это же была дурацкая шутка, дядя Глеб сказал, - племянница пожала плечами.