Гордость Злодеев

Инг Логмэр, а именно так звали короля Эйдос, был мудрым человеком. Хотя должна признать, что, хоть знакома с ним всю жизнь, я практически ничего не знаю о его личности. Раньше мне казалось, что он относится ко мне лояльно. Поддерживает, ведёт себя так, словно мы уже стали одной большой дружной семьёй. Когда я была ребёнком, он любил держать меня на коленях и спрашивал, как проходят мои уроки, давал советы и подбирал лучших учителей.
Но всё изменилось.
— Я рад, что вы присоединитесь к сегодняшнему балу, — продолжал Инг. — Сейчас слуги проводят вас в ваши покои. Можете отдохнуть и приготовиться к вечеру. А после… мне бы хотелось поговорить с вами… на некоторые темы, если вы, разумеется, непротив.
— Конечно, — отозвались мы с Эджилом, мягко улыбаясь и сохраняя полное спокойствие.
Я держала герцога под руку, как того требует этикет, однако чувствовала, что его это раздражает и нервирует. Мышцы напряглись, а рука парня словно окаменела. Хотя, возможно, причина была в том, что ему приходилось улыбаться бывшему врагу. Эджил добровольно сложил оружие, присоединившись к королевству Эйдос, назвав это «жертвой во имя любви», но всё его нутро… его внутреннее «Я» кричало и билось в агонии… Я это вижу. Он словно разрывается между двух своих личностей и немного сходит с ума. Оттого до сих пор не может принять элементарное обращение к нему как к герцогу.
Нас вели вдоль коридоров замка в сторону спален. После слуга неожиданно остановился около одной из дверей и с поклоном пригласил нас внутрь. Комната была просторной, украшенной и обустроенной по высшему разряду. Всё сверкало чистотой, роскошью и богатством. То, что я люблю. Но было одно «но», которое никак не давало мне покоя. А именно: одна кровать на двоих.
— Нужна ещё одна комната, — обратился Эджил к слуге.
— Что? — удивился парень среднего возраста, слегка вздрогнув от тяжёлого, хмурого взгляда герцога. — Но… но… разве вы не супруги, Ваша Светлость?
— Моя жена всё ещё не достигла совершеннолетия, — тихим и угрожающим тоном произнёс Эджил, буквально нависая над дрожащим парнем. — Неужели Его Величество забыл, что это значит?
— Но… но… — всё ещё заикался слуга, после чего вспотел и постарался отшутиться. — Вы же не нарушаете закон. Тем более молодые, все поймут, хе-хе…
Это стало последней каплей. Эджил не выдержал и нанёс удар по стене. Прямо возле головы слуги. В стене образовалась глубокая дыра, от которой исходил лёгкий дым, из-за магии герцога. Уверена, что слуга постарел как минимум на несколько лет. Коленки едва держали, при этом подкашивались, как у кузнечика.
Если честно, удивляюсь, как Эджил вообще сдержался и не убил его. Тот жалкий слуга, пусть и в переносном смысле, только что назвал нас похотливыми кроликами, которым плевать на мораль, достоинство, честь и гордость. Эджил — тот, кто держит слово до конца, особенно если учесть условия возникновения этого брака — меня даже пришлось напоить запретным веществом…
Да уж, теперь я сама хочу убить этого слугу, а после сказать: «Ну, мы молодые — все же поймут».
Но тот уже бежал, извиняясь на ходу и обещая всё исправить. Лицо от ужаса посинело, покрываясь большими каплями пота. В любом случае мы только приехали, поэтому лучше не устраивать лишних сцен.
— Прошу вас, держите себя в руках, — тихо попросила я и спокойно вошла в предложенную комнату. — Подобных провокаций будет в течение этих трёх дней предостаточно. Они ждут повода, чтобы усмирить нас.
— Можете не объяснять. Я и так прекрасно осведомлён, — грубо отозвался Эджил, но так и не вошёл в комнату следом за мной. Продолжил стоять в коридоре, высматривая слугу. — Данную комнату предоставлю вам, а сам попрошу что-нибудь иное. Ближе к началу торжества я зайду за вами. Прошу не задерживаться.
— Разумеется, — отозвалась я, после чего дверь в комнату была спокойно закрыта.
 
***
 
Вначале я думала о том, какое платье следует выбрать на бал. Король известен тем, что на всех его вечерах наряды всегда предпочтительно нежных кремовых и пастельных оттенков. В итоге, ты словно оказываешься в цветочном саду, где кругом распустились чайные розы.
И я не хотела отходить от общей моды. Планировала слиться с обществом, но при этом сохранить индивидуальность. Я так делала раньше — в сущности, всегда — и тратила на это много времени. Соблюсти правило, но сделать это так, чтобы выглядеть неотразимо при любом раскладе.
Но в какой-то момент я остановилась. Даже смешно стало. Не успела я вернуться, как старые привычки вновь охватили меня с головой. И причина тому — вечные попытки угодить королевской семье, а также аристократам, которые равняются на меня. Вернее, ровнялись… Сейчас, как бы я ни оделась, как бы ни принарядилась, всё равно буду злодейкой в их глупой театральной постановке. Тогда смысл мне стараться?
После такого решения я решила отбросить все платья пастельных тонов и взяла то, которое точно будет выделяться из этой блёклой массы. Платье чистого чёрного цвета. Более того, в качестве украшения я использовала чёрную диадему. Любое зло должно быть эффектным.
И, когда я увидела в отражении гордую и уверенную в себе девушку, которой любой презрительный взгляд или шепот нипочём, только тогда успокоилась, испытав внутреннее удовлетворение. Однако меня ждал небольшой сюрприз. Ровно в назначенный час в мою дверь постучался Эджил. И каково же было моё удивление, когда я увидела на нём абсолютно чёрный костюм.
Какой-то миг мы оценивающе осматривали друг на друга, осознавая, что наши выборы совпали.
— Приятно осознавать, что мы хоть где-то мыслим одинаково, — с улыбкой произнесла я, на что Эджил так же усмехнулся и молча протянул мне локоть, предлагая своё сопровождение.
Как я и ожидала, когда мы спустились в зал, там уже собралось достаточно людей, которые тратили время на расшаркивания, знакомства и укрепление связей. Танцы ещё не начались, так как по традиции они должны чуть позже. В помещении были шум, смех, лёгкая, ненавязчивая музыка, но, когда церемониймейстер огласил наши имена и титулы, в зале воцарилось молчание. И каждый устремил свой взор на нас.
Многие дамы не могли скрыть своего изумления и скрывали лица под пышными разноцветными веерами. Кавалеры же просто стояли столбами. Ох, я узнала большинство аристократов, которые собрались здесь. Одни поддерживали меня и клялись в вечной преданности, другие же проклинали меня и весь мой род. И если отношение вторых ко мне практически не поменялось, то первые мгновенно стали относиться лояльней не ко мне, а к тем, кто, по их мнению, в более выигрышном положении.
Их винить не стоит — никто не любит проигрывать. Но и мало кто любит крыс, а именно они первыми убегают с тонущего корабля. Что ж… лицезрите! Вот она я! Та, чью смерть вы так алчно ждёте.
Однако я нигде не вижу представителей семьи Хэлстейн: ни отца, ни матери, ни даже брата… Возможно, они приедут ко второму дню? Хоть первый день и является самым важным, кто его знает?