В твоём плену. Ловушка для принца

— Что? — взгляд опустился на алый, как кровь, бутон розы в руках девушки и конверт.
Она протянула его мне, взгляд прямо-таки ослеплял любопытством.
Я выхватила конверт, прожигая взором Доминику, раскрыла его и перевела взгляд на лист.
«Умеешь эффектно ускользать. А если ближе к делу, сегодня будет бал: хороший повод объявить окончание сезона. Хорошего дня, Тиа, жду нашей встречи»
Всё во мне разбилось вдребезги: и надежда, и чувство свободы.
— Госпожа, всё в порядке?
— Очень в порядке. Поставь розу в вазу, а то завянет… раньше времени.
Доминика ушла. Я перечитала послание ещё раз, а потом с силой ударила по воде, поднимая брызги, которые попали в лицо. Глаза тут же защипало от мыла.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ ***
Высушив полотенцем волосы, я прошел к лоджии и замер. Кресло пустовало, а плед валялся на полу. Сбежала.
— Очень мило.
Но уже не выйдет, моя сладкая шпионка. Позвав к себе Клеменса, отшвырнув полотенце на диван, я отправился в кабинет. Взяв со стола перо и бумагу для записок, оставил небольшое послание, свернув его и выдернув из вазы одну из свежих роз, срезанных с утренней росой. Вручил слуге, который незамедлительно появился в кабинете.
— Госпоже Тиане де Вир.
Клеменс твёрдо кивнул, уже не в первый раз выполняя такое поручение для госпожи.
Я плюхнулся в кресло и улыбнулся, полностью довольный. Конечно, со стороны высшей знати лучше не ждать одобрения, скорее, это событие — брак — вызовет много пересудов и скандалов. Но шумиха будет очень кстати, с учётом того, что до марканов это однозначно дойдёт. Ну а если нет, то я скажу ему лично, что Тиана моя.
От этой мысли внутри стало странно сладко и томительно. Это пьянящее чувство обладания ею, пусть и фиктивного. От одной мысли, что она будет рядом, кружилась голова.
Слуга вернулся, как я его и просил. Дав необходимые распоряжения в отношении де Вир, я окончательно расслабился. Хотя ненадолго. Сегодняшний бал будет последним, и это нужно объявить. Объявить о том, что сезон заканчивается. И что Тиана станет моей избранницей.
И всё-таки где-то в глубине я ощутил укол, который медленно, но жёг дыру. Не похоже ли это на игру с чувствами? Нет или да? Я облокотился на стол и глубоко задумался. Я же могу признаться, что я на самом деле испытываю к ней. Могу или нет? Сколько сложных ходов. Я впервые запутался, и это было последним шагом к тому, чтобы потерять путь к себе. Стиснул руку в кулак: всё удовлетворение улетучилось, и теперь внутри дребезжала, как старое колесо, злость. Ударил ладонью по столу.
— Почему я должен это испытывать?
Но как бы я ни пытался вытащить из себя эту занозу, что мешала насладиться желаемым, не получалось. Что-то я делал неправильно. Но признать это в себе подобно прыжку через пропасть. Страшно.
Я поднялся, решая больше об этом не думать.
***
Выглянула в окно, наблюдая, как солнце освещает макушки деревьев. Уже скоро вечер, нужно было собраться к балу. И что Доминика так долго? Уже полдня прошло, как она ушла вместе с Клеменсом по какому-то поручению принца. Нет, я не была к этому готова. Взялась за шторку, сжимая её в пальцах.
Стоило только представить предстоящий вечер, как меня бросало в дрожь, будто бы это всё было по-настоящему. Это объявление, которое должен сделать Шенар на вечере, что я его избранница. Боги, сколько будет косых взглядов и сплетен, страшно представить. Я закусила губу. Может, пока не поздно, отказаться об этой затеи? Хотя нет, уже поздно. Всё-таки это лучше, чем оказаться рабыней чужака. Да. Намного лучше, тем более что всё будет формально. Какая девушка откажется от подобного предложения? Вот только о своей жизни на время придётся забыть. Хэнсли Боклив вряд ли даст мне такую же защиту, как принц. Поэтому без паники. Приведя мысли в порядок, я отошла от окна и взялась за чайный сервиз, налив в чашку ароматного чая.
В дверь неожиданно постучали. Я подняла голову, чувствуя, как сердце тревожно заколотилось.
— Да, входите, — ответила.
В комнату вошла госпожа Лесия. Вот уж невезенье.
— Добрый день, Тиана, — любезно поздоровалась она.
— Добрый, — натянула на губы улыбку и непринуждённо предложила: — Чаю?
— Малиновый? Нет, спасибо, не люблю эту ягоду, — отказалась она, проходя в покои, явно чувствуя себя здесь хозяйкой. Я взяла свою чашку в руки и присела в кресло, краем глаза наблюдая за госпожой.
— Решила навестить тебя, прошлый наш разговор был напряжённым.
Сделала глоток, обжигая губы.
— Я о многом думала после, — начала я, делая вид, что заинтересована её словами. Решая притворяться до конца.
— Не собираешься к себе домой? — вдруг спросила она, отрывая взгляд от картины над камином, бросая на меня придирчивый взгляд.
— Вы же знаете, я не могу уехать по своему желанию, это будет странно выглядеть.
— Действительно, — Лесия прошла к креслу и тоже опустилась, расслабленно положив руки на подлокотники, демонстрируя богатые украшения.
А может, она о чём-то догадывается? В любом случае, жена старшего наследника скоро обо всём узнает. Но я буду под защитой Шенара, и тогда она уже ничего не сможет предпринять.
— Нет никаких новостей о твоей сестре? — спросила она, будто пытаясь мысленно залезть в мою голову. Она явно что-то чувствует. Может, в Миберт-Тиль у госпожи есть свои уши? Если так, то это очень плохо. Но я решила идти до конца и притворяться.
— Пока нет. Но я очень жду, чтобы хоть что-то прояснилось.
Нижние веки Лесии напряглись.
— Да, сложно, наверное, развлекаться здесь, зная, что близкие в опасности. Надеюсь, ты избегаешь Шенара? Не связывайся с ним, затопчет твою репутацию, и глазом не успеешь моргнуть.
Я деликатно хмыкнула.
— К сожалению, госпожа, моя репутация и так запятнана. Вам нечего волноваться. Его Высочество почти не обращает на меня внимания.
— Но его магия у тебя? Ведь так?
По моей спине скользнул холодок.
Мне были понятны мотивы, по которым она сеет во мне сомнения: чтобы я держалась на расстоянии от Шенара.
— Пока да, — ответила спокойно.
— И он не говорил, куда её нужно деть?