Игрушка темного принца

Эйвери то ли громко закряхтел, то ли тихо рассмеялся. А я потупила взор и смущенно вздохнула. Ох уж эти «узкие круги», на поверку оказывающиеся чертовски широкими.
Старик тряхнул белыми волосами и неспешно двинулся к выходу. И через пару минут мы с Присциллой остались на озере одни.
– Ау… Есть кто живой? – пробормотала в тишину.
С каменного плато, возвышавшегося над бирюзовой подсвеченной гладью, донеслось тихое пение. Язык был мне незнаком, да и исполнительница прикрылась фирменной «оптической иллюзией». Но, конечно, то была Атарина.
Следом за ней, заставив воду вокруг себя бурлить, из озера показался Ихти. Безуспешно прикрываясь прозрачными плавниками и вгоняя меня в краску (еще пара дней в таком режиме ­– и помидорный станет естественным оттенком моих щек), он двинулся к нам.
– Присциллу заперли там. Древней магией, – попыталась объяснить Ровану, чье красивое лицо, покрытое золотистой порослью, застыло в гримасе ужаса, боли и отчаяния. – Ты можешь что-то сделать?
Оставалась последняя надежда: что магия ихтиоподов тождественна нашей, и он способен помочь. Но Рован обреченно покачал головой и издал такой жуткий гортанный хрип, что у меня заложило уши, а с плато что-то стремительно шлепнулось в воду и ушло на глубину.
Ихти погладил пальцами зеркало, обводя контур возлюбленной. Губы, глаза, нос… Откуда-то он знал, что Присс его не видит. Похоже, не меньше Эйвери разбирался в магии Высших. А ведь сам едва вылупился… Спасибо памяти поколений, не оставившей его несмышленым крохой в теле мускулистого серокожего красавца.
– Я что-нибудь придумаю, – сглатывая подступившие слезы, пообещала Ихти и погладила его прохладное мокрое плечо. – Обязательно придумаю.
Ответом мне был все тот же жутковатый не то хрип, не то всхлип. Не такой уж он немой!
Я встала рядом с парнем (едва доходя макушкой ему до плеча) и прошептала те же слова, глядя Присцилле в глаза. Ведь рано или поздно она нас увидит. Зазнайка должна знать, что мы не сдадимся. Не оставим ее одну в этом зазеркальном кошмаре.
– Читай по губам. Я. Тебя. Вытащу, – как можно четче произнесла я, рукавом стирая слезы с щеки.
Потом, подумав, дыхнула на стекло и написала то же самое словами в зеркальном отображении. Присс ведь не шпионка. Она не обязана читать по губам.
– Я обещаю, – прошептала в спокойные зеленые глазищи. – Клянусь. Я вытащу… Не знаю, когда и как, но вытащу, зазнайка… Сиди тут и жди. Никуда не уходи, поняла?
Я шмыгнула носом и глупо улыбнулась. Дьяволица и сейчас была чертовски хороша. Трагически прекрасна.
Рован совсем сдал, побелел и оперся ладонью о валун. Словно лишился всех жизненных сил в один миг. А потом резко застонал, вскрикнул и подхватил зеркало с Присциллой, словно то ничего не весило. И под моим изумленным взором потащил его в озеро. Минута – и оба скрылись под водной гладью.
Я не стала возражать. Пусть будет так. Едва ли есть место надежнее нашего сияющего водоема. Да и сама Присс, уверена, хотела бы коротать свою зазеркальную вечность в компании красивого озерного долгожителя. Пока я не найду способ ее вытащить. А я найду. Я ведь обещала.