Счастливый торт Шарлотты

Нет, смиренно ждать этого я была не намерена. Никаких больше браков по чьему-то расчету. Нужно было бежать отсюда подальше, пока меня не продали в очередное рабство.
Значит — я Шарлотта. И нужно было с этим жить по-новому. Главное было не сойти с ума от этой новой реальности.
    
Глава 3
Несколько дней и ночей я, опасаясь за свой рассудок, старалась существовать совершенно ни о чем не думая. Механически передвигалась, куда приказывали, ела на автомате, когда предлагали. Я не придавала значения тому, о чем говорила эта шайка между собой, и, наверное своим отсутствующим видом несколько притупила их бдительность. На ночь меня привязывали за ноги к дереву, освободиться я не пробовала. Поэтому день ото дня узлы на веревках становились всё ненадёжнее.
Когда на пятую или шестую ночь я неожиданно проснулась от крика какой-то ночной птицы, я почувствовала, что веревка сползла с моей ноги целиком и я вдруг очнулась от своей прострации. Резко сев, я огляделась — дежурный по лагерю сидел ко мне спиной, вороша угли костра. Я встала, стараясь даже не дышать и сделала несколько шагов назад. Понятия не имея, в каком направлении двигаться и какие последствия повлечет за собой мой побег я бесшумно двинулась прочь от поляны. А когда костёр совершенно скрылся за деревьями, помчалась со всех ног. Под босые пятки то и дело попадались шишки и сучки, но я не останавливалась ни на секунду. Так долго и быстро я не бегала никогда в жизни.
Силы кончились внезапно. Я упала на четвереньки, тяжело дыша. В страхе прислушалась. Лес был полон шорохов и звуков, поэтому мне казалось, что меня преследуют.
Небо чуть посветлело. Мне хотелось лечь и закрыть глаза — такая навалилась усталость. Однако, я старательно стала представлять, что со мной сделают бандиты, когда догонят. Это помогло и я смогла заставить себя встать на ноги.
Я сделала всего какую-то сотню шагов, когда деревья передо мной расступились и лес внезапно закончился. Передо мной открылась долина, расположенная между трёх холмов, таких пушистых, как будто они были обтянуты зеленым плюшем.
Я стояла и всматривалась вдаль, раздумывая, куда мне направиться дальше. Медлить было опасно. И вдруг разглядела в отдалении большой замок — он почти сливался с серым небом, поэтому я не заметила его сразу. Успокоившееся было сердце снова заколотилось от волнения. У меня появился шанс на спасение. Конечно, в том случае, если хозяева захотят протянуть мне руку помощи. И я направилась к воротам замка, очень надеясь, что если мои похитители сейчас меня и настигнут, то не рискнут поднимать шум. В таком большом замке наверняка была собственная охрана.
Пока я из последних сил брела через долину, я раздумывала — в какой стране и в каком времени я очутилась. Язык, на котором говорили разбойники, был мне незнаком, хотя я свободно на нем говорила. Может быть, Шотландия? Или Уэльс. Я осмотрела свою тунику, как будто видела её впервые. Ткань качественная, плотная, похожая на лён. Зеленого цвета с белой гладкой вышивкой на груди и рукавах. Кожаный ремень опоясывал талию. Мда уж — испачкана я была так, что хозяева замка должны принять меня за бродяжку.
Меня охватил страх — кто знал, что меня там ждёт. А вдруг прогонят или собак спустят — могло быть всякое.
Было еще очень рано, я не посмела поднимать шум и решила отсидеться, спрятавшись за большим кустом жасмина, росшим у ворот. Я решила только на минутку закрыть глаза — веки казались тяжелыми, а голова гудела.
Не знаю, сколько я проспала, но разбудили меня гортанные возгласы:
— Бедняжка! Живая ли вообще! Алун! Алун! Скорее беги сюда!
Я открыла глаза и торопливо поднялась. Раздвинув ветви куста, на меня со страхом и удивлением смотрела пожилая женщина. Не зная, что сказать, я молчала.
— Откуда ты, дитя? — спросила женщина. Видя, что я жива, она немного успокоилась. Я же раздумывала как объяснить почему я оказалась под воротами и кто я такая.
— Меня зовут Шарлотта, — наконец выдавила я из себя. — Меня похитили какие-то люди и мне удалось убежать сегодня ночью.
Женщина охнула, прижав руки к лицу, а рядом с ней возник мужчина с шапкой седых волос. Он зачем-то держал в руках наперевес какой-то инструмент, похожий на вилы.
— Что ты раскричалась, Эйра, — ворчливо произнёс он, но тут заметил меня, — господи боже, а это что такое!
Эйра принялась ему объяснять то, что только что услышала от меня.
— Ах, черти! Опять они здесь объявились, когда уже верёвки на их шеи найдутся. Откуда ты, девушка? — повторил он вопрос Эйры.
Хороший вопрос, знать бы, как на него ответить.
— Я ничего о себе не помню, — наконец сообразила я. — Наверное, они ударили меня по голове, когда похищали.
Про жениха я решила умолчать, потому что никакого жениха я знать не хотела. А если он меня ищет, то пусть не найдёт. Я сообразила, что нужно было назваться вымышленным именем. Поздно, конечно, сообразила.
Алун и Эйра шушукались между собой.
— Может она сама из этих головорезов, вдруг это ловушка, — дядечку одолевали сомнения.
— Алун, не выдумывай — девушка из благородных, сразу видно.
— А то благородных в разбойниках не бывает, не смеши меня, женщина!
Я вспомнила лицо Сайориса и подумала, что происхождение, конечно, даже под слоем грязи и ужасными манерами не спрячешь. Что во мне было такого благородного на вид, я не знала. Им было виднее. Я стояла и молча ждала своей участи. Ужасно хотелось пить
— Надо сэру Лливелину сообщить. Мы не можем привести её в дом без его разрешения.
Эйра с жалостью посмотрела на меня, но, очевидно, Алун был прав.
— Можно мне глоток воды? — решилась попросить я.
— Конечно, милая, сейчас вынесу, — засуетилась женщина, — а ты чего стоишь истуканом? — напустилась она на Алуна. — Беги скорее к хозяину, из-за тебя уже вечность тут торчим! — и они оба скрылись за воротами.
Хм, сэр Лливелин. Похоже всё-таки Уэльс. Или Англия. Или это одно и тоже? Сказывались пробелы в школьном образовании.
Во рту у меня было так сухо, что я боялась задохнуться — так язык прилипал к гортани. Появилась Эйра с деревянной плошкой. И я наконец-то смогла напиться.
— Не переживай, голубка, хозяин у нас добрый, не прогонит. И поможет выяснить, откуда ты и где твоя семья.
Вот этого я как раз и не хотела. Хотя скитаться, конечно, тоже был не выход.
Наконец, вышел Алун.
— Хозяин велел девушку накормить и дать отдохнуть в одном из свободных домиков. После обеда он будет ждать её в большом зале.
Господи, спасибо. Я чувствовала себя такой уставшей и измученной, что даже забыла про чувство голода. И совсем не была готова к расспросам. Так что за эту небольшую отсрочку я была очень благодарна.