На удачу не стоит полагаться
— Не увлекайся, плохо станет, — отбирая вожделенную влагу, произнёс Тарш, а я попробовала ещё раз открыть глаза.
Получилось! Картинка постепенно приобретала чёткие контуры и… Это было потрясающе красиво! Синее бескрайнее небо, ясное и глубокое, яркое солнце, заливающее своим светом все вокруг, чуть прикрытое небольшими кучевыми облаками, легкими и пушистыми на вид, воздух, казалось, светился вокруг, разнося солнечных зайчиков по округе, а зелень… Я не видела такой сочной и свежей зелени давно. Такая бывает только по весне, когда молодые, свежие листочки и травинки распускаются после долгой зимней спячки. Летом такой зелени уже не бывает, она становится более зрелой и темной. И сейчас я во все глаза смотрела на изумрудную весеннюю зелень, казалось, сама земля радуется наступившему дню и чему-то ещё, о чем я ещё не знаю. Только вот вся эта красота находилась очень далеко вокруг и где-то там внизу.
— Что это? Где мы? — в раз севшим голосом проговорила и потянулась за флягой с водой.
— Мы в Великом Храме Стихий и благодаря тебе он снова предстал перед всеми во всей своей красе, — тихо и величественно произнёс Тарш, так, что я прониклась величием момента и красотой алтарной композиции, находящейся за спиной Тарша, но ненадолго.
— Не хочешь объяснить, что происходит со стихиями? — повернувшись ко мне, спросил орк и сейчас на меня смотрел будущий шаман, не иначе.
— Не знаю пока, только в сознание пришла, ты не заметил? А что ты там про мужа сказал-то?
— Понимаешь, — замялся он, пряча глаза, — стихии пробудились, как и храм, а это значит Хранительница вернулась. Но ты пойми, оставлять власть урагам никто из народов не будет. Они, как бы это сказать… Потеряли доверие! Вот… — он чуть поскрёб макушку, но я ждала и не перебивала. — В общем, тебе нужно будет выбрать себе мужа, думаю тут скоро появятся представители и оборотней, и людей. Вот и спорят, — он махнул рукой в сторону шума, — меньше претендентов, проще выбор, закончил он, а я сидела, открыв рот и осмысливая услышанное.
Нет, какой замуж, да за кого? Тут я осеклась и посмотрела на Тарша.
— А от шагронгов кто претендент в мужья? — не веря своим выводам, смотрела как краснеет орк, точнее, как его кожа становится темнее, потрясно.
Прелестно! Просто прелестно! Нет, Тарш, конечно, хорош, но вот беда, он любит другую, а я другого. Следом в голову пришла другая мысль и я засмеялась как припадочная. Нет, это точно была истерика от всего пережитого и абсурдности ситуации.
Удача! Она и тут мне подфартила. Что я там говорила, когда только попала в новый Мир? Что я неправильная попаданка, нет принцев и мир спасать не нужно. Ну так вот они принцы всех мастей и Мир я уже спасла своей кровью и частичкой души. Ирония моей удачи просто зашкаливает. Я хохотала до колик, до икоты и слез из глаз. Остановиться просто не получалось.
Глава 27Утирая слезы, поняла, что вся липкая, даже лизнула палец, проверяя в чем это я и скривилась, ой фуууу…
— Что за гадость? — это был скорее риторический вопрос, но неожиданно получила на него ответ.
— Сок мирраданиса, он хорошо восстанавливает потерю крови, но ты брыкалась и не хотела пить, — повинился, так и сидящий рядом, орк.
— Ага, — блеснула интеллектом и ещё раз глянув на спорящую толпу, — а где мы и как тут оказались все?
— Я же тебе сказал, — удивился Тарш, — мы в Храме Четырёх Стихий.
— Угу, — опять блеснула умом и словарным запасом. — Это, — я обвила пальчиком круг, обозначая место, где мы все находились, — было под землёй. Вам туда хода не было, сейчас же, мы явно парим, вон, макушки деревьев видны, — ткнула пальцем, уже в другую сторону.
— Нейрана сказала, вас тоже не хило трясло, и я думал ты все поняла, — почесал затылок орк и продолжил. — Когда последняя хранительница пропала, там многое говорили: и что сбежала, и что убили жадные до власти жрицы… Ну да не суть важно. Это храм ещё несколько лет парил, потом рухнул, подняв кучу земли, травы и поломанных деревьев вверх. Ну, так рассказывали мне в детстве, и весь этот мусор присыпал его сверху, а с годами он и вовсе зарос. Да ты и сама видела, только вон те башенки и были видны, — и мне показали ту часовенку, глядя на которую я немного обалдела, по новой рассматривая храм.
Стен не оказалось, простор, воздух и яркие лучи солнца могли проходить через него не зная преград. Это действительно был Храм Стихий, все предусматривалось для того, чтобы они всегда могли находиться в нем. Четыре часовенки по четырём сторонам света, олицетворяли четыре стихии, вокруг них шли колонны, на которых держались купола над ними и в центре зала стоял пятый главный Алтарь. Сейчас, при дневном свете я могла рассмотреть его во всех подробностях. Казалось, что это не обычный камень: мрамор или что-то другое. Он больше походил на огромный кристалл, переливающийся то красным, то зелёным, голубым и насыщенно синим. Цвета перетекали из одного в другой, завораживая и притягивая взгляд. Вокруг всего храмового комплекса возносились ввысь резные, вычурные колонны. Они смотрелись хрупкими произведениями искусств и на них, где-то теряясь в вышине, лежал центральный купол. Пока я разглядывала и пыталась сопоставить прошлые подземелья с нынешним величием орк продолжал рассказ.
— Мы вас ждали на поверхности и пробуждение стихий не стало сюрпризом, но вот главный Алтарь… Ты пойми нас правильно, мы сомневались, уж больно давно не было той, что могла бы его не просто разбудить, но и напитать. Когда земля под ногами дрогнула, мы боялись поверить в чудо. А потом началось такое!.. Жуть в общем, даже вспоминать не хочу, но стихии нас не тронули, но свой Храм, как видишь, в должный вид привели. Да и он снова парит, — блаженная улыбка расплылась на мордахе орка, — знаешь, я и не верил, что когда-то увижу это чудо своими глазами.
О как, выходит, когда я потеряла сознание, началось все веселье. Пообщаться бы с мелкой зазнайкой, но я пока не готова подходить близко к алтарю. Но, то ли память мне подбросила часть воспоминаний, то ли воображение разыгралось не на шутку, но перед глазами всплыла картинка: голубая фигурка маленькой змейки плёткой гоняла стихии, ругаясь на бездельников и заставляя прибраться в их собственном доме. Наверное, все-таки воображение, ну не могла же она ругаться матом, а Стихии кланяться и обещать: “Все сделаем, начальника”.
Хихикнув, посмотрела на спорящих эльфов и жриц, на Лероя, что стоял почти между ними, но молчал и изучал меня странным задумчивым взглядом, от которого хотелось спрятаться.
— Тарш, мне бы умыться, — начала я и замерла, в памяти всплыло воспоминание молодой хранительницы и делегации с Треи, они сюда пришли порталом. Если ожили стихии и Храм, то может так быть, что и порталы заработали? В подтверждение моих мыслей, вспомнились слова старой шаманки: “Передай привет от Хохотушки Ашадас, старику Атарасу Доу”. Так может?
Как водится, додумать мне не дали, закинув на плечо, ну да, иначе-то он не умеет, Тарш меня куда-то понёс. И пока я в уме крутила и так и этак мысли о порталах, меня бесцеремонно и без предупреждения сбросили в воду… Уууу… Зелёненький, я тебе отомщу, жених тоже мне, ну кто со всего маха скидывает девушку в воду? Вот теперь я понимаю от чего Мрыска звала его Таршек — глиняный горшок. Ну вот точно голова пустая, постучи — зазвенит.