Константин Киба. Дилогия (СИ)

— И че мы будем делать? — спрашивает Денис.
— Как всегда, — улыбаюсь шире я. — Избивать, убивать, грабить, запугивать, шантажировать, крышевать и насиловать. Только тех, кого скажу я. А вечерами будете замаливать грехи перед Буддой. Зависит от моих хотелок.
— Да ты аху!..
Бам!
Один из силачей вдарил по челюсти буйного с такой удалью, что тот сразу же закатил глаза и свалился на землю. Он уставился на меня и тупо улыбнулся, пожимая плечами. Мол, рука сорвалась. Остальные силачи окружили лежачего, заслоняя его от камер. Чтобы стражи не набежали.
— Мы подумаем, хорошо? — нервно улыбается бойкий силач. — Ты тока не дергайся сам, лан? Мы поняли, что ты дерзкий. И нам этот клан нах не нужен — за него головой на столы ложиться. Твое слово передадим всем, кому надо.
Киваю, разворачиваюсь, иду в толпу беляков, половина из которых не стесняясь пялится на то, что происходит.
— Жду всех завтра, за школой! — повышаю голос. — В шесть тридцать. Кто придет — с теми сработаемся. Остальных я предупреждал.
— Принято, — коротко отвечает мне в спину силач.
Акане все это время ждет меня, с азартом говорит:
— Ну даешь, Киба-кун. Думаешь получится?
— Недовольные будут. Они всегда есть.
— Ох, в опасное ты дело влезаешь, Киба-кун. Силачей много кто не любит. И вроде, как только от них избавились и вот снова, уже под новым хозяином.
— Поэтому мне и нужны беляки. Они очень неплохо разбавят этих уголовников, и на меня не будут смотреть, как на очередного бандита. Да и сами беляки будут восторге, что те, кто их донимал, теперь их защищают. Я даже прикажу нескольким хулиганам стараться усерднее. Но кто вступит в мой белячий клуб — тех трогать не будем. Мало того, их оставят в покое и даже извинятся. Но вот если они решат покинуть клуб или будут изгнаны, наши хулиганы снова включат школьных террористов.
— Это… может сработать, Киба-кун. Хоть метод и… жестокий.
— Такова жизнь, — пожимаю плечами. — Нельзя удержать людей на одном кнуте или пряниках. Нужно маневрировать.
— Откуда ты это знаешь? Тоже из интернета?
— Конечно. Знала бы ты, что есть в даркнете, — многозначительно улыбаюсь, и Акане краснеет.
Да, с порно в официальном интернете пять кланов борются нещадно. Владельцев серверов с порнухой частенько приговаривают к смертной казни.
Заходим в школу, останавливаемся перед сумма-детектором. Страж переводит глаза на меня:
— Проходим, не задерживаем очередь.
Что ж, тут ничего не поделаешь. Детектор суммы хранит в себе данные всех учеников. И сейчас он меня спалит.
Прохожу и сумма-детектор пищит, показывая цифру… четыре.
— Стоять! — останавливает страж очередь, подносит рацию к губам: — У нас тут пробудившийся. Константин Киба «тринадцать-б». Направляйте группу.
— Так-так-так, — слышу за спиной знакомый голос. Оборачиваюсь.
Элеонора улыбается очень многообещающей улыбкой. Акане щурится:
— Киба-кун, я пошла. Занятия скоро, — она косится на грудь Элеоноры, морщится, проходит через сумма-детектор, который показывает цифру восемь.
Учительница подходит ко мне ближе:
— О-о-о-очень интересно, Константин. Даже не представляешь, насколько, — подмигивает обтянутая латексом красотка и сразу становится серьезной.
  
Глава 6. Подготовка
 
Сижу на табурете. Предо мной стол. Два серьезных и незнакомых мне мужика смотрят на меня. Между ними Элеонора.
Тишина…
— Так и будете на меня пялиться? — первым не выдерживаю я.
— Вы посмотрите на него. Каков наглец. Ничего не боится, — кривится свиноподобный мужчина с глазами повидавшего хаос. Если бы не элегантный смокинг, то я бы наверное подумал, что восстание демонов началось.
Элеонора слащаво улыбается:
— Еще бы. Вся школа о нем только и говорит. Новая звезда.
Другой мужчина — определенно коллега демона или, в лучшем случае, его младший брат. Только похож на козлоподобного демона. Острые черта лица, узкие глаза и, разве что не текущая ядовито-зеленая слюна.
Ну вот, три члена какой-то комиссии не выражают ко мне никакой любви по причине того, что я «звезда». Вроде взрослые люди. Я бы, конечно, мог и покультурнее, но за две недели в этой школе понял, что тут можно выговариваться даже с учителями. Все равно тебя не отчислят. Так что я решил сегодня разгрузить разум и душу и говорить, что думаю, а не наоборот.
 
Иногда можно и понаглеть. Не всё же сюсюкаться с этими детьми, считающими, что ребенок тут именно я.
— Ты бы зубочистку выкинул свою. Что за неуважение к комиссии? — блеет «козел».
— Навесил всем лапши на уши, и думает, что все можно, — хрюкает «боров». — Молодёжь. Не умеют быть скромными. Каждое поколение все хуже и хуже.
Не отвечаю, перемещаю зубочистку на другую сторону. Они перестанут болтать уже?
— Ладно, коллеги, — хмурится Элеонора. — Давайте не будем сотрясать воздух. Константин, ты нарушил пункт три договора между тобой и школой. О пробуждении за территорией школы необходимо сообщить в течение пяти часов.
Пожимаю плечами:
— Как-то не получилось. Пара сломанных костей и перебитых органов помешали.
— Где справка от лечащего доктора? — чешет мерзкую бородку «козел».
— У Джунов забыл. Они обещали выслать к вам ниндзя, — зеваю, — чуть позже.
— Да что с ним говорить? — краснеет «свин». — Вычтем оставшиеся очки влияния и пусть идет на отработку…
Зеваю.
Козлоногий бьет ладонью по столу:
— Хватит! Отправить его на отработку! Элеонора, завтра же с утра вы лично это проконтролируете! Тоже мне, пуп земли! Наглец!
— Я могу идти?
— Конечно, — томно улыбается Элеонора, — нет. В соответствии с подпунктом два пункта три договора между тобой и школой, ты был обязан сообщить школе о своем пробуждении, и немедленно явиться на тестирование. Ты не сообщил, а значит будешь обязан возместить школе стоимость твоего платного тестирования.
— О, чуть не забыл, — вяло радуюсь я, доставая папку из сумки. — У меня же есть документы, заверенные нотариусом и подтверждающие, что я проходил тестирования в аккредитованной лаборатории семьи Мацуо из клана Джунсиначи.
Демоны переглядываются, свинина хрюкает:
— А что ты тогда тут с нами в игры играешь?! Сразу сказать не мог?!
Не отвечаю, встаю, кладу папку на стол комиссии. Элеонора открывает, морщится. Видно, что ей не нравится, что происходит. На самом деле, не обязательно тестировать в школе. Можно сделать это где-угодно и в соответствии с этим идти на спецкурсы школы. Ну и разумеется, таким образом мухлюют богатеи, которые хотят скрыть свои направленности от исталской школы.
Учительница перелистывает папку:
— Две направленности значит. И вроде весьма неплохие. Предметная и тела.
Элеонора переводит на меня подозрительный взгляд. Я улыбаюсь. Мол, обломитесь. Не поставить вам меня на свой учет.
Хотя… я и так стою на учете, только у Джунов.
Спустя полчаса расспросов и воспитания, мне все же назначили отработку за то, что я не сообщил вовремя о своем пробуждении и не предоставил справку с уважительной причиной для этого. Давно хотел посмотреть, что это за отработки такие. Вот завтра и проверим. Обычно на них отводят старшеклассники, но я же звезда — Элеонора лично вызвалась завтра на рассвете сопроводить меня вместе с еще одним провинившимся. А еще свиноподобный напомнил, что мой поход к психологу все еще обязателен. Заместитель директора лично проконтролирует это в конце недели.
Последняя новость меня не удивила. Каждый пробудившийся на первом этаже имеет право подняться на второй автоматически.
— Отказываюсь, — сухо говорю я.
 
— В смысле? — выпирает жирок, похожий на подбородок, свинья.
— Насколько я помню, правила школы говорят, что окончательное решение о своем досрочном повышении принимает сам ученик? Так вот, я пока отказываюсь идти на второй этаж. Хочу пройти весь начальный курс.
— Э, и причина?