Невидимые планеты. Новейшая китайская фантастика

Она прикасается к серебряному кулону, висящему у нее на шее, – кулону в виде свистка для собак.
2
Школа находится на другом конце города, поэтому Сяои приходится ехать туда на четырех автобусах.
Однажды Ли Бинбин предложила ездить вместе на машине ее отца. Кататься на BMW с личным шофером очень приятно.
Но Сяои отказалась, ведь в школе так скучно: сидеть там – все равно что ехать на еще одном автобусе. И раз уж ездить на автобусе все равно придется, то какая разница, на какой остановке сесть? Этого Сяои, конечно, Бинбин не сказала. Она вообще не любит говорить – разве что с ними.
Они никогда не появляются в школе, и поэтому там еще скучнее. Целый день Сяои сидит на последнем ряду, у окна, и размышляет. Никто к ней не лезет – ни на уроке, ни на перемене.
Друзей у нее нет; с ней никто не разговаривает, никто ее не замечает. Девочки любят сбиваться в стайки: если у тебя большие сиськи – ты в одной группе, если маленькие – в другой. Иногда большегрудая девочка может общаться с плоскогрудой, но обычно такая дружба быстро заканчивается.
Сяои от них отличается. Она никогда не носит лифчик, и многие считают это странным. Кроме того, девочки узнали про них. Куда бы ни пришла Сяои, все резко умолкают, чтобы снова заговорить, как только она отойдет хотя бы на пару шагов: «Смотрите, это Тан Сяои!»
Да, это Тан Сяои. Никто не знает, что с ней делать. Если бы не Бинбин, у которой иногда возникают навязчивые идеи, жизнь Сяои была бы абсолютно тихой и спокойной.
– Ты слышала, что Ли Цзянь и Дин Мэн теперь вместе? – спрашивает Бинбин.
Заканчивается география – последний урок сегодня утром. Бинбин, сидящая рядом с Сяои, болтает без умолку. Время от времени она делает паузу в своем монологе и затягивается сигаретой. Докурив, она уже не может сдерживаться:
– Сяои, ты знаешь, какие про тебя ходят слухи? Это правда? Они все очень старые и богатые? Богаче моего папы? Сколько они тебе платят?
Сяои подпирает подбородок ладонью и смотрит в окно. Очередь у столовой становится все длиннее, она уже дошла до зонтичного дерева, которое растет у школьных ворот.
В этот миг у ворот останавливается невзрачный автомобильчик. Дверь машины открывается, но наружу никто не выходит. Он ждет, ждет Сяои.
Сяои медленно встает из-за парты и выходит из класса. Ее шаги сопровождает легкое эхо; волосы волной летят над ее плечами, словно ей в лицо дует ветерок.
Вокруг нее – тишина. Солнечный свет врезается ей в спину, словно лезвие ножа.
3
– Я сделал так, как ты велела, – взял другую машину. Зачем тебе она? Это… необычно.
Мужчина средних лет, которого Сяои впервые видит, поворачивается к ней. Они – школьница в короткой синей юбке и мужчина в элегантном китайском костюме «ханьфу» – еле втиснулись на заднее сиденье маленькой «Дайхацу Шарейд». Время от времени, забыв об осторожности, они соприкасаются коленями и немедленно отводят их в стороны.
На водительском сиденье сидит шофер в аккуратно выглаженной форме, на плечах у него серебристые эполеты, на руках – новые белые перчатки.
– Ты приехал с шофером, – хмурится Сяои.
– Я уже давно не водил машину.
Сяои смотрит из окна на поток автомобилей – поток, который вообще не течет. Сегодня пятница, и пробки начались уже с полудня. Но на самом деле это не важно: они никуда не торопятся. Мужчина достает носовой платок, чтобы вытереть пот со лба. Кондиционер в машине не работает – для тех, кто привык ездить на «Кадиллаках», это неприятно.
– Куда едем? – спрашивает он.
– Никуда.
Они всегда такие добродушные, они обращаются с ней, как с домашним питомцем – с благоговением, к которому примешивается презрение. Пока не дошло до дела, они все одинаковые.
Сяои поворачивается к мужчине и внимательно на него смотрит. У него темные глаза – странные, но дружелюбные. Они вцепляются в нее и не отпускают.
– Что мне нужно делать? – спрашивает она.
– То же, что ты делаешь с другими.
– То есть о том, что ты хочешь, ты не думал.
Мужчина смеется.
– Просто я не знаю, сумеешь ли ты меня удовлетворить.
– Ты жадный.
Сяои подмигивает ему. Ее ресницы, длинные и темные, обольстительно дрожат.
Кадык мужчины ходит вверх-вниз. Мужчина видит, как рубашка облегает тело Сяои, и понимает, что на ней нет лифчика.
– Давай начнем прямо сейчас, – говорит Сяои.
– В машине?
Сяои протягивает руку и закрывает мужчине глаза. Ее пальцы холодны как лед.
4
Мужчина открывает глаза. Ничего не изменилось. «Шарейд» по-прежнему «Шарейд». Дорога все еще похожа на кишку человека, страдающего запором.
Но шофер исчез.
Клиент – опытный человек. Он знает, когда нужно сохранять спокойствие.
– Они были правы насчет тебя. Похоже, именно ты мне и нужна.
– Тут полно места. Можешь вытянуть ноги.
Мужчина так и делает. Он видит, что его ноги медленно проходят через переднее сиденье, словно сквозь тень. Он расслабляется и откидывается на спинку сиденья. Так гораздо удобнее. Он заплатил оговоренную сумму и теперь может получать удовольствие: все это – часть сделки.
Частные клубы, особые услуги и другие виды элитных развлечений уже давно перестали его радовать. Он ищет особые ощущения – такие, какие дарит эта девочка. На сайте про нее написано так: «Я продаю истории. Особые. Дорого. Остерегайтесь подделок. Приезжайте на старой машине. Возьмите с собой достаточную сумму денег. Что бы ни произошло, мы не должны больше встречаться».
Его правый указательный палец дрожит. Все готово. Мужчина садится; он в предвкушении. Он начинает верить, что она способна исполнить все, что обещала.
– Я готов, – говорит он.
Сяои кивает. Он даже не заметил, как она пересела в кресло напротив него – туда, где должно быть водительское сиденье.
– Повторяю вопрос: что тебе нужно?
– У меня все есть.
Сяои молча смотрит на мужчину, а затем снимает с себя туфли и залезает с ногами на кресло, погружается в его мягкую белую кожу.
– Когда все как следует продумаешь, скажи. Кстати, оплата у меня почасовая.
«Сложный клиент, – думает она. – Он меня вымотает». Она принимает решение закрыть глаза и экономить силы.
– Может, расскажешь мне что-нибудь особенное? О том, чего у меня нет, или о том, что я не испытывал?
– Историю, – говорит Сяои.
– Точно.
Сяои открывает глаза, но позу не меняет.