Невидимые планеты. Новейшая китайская фантастика

Жизнь шла как обычно. Нет, на самом деле одно отличие все-таки было: «Список здоровых слов» стал уменьшаться все быстрее и быстрее. Каждый час, каждую минуту из него исчезали слова. По мере того как ускорялся пересмотр «Списка», письма и сообщения на форумах становились все более пресными и банальными. Поскольку для выражения немыслимо большого диапазона мыслей приходилось использовать исключительно ограниченный набор слов, все больше людей выбирали молчание. Даже тайных шифров и спрятанных подсказок стало меньше.
Однажды Арвардан оторвал взгляд от компьютерного экрана и посмотрел на дымчато-серое небо за окном. У него сдавило грудь; он закашлялся от боли, выпил дистиллированной воды из одноразового пластикового стаканчика и выбросил его в мусорное ведро, тоже сделанное из пластмассы. Услышав глухой звук пластмассы, ударившейся о пластмассу, Арвардан подумал, что и его собственный мозг тоже набит мусором. Он постучал по голове костяшками пальцев – и действительно до него донесся тот же тусклый, пустой звук.
Он надел пальто и маску-фильтр и вышел за дверь. «Слушателя» он с собой не взял, потому что в нем больше не было необходимости: город наполнился активными «слушателями», внимательно следящими за тем, не произнес ли кто-то запрещенное слово. Теперь вся Столица стала такой же, как и Сеть – здоровой и стабильной.
У Арвардан был законный повод выйти на улицу – он решил сдать свое разрешение на пользование форумами, поскольку уже в нем не нуждался: электронная почта, форумы, сайты – все стало одинаковым.
Календарь сказал ему, что на дворе весна, но на улице по-прежнему было очень холодно. Высокие серые здания напоминали каменный лес при абсолютном нуле. Порывы ветра приносили желтый песок; ядовитые, удушливые выхлопные газы струились между домами, заполняя все доступное пространство, и скрыться от них было невозможно. Арвардан засунул руки в карманы, поднял воротник и пошел к зданию, в котором располагался Департамент безопасности Сети.
Внезапно он остановился; его ноги онемели, и он не мог сдвинуться с места. Он увидел Артемиду – она в черной форме стояла перед ним, рядом с фонарем. Но как она изменилась! Она постарела лет на десять, не меньше. Ее лицо покрылось морщинами, и в ней не осталось ничего от юношеской энергии.
Артемида услышала его шаги и повернулась к нему. Ее глаза показались ему особенно пустыми. Она уставилась куда-то вдаль, не видя Арвардана.
Арвардан никогда не думал, что встретит ее здесь. В его сердце, надолго уснувшем, вспыхнули искры, но его притупившаяся и усталая психика была уже неспособна испытать волнение.
Они долго смотрели друг на друга. В конце концов он подошел к ней и нерешительно задвигал губами, словно собираясь что-то сказать. Но когда он достал свежую, сегодняшнюю версию «Списка здоровых слов», то увидел, что список пуст, – соответствующие власти удалили даже последнее слово.
В его сознании вспыхнул адрес – к счастью, техника еще не научилась блокировать мысли. Возможно, пришло время отправиться в горы. Терять ему было нечего.
Кто-то должен это сделать.
Поэтому Арвардан ничего не сказал. Не останавливаясь, он прошел мимо Артемиды, и постепенно его силуэт растворился в толпе – такой же серой и тихой, как и он.
Город казался особенно молчаливым.
 
Хао Цзинфан
Хао Цзинфан – автор нескольких романов, сборника эссе о путешествиях и большого количества рассказов, которые опубликованы в самых разных изданиях – таких, как Science Fiction World, Mengya, New Science Fiction и ZUI Found. Ее произведения отмечены премиями «Иньхэ» («Галактика») и «Синъюнь» («Туманность»). Она изучала физику в университете Цинхуа, а затем училась в аспирантуре в Центре астрофизики того же университета. Недавно Хао получила в Цинхуа докторскую степень по специальности «экономика и управление» и в данный момент работает в аналитическом центре.
Хао не ограничивает себя каким-то одним жанром: ее последний роман, «Год рождения: 1984», например, можно отнести к «большой литературе». Ее истории, наполненные интересными образами и точными описаниями, обычно тщательно выстроены на нескольких уровнях.
Широкий диапазон интересов и литературных приемов Хао Цзинфан нашли свое отражение в этой антологии: «Невидимые планеты» – сказка в традиции Итало Кальвино, а «Складывающийся Пекин» – антиутопия «ближнего будущего», в которой акцент сделан на экономике. Оба произведения можно рассматривать с разных точек зрения. «Складывающийся Пекин» также вошел в две другие антологии – Best Science Fiction & Fantasy 2015 (редактор – Рич Нортон) и The Best Science Fiction of the Year (редактор – Нил Кларк).
 
Невидимые планеты
– Расскажи мне о потрясающих планетах, которые ты видел. Но в истории не должно быть жестокости и мерзости, – говоришь ты.
Отлично. Я с улыбкой киваю. Конечно. Не вопрос.
 
Чичи-Раха
Чичи-Раха – потрясающее место. Те, кто видел ее цветы и озера, никогда их не забудут. Там нет ни пяди голой земли; вся поверхность покрыта растительностью. Там растет трава «ануа» с тонкими, словно шелковые нити, листьями; там растут деревья «куцинь» – такие высокие, что задевают облака; там множество странных, безымянных кустарников и деревьев, плоды которых источают соблазнительные ароматы.
Чичирахцы никогда не беспокоились о том, как заработать на жизнь. У них высокая продолжительность жизни, медленный метаболизм, а естественных врагов у них нет. Они питаются фруктами, а живут в огромных полых стволах деревьев определенного вида. Средний диаметр этих «трубок» такой, что взрослый чичирахец может спокойно в них улечься. В хорошую погоду ветви этих деревьев висят, а во время дождя они поднимаются, образуя полог, похожий на зонтик.
Все, кто оказался на Чичи-Рахе впервые, не могут понять, как на подобной планете могла возникнуть цивилизация. С точки зрения гостей, на планете, где нет ни кризисов, ни конкуренции, жизнь может вполне существовать и без разума. Но цивилизация здесь есть – прекрасная, мощная, полная творческой энергии.
Многие туристы мечтают поселиться на Чичи-Рахе после выхода на пенсию. Большинство из них полагает, что самой главной проблемой станет питание, и поэтому они с тревогой пробуют все виды местных фруктов. Но те, кто уже побывал на нескольких пирах, обнаруживают, иногда к своему большому удивлению, что еда здесь отменная, но жизнь на этой планете, особенно для пожилых людей, просто невыносима.
Оказывается, что все чичирахцы с рождения учатся врать; более того, для них вранье является самым важным занятием. Всю свою жизнь они сочиняют истории о событиях как реальных, так и вымышленных. Они пишут и поют про них, рисуют картины, но никогда их не запоминают. Им совершенно все равно, есть ли какая-либо связь между словами и фактами; для них существует только один параметр – является ли история интересной. Если вы спросите их про историю Чичи-Рахи, они расскажут вам сотню разных версий. Ни одна из них не будет противоречить другим, поскольку на каждом шагу противоречит сама себе.