Невидимые планеты. Новейшая китайская фантастика

– Бл… дь! Бл… дь!
В его голосе слышен страх и шок.
Снежный Лотос продолжает прыгать по кровати. Ее тело, видимо, уже не подчиняется законам гравитации. Она – марионетка, которой управляют невидимые нити. Вверх, вниз, снова вверх. Она спрыгивает с матраса и на миг застывает в воздухе. Желтый потолок приближается, затем снова отдаляется, словно дышащая мембрана. Когда мембрана расслабляется, на границе картинки возникают бочкообразные искажения.
– Хватит.
Старшая сестра Шень прекращает устроенное мной безумие. Мы же не хотим, чтобы мужчина испугался и сбежал.
Должен признать, что управление телом Снежного Лотоса – крайне увлекательное занятие, которое как будто компенсирует мои неосознанные желания.
Амплитуда прыжков уменьшается. Снежный Лотос снова тихо лежит на кровати. Я расслабляю волокна в костюме марионетки. Теперь она развалилась на постели, словно труп.
Как мы и планировали, Снежный Лотос начинает плакать. Невнятно что-то бормоча, она пересказывает свой сон.
– Оно… оно говорит, что вознаградит нас, если мы позаботимся о нем. Оно может назвать нам номера лотереи…
– О ком «о нем»?
– О твоем ребенке.
Мужчина поднимается с пола. Его лицо похоже на деревянную маску. Он словно не может переварить избыточное количество информации. В руке у него откуда-то появляется нож для фруктов. Восток подходит к Снежному Лотосу, гладит ее живот и смотрит ей в глаза. В мягком свете лампы эта картина похожа на романтическую сцену из мыльной оперы. Сейчас он поклянется, что будет любить ребенка, а затем поцелует ее.
Внезапно его блестящие красивые глаза становятся холодными и темными, словно водоемы с черной водой.
– Врач говорит, что у меня плохая сперма. – Восток медленно проводит плоской стороной лезвия по ее животу. – Признайся, от кого этот ублюдок, и избавься от него.
– Он твой.
Снежный Лотос дышит очень быстро и, кажется, сейчас заплачет.
– Думаешь, ты Дева Мария?! Ты же просто долбаная шлюха!
Он с размаху дает ей пощечину. Картинка наклоняется. В зеркале гардероба видны два силуэта – идеальная композиция в тусклом свете.
– Он твой, – негромко повторяет Снежный Лотос.
Нож уже перед ее лицом; тонкое острое лезвие холодно поблескивает. Я уже не могу просто наблюдать. Подняв руки Снежного Лотоса, я хватаю запястье мужчины и разворачиваю нож в противоположную сторону. Ее скорость и сила стали для Востока сюрпризом, и он не знает, как реагировать.
Снежный Лотос всем телом наклоняется вперед, приближая острие ножа к груди мужа.
– Прекрати! – кричит Старшая сестра Шень.
Но это делаю не я, а Снежный Лотос. У меня даже нет возможности удержать ее.
Снежный Лотос вкладывает вес своего тела в удар. Нож протыкает кожу мужчины, пробивает мышцы, проходит между ребер и вонзается в сердце. Алая жидкость течет из раны, растекается, словно распускающийся дикий цветок. Мужчина поднимает взгляд и мрачно смотрит куда-то мимо Снежного Лотоса, словно увидел вдали еще более жуткий мир. В конце концов его глаза тускнеют.
Картинка ненадолго замирает. Мы, потрясенные этим развитием событий, не знаем, что делать. Внезапно Снежный Лотос бросается бежать. Картинка трясется. Снежный Лотос бежит к балкону, к тому кусочку ночного неба.
На этот раз я не промахиваюсь – сдерживаю ее, не давая ей прыгнуть в пустоту. Снежный Лотос падает, разъяренно вопит и сопротивляется. В конце концов, поняв, что ее усилия ни к чему не приводят, она начинает отчаянно выть.
Смерть – лучшее плацебо.
По крайней мере, в данном случае.
* * *
Зарю в деревне Шацзуй пронзают сирены. В сопровождении полиции Старшая сестра Шень и я проходим сквозь толпу и ныряем в полицейскую машину. Снежный Лотос в наручниках сидит на заднем сиденье другой машины. Ее белые щеки попеременно освещаются то красными, то синими лучами. Она сидит, опустив голову.
Ревет автомобильный двигатель. Ее силуэт вздрагивает, превращается в размытое пятно, а затем исчезает вдали.
Я вспоминаю, как впервые заговорил со Снежным Лотосом. Мне еще о многом предстоит пожалеть.
 
Ся Цзя
Ся Цзя училась в Пекинском университете на факультете наук об атмосфере. Затем она поступила в программу киноведения Китайского университета коммуникаций, где защитила диплом по теме «Изучение персонажей-женщин в научно-фантастических фильмах». Позднее Ся Цзя получила докторскую степень по сравнительному литературоведению и мировой литературе в Пекинском университете, защитив диссертацию по теме «Страх и надежда в эпоху глобализации: современная китайская научная фантастика и ее культурная политика (1991–2012)». В настоящее время она преподает в университете «Сиань Цяотун».
Публиковаться она начала, еще когда была студенткой: ее произведения выходили в самых разных журналах, в том числе в «Мире научной фантастики» и «Цзючжоу фэнтези». Несколько ее рассказов получили самые престижные китайские награды в области научной фантастики – премии «Иньхэ» («Галактика») и «Синъюнь» («Туманность»). Переводы некоторых из ее произведений на английский язык опубликованы в журналах Clarkesworld и Upgraded; оба редактировал Нил Кларк. Рассказ «Парад призраков» [7] (A Hundred Ghosts Parade Tonight) был особо упомянут в ходе вручения наград Science Fiction and Fantasy Translation Awards 2013 года; редактор Рич Хортон выбрал его для антологии «Лучшие произведения года».
Ся Цзя называет свой стиль «фантастика-каша» – в противоположность вечным (и, по-моему, бессмысленным) спорам о том, чем «твердая НФ» отличается от «мягкой». (Смысл этих терминов слегка отличается в представлении китайского сообщества любителей фантастики и для англоязычных читателей. В общем, «твердая НФ» для китайцев – та, в которой больше технических материалов.) Ее произведения, выбранные для данной антологии – «Парад призраков», «Лето Тунтун» и «Ночное путешествие дракона-лошади», демонстрируют весь диапазон ее стиля. Рецензент Луис Тилтон описывал «Парад призраков» как «литературную научную фантастику… в которой проза исключительного качества смешивается с мотивами научной фантастики и фэнтези, давая нам понять, что подобные различия не имеют особого значения» [8]. «Ночное путешествие дракона-лошади» – совершенно новое произведение, никогда не выходившее на английском языке.
Ся Цзя – не только писатель, но и блестящий переводчик с английского на китайский. Ее переводы, как и ее собственные сочинения, – яркие, элегантные и отточенные. Перевод моей повести «Человек, положивший конец истории», сделанный Ся Цзя, во многом лучше оригинала.