Когда мы падаем
Еще ближе. И все еще недостаточно близко. Прикосновений было уже недостаточно.
– Еще, – выдохнула я ему в рот. Пробежавшая по его телу дрожь заставила меня замереть от счастья.
Поцелуй обжег мой подбородок. Цепочка горячих следов на пути вниз. Чжэ Ён спускался все ниже, пока не уткнулся в вырез рубашки. Он бросил на меня вопросительный взгляд. Я кивнула. Улыбнулась. Откинула с его лба темную прядь, пока он возился с первой пуговицей. Каждый сантиметр кожи, показавшийся из-под рубашки, удостаивался поцелуя. Наконец, осталась только одна пуговица, и Чжэ Ён увидел мой лифчик.
Полы рубашки щекотали живот, ткань сковывала мне руки. Лучше бы он вовсе стянул с меня эту рубашку, потому что оставаться обнаженной лишь наполовину оказалось невыносимо.
Чжэ Ён опустил голову и невесомо поцеловал мою грудь. В воздухе разносились лишь наши возбужденные, громкие и частые вдохи. Стоило губам Чжэ Ёна обхватить мой сосок сквозь ткань бра, мое дыхание оборвалось. Я сжала бедра, стараясь умерить напряжение между ног. Рука Чжэ Ёна коснулась моей талии, он успокаивающе погладил меня по бедру. И подтолкнул мои ноги в стороны, чтобы устроиться между ними.
Мое сердце колотилось. Уверена, оно вот-вот взорвется – от радости и возбуждения. Я никак не могла насытиться прикосновениями Чжэ Ёна, жаждала их всеми фибрами своего тела. Щелкнула застежка бра – я даже не заметила, когда Чжэ Ён скользнул рукой мне за спину. Он потянул лямки вниз, но, вместо того чтобы смотреть на них, поймал мой взгляд.
– Все хорошо? – спросил он.
Мне удалось лишь кивнуть. Он окончательно снял с меня рубашку и отбросил куда-то рядом. Вскоре за ней последовал и лифчик. И, когда Чжэ Ён снова прижал меня к себе в поцелуе, между нашими телами не осталось никаких преград. Кожа к коже. Я негромко застонала в его объятиях. Моя грудь стала невероятно чувствительной.
Мы целовались до опухших губ. Тяжело дыша, Чжэ Ён отстранился и прижался лбом к моему. Он кинул взгляд ниже. Его пальцы коснулись моего соска. В животе заныло, и я прикусила губу, давя стоны.
Чжэ Ён поцеловал меня в щеку.
– Не нужно молчать.
Его губы снова сомкнулись на моей груди… Боже, все мое тело словно объято пламенем. Поддавшись бедрами вперед, я наткнулась на значительную выпуклость под джинсами Чжэ Ёна. Он громко и надрывно застонал, вызвав во мне дрожь. Этот звук… Мне захотелось снова услышать его, и я попыталась повторить свое движение, однако Чжэ Ён удержал меня.
– Элла, Элла! – Его губы коснулись моей щеки. Горячее дыхание обожгло кожу за ухом. – Секунда, притормози.
Дыхание срывалось. Поймав взгляд Чжэ Ёна, я будто пробудилась от сна.
– Почему?
– Иначе я сойду с ума. – Он провел рукой по спутанным волосам и тихо засмеялся. – Ты, твои стоны… Если мы не остановимся, еще немного, и случится конфуз.
Конфуз? Я покосилась на то место, где под джинсами отчетливо просматривалась его эрекция.
– Ой…
Он снова рассмеялся.
– Да, ой.
Потом Чжэ Ён сел и, потянув меня за руку, притянул к себе. Он смотрел на меня, нежно поглаживая по бедрам. Мне было до того хорошо, что я даже не смущалась своей наготы. Опустив голову Чжэ Ёну на грудь, я обняла его.
Мы просто сидели в обнимку. Пока медленно-медленно мои веки не потяжелели.
Тогда я, наконец, разорвала наши объятия. Никаких возражений от Чжэ Ёна не последовало, даже когда я встала и подняла его за собой. Он ушел в спальню и переоделся в пижаму, пока я с той же целью заняла ванную комнату. Стоило нам лечь в постель, Чжэ Ён обнял меня так крепко, словно никогда больше не хотел отпускать.
Я немедленно уснула.
Спустя несколько часов меня разбудили блики мерцающих синих огней. В одно мгновение я снова оказалась в прошлом. А тепло и уют вечера с Чжэ Ёном растворились, уступая место холоду, который не имел ничего общего с цифрами на термометре.
Родители так отчетливо встали перед глазами, будто только вчера они в последний раз обняли меня. Вот они выходят из дома, мы с Лив объедаемся конфетами, пока не заболит живот, танцуем. А потом… чем же обернулся тот вечер. Полиция. Растерянная и перепуганная Лив, которую я разбудила. Ее залитое слезами лицо.
Я распахнула глаза и села в постели. Сердце выпрыгивало из груди, в ушах стучало.
Чжэ Ён мирно сопел рядом, а я… Мне нужно…
Я, не задумываясь, встала, вышла из спальни и зашла на кухню. Аккуратно толкнула стеклянную дверь, ведущую на веранду, и вышла на свежий воздух. Дышать сразу стало легче.
Я подошла к лестнице и опустилась на верхнюю ступеньку. Здесь кончался навес, и мне открывался вид на сияющее звездное небо. Смотреть на него, любоваться бескрайним простором – то, что нужно… Мне так этого не хватало в Чикаго, где кругом сплошные высотки.
Холодно не было – ночная прохлада приятно контрастировала с жаром дня. Но, несмотря на это, мои руки быстро покрылись мурашками от холода.
Я с головой ушла в собственные миры и пришла в себя, только когда Чжэ Ён, накинув мне на плечи тонкий плед, сел рядом. Он вытянул ноги и откинулся назад, облокотившись на руки.
– В Сеуле звезд почти не видно, – спустя несколько минут он все же нарушил молчание.
Я подтянула ноги к себе и закуталась в плед.
– И в Пусане?
Чжэ Ён покачал головой:
– Ты же знаешь, как это бывает в больших городах: слишком много света, слишком много пыли в воздухе.
– Мама с папой как-то взяли нас с собой в поход, – мысленно я снова перенеслась в те покрытые лесами горы. – В Канаду. Нигде больше я не видела такого неба.
Чжэ Ён секунду колебался, но все же спросил:
– Ты поэтому ушла? Из-за родителей?
– Я думала, будет проще, – вздохнула я и тут же фыркнула. – Нет, вру. На самом деле я вообще не задумывалась, каково мне будет снова вернуться.
Чжэ Ён молчал. Он настолько тонко чувствовал, когда стоит что-то сказать, а когда дать мне выговориться… Это почти пугает.
– Я всего-то забежала в пекарню, даже город толком не видела. Почему воспоминания обрушились так внезапно, будто точно знают, где я? – Я потерла лицо руками, но нахлынувшие эмоции не унимались.
– Иногда, чтобы разбудить память, хватает и запаха.
Сквозь ткань футболки я почувствовала тепло его ладони. И если мама, бывало, гладя меня по спине, очерчивала небольшие круги, то он просто проводил рукой к низу и возвращался. Снова и снова. Я, как могла, сосредоточилась на его прикосновениях. Через пару секунд я прижалась к нему боком, опустила голову на плечо, и Чжэ Ён обнял меня. Его пальцы скользнули мне в волосы.
– Мы могли бы… Могли бы сходить завтра к нашему старому дому? – сказала и сама испугалась. – Я бы хотела увидеть его.