Когда мы падаем

– Настолько прекрасно, что наш Эдди пустил слезу. – Чжэ Ён кивнул на него.
– Оууу, – пронеслось над стадионом.
Эд улыбнулся.
– Надеюсь, вы не забудете, что мы вас любим…
– Даже если находимся на другом конце света, – закончил за него Чжэ Ён.
– Особенно тогда, – вставил Мин Хо.
Краем глаза заметив, как Лив прижала к груди лайтстик, я нащупала ее свободную руку и крепко сжала. Сквозь слезы она коротко улыбнулась мне. Я и представить не могла, насколько она сейчас счастлива.
Я так и держала ее за руку на протяжении всей песни. Той самой, под которую Лив с друзьями танцевали несколько недель назад. Еще тогда меня покрыли мурашки. А сейчас и вовсе на глаза навернулись слезы. Потому что эта песня казалось такой пронзительной, такой искренней. Сегодня она положила начало новому витку наших отношений с Чжэ Ёном, и я знала, что сегодня точно не сдамся.
Песня закончилась, я была словно в трансе. Все пятеро членов группы долго кланялись, но вот, наконец, один за другим ушли со сцены.
Вспыхнули прожекторы – настолько яркие по сравнению с лайтстиками, что глазам потребовалось несколько секунд, чтобы привыкнуть.
Мы выбрались из своего сектора и направились к выходу. Лив шла впереди, вокруг толпились незнакомцы, которые уже не казались такими чужими и странными. Никто из нас не проронил ни слова, пока мы не оказались за пределами стадиона. Последние несколько часов пролетели словно сон.
– Не знаю, как я дожила до сегодняшнего дня, – сказала Лив. – Видеть их вживую, прямо перед собой! Я понимала, насколько они круты, но это совсем другой уровень…
– Они действительно потрясающие, – признала я, пусть даже не до конца понимая, что этот вечер, должно быть, значил для Лив.
Она взволнованно кивнула и внезапно с писком, вцепилась в мою руку и задергала ее:
– Боже, Элла. ЭЛЛА. Я и правда увидела их живьем, можешь такое представить?
На это я только улыбнулась. Как поступала весь вечер. И, кажется, избавиться от этой улыбки на лице мне уже не удастся. Но не очень-то и хотелось. А как только я подумала, что для меня вечер еще только начинается…
Люди рекой текли от стадиона, кто-то ненадолго останавливался обсудить впечатления, а кто-то сразу спешил домой.
Лив вытащила телефон, проверила несколько сообщений и вопросительно посмотрела на меня:
– Звоним Мэл?
Я кивнула. Стоило подумать о том, что мы с Чжэ Ёном вот-вот встретимся, как все слова улетучились. Я ничего не произносила вслух, но даже в мыслях это звучало как что-то невообразимое. Мне хотелось попросить Лив ущипнуть меня. Снова видеть его, слышать, прикоснуться к нему… Мне не терпелось, но как же я волновалась. Если бы можно было перемотать время до той минуты, как мы окажемся рядом, я бы так и сделала.
Долго стоять на улице нам с Лив не пришлось. Мэл вырваться не смогла, поэтому за нами приехал Джош. То, как непринужденно он влился в нашу маленькую семью, продолжало изо дня в день меня радовать. Его черная машина остановилась на том же углу, где пару часов назад нас высадила Мэл. Стоило нам обеим сесть и захлопнуть за собой двери, Джош бросил на нас взгляд в зеркало заднего вида.
– Кажется, вы прямиком с главной тусовки века.
Лив просияла от уха до уха:
– Все прошло потрясающе.
Джош в ответ тоже усмехнулся:
– Я так и подумал, – потом он посмотрел на меня. – Мэл сказала, что, возможно, ты не поедешь с нами домой.
Беспокойно поерзав на сиденье, я сложила руки на коленях и все же кивнула.
– Можешь высадить меня у музея?
Джош приподнял бровь, однако кивнул и тронулся с места, вклиниваясь в поток.
И с каждым метром меня все больше накрывало нетерпение.
 
Глава 16
Мои шаги эхом разносились по холлу музея. Я зашла через черный ход, к счастью, от него всего несколько метров до гардероба, а во всем музее, кроме меня, картин и парочки статуй – никого, впрочем, почти как и днем.
Мой путь подсвечивался только аварийным освещением. Я обогнула стойку – свое рабочее место, и толкнула дверь в комнату отдыха, куда ни я, ни Лана обычно не заходили. Не знаю, как остальные мои коллеги, но я, как правило, просто кидала рюкзак прямо в гардеробе, где потом и проводила весь день. А так как работаю я по большей части одна, то есть приспособилась прямо на месте. Поэтому несколько секунд у меня ушло на то, чтобы нащупать на стене выключатель, после чего надо мной вспыхнули люминесцентные лампы. Я положила сумку на квадратный столик у задней стены и отправилась на поиски тарелок. Два сэндвича, маленькая кола, крошечный маффин – ничего лучше на скорую руку в небольшом супермаркете по соседству не достать.
Я села за столик и вытащила телефон, чтобы написать сообщение Чжэ Ёну.

Я: Напиши, как будешь здесь.
Концерт кончился полтора часа назад. Выйдя из супермаркета, я долго стояла перед музеем, убеждая себя, что это не худшая из всех затей, которые когда-либо приходили мне в голову. Понятия не имею, как быстро Чжэ Ёну удастся смыться от остальных, не выдав, что он встречается со мной.
В попытках скоротать время я залезла на YouTube и едва ли не первым, на что я наткнулась, оказалось видео с сегодняшнего концерта. Фанаты не дремлют. Устроившись поудобнее, я нажала на кнопку воспроизведения. Это оказался небольшой отрывок одной из самых медленных песен всего сет-листа. Судя по комментариям, она называлась Oblivion. На видео Чжэ Ён и Мин Хо стояли рядом и дуэтом исполняли короткий кусочек из песни. Голос Чжэ Ёна намного глубже, чем у Мин Хо, но они отлично дополняют друг друга. Оба улыбались. Концерт близился к завершению, волосы Чжэ Ёна липли к коже, и, когда на длинной высокой ноте он запрокинул голову, на его висках и шее сверкнули капли пота.
В разгар концерта эта мимолетная сценка ускользнула от моего внимания, но теперь я с кристальной ясностью увидела ее на экране, и в эту секунду мне ничего не хотелось так сильно, как упасть в его объятия и зарыться рукой в эти волнистые волосы. Я отчаянно хотела бы увидеться с ним сразу после шоу. Энергия со сцены разливалась по стадиону, накрывая всех с головой. Представить не могу, как, должно быть, чувствует себя сейчас Чжэ Ён.
Но вместо этого я сидела здесь и гуглила клип Oblivion. Только я собиралась включить его, как пришло сообщение от Чжэ Ёна.

Чжэ Ён: Какое волшебное слово открывает черный ход?
Я: Войти достоин только настоящий волшебник!
Чжэ Ён: Оу, тогда, кажется, я ошибся дверью…
Я: Нет, нет! Стой, где стоишь, я уже иду.

Быстро засунув мобильник в карман, я вышла из комнаты отдыха и помчалась к черному ходу, едва не срываясь на бег. Замерев на мгновение перед дверью, я попыталась выровнять дыхание. Затем толкнула ее, и… вот он, прямо передо мной.