Секрет второй половины жизни. Когда закат становится расцветом

    
Вступление
Пятнадцать лет назад я начал записывать собственные размышления о том, что происходило в моей жизни. Вместо того чтобы страдать от кризиса среднего возраста, я открыл для себя «середину пути» – паузу, после которой следовал переход ко «второй половине жизни». Метафора оказалась удачной, поскольку, успешно преодолев первую половину, мне нужно было замедлить бег, чтобы внести некоторые коррективы во вторую.
Я отнес свои записки издателю, а тот решил превратить их в книгу. С тех пор философия «середины пути» послужила основой формирования целого движения. Эту книгу прочло более 600 000 [1] человек, и для большинства из них она стала стимулом к поиску смысла второй половины жизни. В основанную мной организацию, «Сеть лидерства» (Leadership Network), пришли тысячи писем, а затем была создана «Группа Середины пути» («Halftime Group»), направляющая людей от успешности к значимости. И по сей день книга распродается большими тиражами, а участники группы работают не покладая рук. Очевидно, и сегодня люди слышат тот самый тихий, спокойный голос, который когда-то услышал я. Голос, призывающий произвести в жизни серьезные перемены. Именно поэтому издатель попросил меня пересмотреть и дополнить книгу.
Впрочем, я почти ничего в ней не поменял. Основная мысль – та же, что была в 1994 году: «Приближаясь к среднему возрасту – а это может быть и конец третьего десятка, и начало пятого, – знайте: лучшие годы жизни еще впереди». Каких бы успехов вы ни добились, вы не почувствуете полного удовлетворения. Только поиск самого главного в вашей жизни – того, что составляет ее суть и основу – поможет ощутить наполненность.
В новое издание книги вошли:
• ранее нерассказанные истории людей, которые нашли смысл во второй половине жизненного пути;
• глава, отвечающая на вопрос: «Как вступить на середину пути, если я не могу бросить работу?»;
• обновленный список вопросов к обсуждению в конце книги;
• важные уроки, источником вдохновения для которых послужила мудрость тех, кто уже прочел книгу.
Быть может, главным достоинством первого издания было чудесное предисловие, написанное моим другом и наставником Питером Друкером. К сожалению, 11 ноября 2005 года Питер скончался. Однако написанное им вступление не потеряло актуальности, и потому я решил включить его и в это издание. В то же время, другой мой друг, Джим Коллинз, написал предисловие, ничуть не хуже произведения Питера – и это мой подарок вам.
Приятного чтения.
    
Предисловие
У Боба Бафорда особый дар: вдохновлять людей на принятие дискомфорта. Мы познакомились в 1996 году, когда он попросил меня преподавать пасторам из крупных евангелистских церквей. Тогда я ничего не знал о мегацерквях [2] и сомневался, что смогу как-то повлиять на их образ мыслей. «Тем более! – воскликнул Боб. – К тому же тебе придется научиться чему-то новому, а потом ты сможешь поделиться этим с другими. Никогда не знаешь, что почерпнешь у отцов церкви – и тем полезнее этот опыт».
И Боб оказался абсолютно прав! В самый разгар сессии, пока я мотивировал пасторов на строительство церквей, которые должны простоять вечность, один из слушателей в последнем ряду поднял руку.
– Джим, а почему это так важно?
– Если не думать о преемниках и позволить церкви держаться только на вашей харизматической личности, то после вашего ухода она придет в упадок или вовсе разорится.
Потом я рассказал историю некогда крупной компании, чей стареющий основатель относился к передаче дел преемнику как к ежемесячному отчету о деятельности предприятия: «Если вдруг я буду недоступен…» Пастор посмотрел на меня почти с жалостью, словно я прогулял всю начальную школу. А потом медленно, как будто нарочно растягивая слова, произнес: «Знаете, мистер Коллинз, думаю, вы упустили одну очень важную деталь, – тут он умолк, чтобы придать своим словам бо́льшую значимость. – Видите ли, наш основатель, – он снова помолчал, – он вообще не бывает “недоступен”». Комната взорвалась от смеха, и я заметил, что Бафорд кивнул мне, как бы намекая: «Видишь, ты получишь дополнительный стимул и станешь лучше».
Вернувшись домой, я хорошенько обдумал идеи о вечности в контексте религиозного лидерства. Именно тогда зародилась дружба, которая на долгие годы стала для меня неиссякаемым источником духовной силы.
Бафорд продолжал мотивировать и ставить передо мной все новые задачи. Во время одной из наших долгих бесед я спросил его (а надо заметить, из всех посланников христианства, что мне когда-либо доводилось встречать, он – лучший): «Как случилось, что христианство из культа, исповедуемого кучкой фанатиков, бродивших по задворкам Римской Империи, всего за триста лет превратилось в официальную религию мощнейшего государства в мире? Это как если бы дюжина человек в наши дни организовала секту в тридцати милях от Багдада, а спустя век или два она превратилась бы в официальную религию США. И все это произошло бы без использования каких-либо каналов оповещения. Как это возможно?» Бафорд задал этот вопрос опытным христиановедам и полученные ответы переслал мне – как пищу для размышлений, очередной стимул к развитию и возможность для самообразования и самообновления.
То, что Бафорд обратился с просьбой о написании этого предисловия именно ко мне по-своему трогательно и иронично: ведь мне как раз полвека. Хитрюга Бафорд втянул меня в работу над своей книгой как раз в тот момент, когда та оказалась мне особенно нужна. У меня нет ответов, но Бафорд задал мне и всем нам самый главный вопрос: зачем капитулировать перед неизвестностью, когда мы столько лет накапливали эмпирическую мудрость?
В первой половине двадцатого века люди воспринимали работу как неизбежное зло, инструмент для достижения безопасности и комфорта. Затем в 1960-х они постепенно стали все более требовательными к своей карьере. Для них стало важно, чтобы в их деятельности был смысл. А Боб Бафорд ставит перед нами новую задачу: задуматься не только об успешной карьере, приносящей удовлетворение, но и о том, чтобы всей своей жизнью менять мир к лучшему и приносить пользу. Он пишет о необходимости отбросить устаревшую модель интенсивного подъема по карьерной лестнице и расслабленного существования на пенсии. На смену ей может – и должна – прийти установка, предполагающая более творческую, более интересную, более значимую деятельность, с большей долей безрассудства и большим стремлением к постижению нового, нежели в первой половине жизни. Успешные первые пятьдесят лет предлагается рассматривать как хорошее начало.