Царь поневоле. Том 2 (СИ)

На лице Небамон появилась обречённость, она явно сама начала не верить, что переживёт сегодняшний день.
— Второе, я оставлю тебе рисунки, как правильно разводить в море моллюсков, из которых изготовляют пурпур. Хватит заниматься хренью вычищая от него море, сосредоточь сначала все усилия города на производстве этого красителя и нормальных фермах, которые будут давать обильные и главное стабильные урожаи. Сейчас краситель дороже золота и цена на него не будет падать, поскольку с Тира и нома, который будет здесь вскоре образован я буду брать дань в основном именно им и на рынок пускать небольшими партиями, поддерживая его эксклюзивность и монополию на него самого Тира.
Лицо Небамон из жалостливого, стало серьёзным по мере того, как я стал нарезать ей задачи, чётко говоря, что хочу видеть от Тира и нома, который вскоре будет тут организован.
— Ну и последнее, — я поблагодарил кивком Хопи, который видя, что я стал похрипывать, так много надиктовывая под запись, принёс мне флягу с вином.
Сделав глоток, я привычно скривился и вернул ему ёмкость. Вино, пусть и разбавленное, приходилось пить в основном по одной причине, той же, по какой это делало человечество на протяжении долгих веков. Чистую, фильтрованную воду было в походе недостать и чтобы не мучиться с животом от постоянной дизентерии, лучше было пить слегка разбавленное вино, от которого невозможно было сильно напиться, но зато оно отлично утоляло жажду.
— Библ и остальные прибрежные города, бросившие мне вызов, опустели, а следовательно добыча и переработка ливанской сосны прекратилась, — продолжил я, — я предложу эти города вашим соседям для заселения, но ты с мужем будешь над ними главными до образования там своих номов.
— А если они откажутся мой царь? — поинтересовалась она.
— То отправятся на невольничий рынок, — я серьёзно посмотрел на Небамон и она прикусила язык, — и принесут пользу Египту и мне на строительстве дорог.
— Дорог? — удивилась она.
— Да, я планирую сделать нормальные пути сообщения между всеми ключевыми городами Египта, — скривился я, поскольку разболтал то, что пока было только в моих задумках, — чтобы купцы могли быстро и главное безопасно перевозить товары по стране.
— Это же огромные территории мой царь, — ахнула Небамон.
— Вот значит и пригодятся рабы в больших количествах, — хмыкнул я.
Я перевёл взгляд на Танини, который закончил свою скоропись.
— Перепишу набело мой царь, — ответил он, видя, что я на него смотрю, — и как обычно сделаю в трёх экземплярах.
— Поторопись, — кивнул я, отвлекаясь на открытие дверей и смотря как внутрь входит элита моей армии.
Золотые начищенные бляхи на поясах, красивые, дорогие одежды, золотые скипетры в руках, они определённо приковывали к себе всеобщее внимание и понимали это. Остановившись в пяти шагах от меня, воины склонили головы.
— Мои боевые товарищи, — ласково улыбнулся я им, — кто хочет побыть в оплачиваемом отпуске, но с сохранением всех выплат и льгот? Поднимите руку.
Вверх мгновенно подняли руки все центурионы.
— А если для этого нужно будет жениться на женщине? — продолжил я.
Две руки тут же опустились вниз.
— Также нужно будет защищать жену от покушений.
Вниз опустилось ещё три руки, центурионы заинтересованно переглядывались, смотря при этом большую часть времени только на меня.
— Ну и конечно много работать на мою пользу, — закончил я.
В шеренге рук мгновенно стало ещё меньше, их осталось вообще всего три.
— Вот, выбирай, — я показал рукой Небамон на троих оставшихся, — все красавцы, просто не отвести глаз, а какие воины!
Взгляды центурионов мгновенно перевелись на зардевшуюся Небамон, которая по моему приказу пошла к ним, внимательно рассматривая каждого. Воины с улыбкой смотрели на неё сверху вниз, смущая её ещё больше.
— Вот этот мне нравится, — она остановила свой выбор на египтянине, центурионе седьмой когорты Второго легиона.
— Ты не передумал? — я посмотрел на него.
Он окинул сальным взглядом привлекательную фигуру Небамон и отрицательно покачал мне головой.
 
— Нет мой царь, если я остаюсь в легионе, просто временно буду приписан к этой женщине, я не против поработать в другом месте. Меня есть кому заменить.
— Тогда отлично, — я посмотрел на Небамон, — зови жрецов и всех, кого нужно, прямо сейчас сыграем свадьбу.
— Что же, а вам я благодарен, что пришли, — обратился я к остальным, — можете вернуться в лагерь. Сегодня видимо боги к вам были не очень благосклонны, поэтому не быть вам главой города Тира.
От этой новости упали уже челюсти у них.
— Мой царь, — жалостливо произнёс Эхор, который опустил руку ещё при первом условии, — может мы переголосуем? Его величество забыл упомянуть вначале о таком небольшом уточнении.
— Как видим и правильно сделал, — хмыкнул я, — следующий раз будете расторопнее и не такие избирательные.
— Следующий раз? — навострил он уши, как и все остальные тут же.
— Всё, возвращайтесь, — помахал я рукой, чтобы ещё чего не сболтнуть.
Следующий час был посвящён свадьбе. В присутствии свидетелей молодожёны произнесли клятвы перед жрецом и богами, мы подписали им документы, что были свидетелями данного союза и на этом всё закончилось. Новоиспечённому мужу был вручён экземпляр того, что они с Небамон будут делать на новом поприще, и сопровождаемые моими шутками про первую брачную ночь, они удалились в свои покои. Вещи из лагеря я ему сказал забрать завтра, а имея под рукой прильнувшую к нему женщину, он весьма быстро на это согласился.
* * *
На следующее утро, народу предъявили супружескую пару, не став уточнять, кто из них конкретно новый глава города по имени Небамон. Похмеляющимся бесплатным вином горожанам это было и не сильно интересно, ведь дураку же понятно, что главой их города стал вон тот статный военный, одетый очень дорого и богато. А то, что он женился на тирской женщине, только добавило ему очков в их глазах и веселье продолжилось на бесплатной выпивке и еде. Планы по дискредитации и устранению Небамон, которые предприняли провокаторы на улицах от главных семей города, пытаясь всем доказать, что Небамон — это на самом деле женщина и все жители идиоты, если думают иначе, всё же случились. Но эти провокации не только ничем не завершились, так ещё и самих подстрекателей сильно побили, скинув в море, чтобы не мешали отдыхать порядочным людям своими враками.
На всякий случай, я остался в городе ещё на неделю, чтобы все жители успели принести мне личную присягу, а также посмотреть, самоустраняясь от всех дел, как новоиспечённые муж и жена, будут делить власть и управлять городом. Небамон и тут показала свой ум, впрямую не став давить на центуриона, а советовалась с ним, при этом влюблённо смотря в глаза. То, что она весьма умелая в постели, ещё проверил в своё время я сам, так что не сильно удивился, что все решения, которые потом озвучивал её муж, были уж слишком схожи с тем, что предлагала сама Небамон. А любила она его на самом деле или так хорошо притворялась, мне было безразлично, главное, чтобы караван шёл в нужную мне сторону.
В городе также было всё спокойно, главы семейств хоть и остались недовольны тем, что над ними поставили женщину, но её муж, примирил их немного с этим фактом и они демонстративно для меня и Небамон обещались теперь только с ним, решая городские дела. Мы с женщиной в эти моменты переглядывались и усмехались, понимая, что несмотря на все их протесты, всё равно будет по-нашему, а ещё точнее, по-моему. Небамон прекрасно понимала кому она обязана за такое мгновенное устройство собственной жизни. Только недавно она была отвергнутой наложницей, которую могли продать в рабство, а уже через месяц стала женой видного военного, приближённого к царю Египта и к тому же соправителем большого города. Поэтому моё прощание с ними было весьма кратким, поскольку лишние слова обоим были не нужны.