Будет кровь
Пожилая чета вообще была добра ко мне. Жена хозяина фермы перешила для меня один из костюмов их покойного сына. А теперь вот и оружие мне предлагают. Это куда больше, чем я мог рассчитывать. Тем более что отплатить мне им нечем.
— Твоя броня пусть пока у меня побудет, — добавил старик. — Поколдую над ней в мастерской, а как приведу в порядок, дам знать. Я в городе раз в неделю бываю, так что ищи меня на базаре по воскресениям.
Вместе с кобурой старик передал мне коробку патронов, я сунул её в карман пиджака и, попрощавшись с ним и его супругой, вышедшей проводить меня, направился к Отравилю.
Знай я в тот день, как всё обернётся, ни за что не свернул бы с этого пути.
IIIОтравиль встретил меня рогаткой посреди дороги. Около неё скучала пара солдат в летней форме астрийской полевой жандармерии, а под навесом сидел унтер, лениво щипавший струны гитары. Когда я подошёл к рогатке, все разом оживились. С развлечениями тут явно туго, а пешеходов с той стороны вообще никто не ждёт.
— Кто такой? — строгим по уставу голосом спросил выбравшийся из-под навеса и отложивший гитару унтер.
Пара солдат у рогатки тут же подобрались.
Я назвался и протянул унтеру удостоверение.
— Агентство «Континенталь», — удивлённо произнёс тот, рассматривая документ. — Нечастые гости в этих краях. Я слышал кого-то из ваших расстреляли на перроне.
— Из-за этого я и приехал, — покривил душой я. — Разобраться с теми, кто ответственен за это нападение.
— А чего не поездом? — Унтер вернул мне удостоверение, и жестом велел солдатам поднимать шлагбаум.
— А где меня будут ждать? — усмехнулся я. — Здесь или на вокзале?
— Нет в этой дыре никакого вокзала, — отмахнулся унтер, но видно было, он мне поверил. А может, ему просто лень разбираться — причина ясна, а детали — да кого они вообще волнуют? Уж точно не честного астрийского унтера, которому поскорее бы вернуться под навес, а после в казарму. — Только смотри мне, приятель, без глупостей. В городе сейчас решает свои дела имперский землемер — пока он здесь, никакой стрельбы мы не допустим.
— Я первым делом отправлюсь к вашему командиру. — Вот тут я ничуть не кривил душой, начать я собирался как раз со старшего среди астрийских офицеров. — Где его можно найти?
— Майор вместе с землемером поселились в доме мэра, — ответил унтер. — Ты поторопись, а то не застанешь нашего доблестного командира достаточно трезвым, чтобы вести с тобой беседы. К обеду майор обычно уже лыка не вяжет.
— А кто командует тогда?
Конечно, говорить следует с настоящим командиром, а майор, в стельку пьяный к обеду, на эту роль точно не тянет.
— Старший лейтенант Хаупт у нас голова [1], — пошутил унтер. — Ему места в доме мэра не досталось — живёт в отеле с остальными офицерами.
Я поблагодарил служивых и прошёл мимо рогатки. Вернув шлагбаум на место, солдаты снова расслабились, не успел я отойти на десяток шагов, как за спиной раздались гитарные напевы.
Отелем в Отравиле назывался двухэтажный дом с балконом во весь второй этаж, видимо, чтобы постояльцы могли в любой момент зайти друг к другу в гости. Собственно, офицеры жандармерии, сопровождающие имперского землемера, оккупировали почти все номера. Большую часть времени, как поведал мне разговорчивый портье, они проводили в ресторации при отеле, а по номерам расходились с мамзелями или компаниями для игры в карты ближе к вечеру. Однако до свинского состояния никто не напивался — за этим следил старший лейтенант Хаупт. Сам не чуждый простых солдатских радостей, он, однако, не давал офицерам и солдатам скатиться по наклонной, поддерживая боеспособность подразделения на уровне. Пускай не самом высоком, но всё же.
Хаупт встретил меня с интересом, что и не удивительно. Детектив из «Континенталя» не частый гость в таком городе.
— Чем могу помочь? — спросил он, возвращая мне удостоверение.
— Для начала я хотел бы кое-что прояснить, — сказал я. — Вам должно быть известно о стрельбе на перроне. — Хаупт кивнул, ничего не говоря, давая мне возможность развить мысль. — В этой перестрелке пострадал мой коллега, и я прибыл, чтобы разобраться с этим.
— Если вы и дальше будете врать, — спокойно произнёс Хаупт, — считая меня ослом, то лучше сразу убирайтесь из города. Раз пришли ко мне, то извольте хотя бы не лгать в лицо.
— Я не понимаю…
— Прекратите, — перебил меня старший лейтенант. — Судя по фамилии и акценту вы розалиец. Что бы делать детективу из Розалии здесь, да ещё и так быстро? О смерти вашего коллеги на перроне не известно никому в городе — тело просто пропало. Покойник из Аришалии на месте, а его спутник куда-то пропал, и кем он был, неизвестно. Мне не верится, что в «Континентале» ставят магические метки на всех детективов, чтобы мгновенно узнавать об их гибели. Дороговато выходит.
— Хорошо, хорошо, — я поднял руки, признавая его правоту. — Я и есть тот детектив, что приехал в город вместе с мистером Уэлдоном — магнатом из Аришалии.
— Вот это уже похоже на правду, — кивнул Хаупт. — Зачем вы вернулись в Отравиль? Если мстить, то придётся подождать. Мы не допустим никаких беспорядков, пока в городе имперский землемер.
— Месть тут не причём, — отмахнулся я. — Речь идёт о полумиллионе гномьих кредитов, — я постарался произнести сумму как можно тише, чтобы не привлечь внимание всех в общем зале ресторана при отеле, где мы беседовали со старшим лейтенантом. — Именно такую сумму потребовали похитители жены и сына мистера Уэлдона. И сейчас она, насколько мне известно, в руках бандита по имени Рамон Рохо.
— По городу ходят слухи, что у него есть новая любовница, вроде как аришалийка, — добавил Хаупт, — и поговаривают, что она не слишком-то рада его ласкам. Он держит её в своей усадьбе за городом и никуда не пускает. Возможно, это как раз и есть супруга вашего приятеля Уэлдона.
— Деньги вас, смотрю, не заинтересовали, — заметил я.
— Если вы считаете, что я, услышав от вас о них, соберу солдат и поведу их на штурм усадьбы Рохо, то вы ошибаетесь. Скорее, эта информация может заинтересовать Строцци. Как только землемер покинет Отравиль, война между Строцци и Рохо возобновится с новой силой. К слову, опять же ходят слухи, что Рамон Рохо отправил нескольких парней подыскать наёмных стрелков.
— А Строцци?
— Им есть, чем заняться, — пожал плечами Хаупт. — Они ведь в городе власть: мэр и начальник полиции, оба из этого семейства. Вот и крутятся, выслуживаются перед землемером.
Понятно, хотят сохранить свои посты и власть, когда в городе развернётся масштабное строительство, а вместе с ним придут и большие деньги. Рохо же это не выгодно — пока в Отравиле нет настоящего порядка, их дело, контрабанда, будет процветать. Но когда эти места перестанут быть никому не нужной пустошью, переправлять товары через границу без пошлины станет намного сложнее.