Pulp

Магиков оказалось четверо, они сидели на углах вычерченной на палубе сложной фигуры. Все одеты в одинаковые просторные рясы, головы их обриты наголо, а глаза плотно зажмурены, как будто они, подобно некоторым святым, не желали видеть мира вокруг. Ни один не обратил на меня внимания.
Я даже замер, переступив порог. Убивать беззащитных людей мне приходилось и не раз, однако всегда я чувствовал себя при этом законченным подлецом. Но что поделать, работа такая. А тем более сейчас, когда на кону тысячи жизней обитателей розалийского урба. В любой момент этим четверым может прийти команда спустить с поводка чудовище, которое они контролируют.
По крайней мере, я сделал всё чисто — четыре срубленных головы одна за другой упали на палубу. И почти одновременно с этим я услышал истошный визг внутреннего телефона.
Я прошёл через всё помещение, стараясь переступать через тела магиков и натекшие на палубе лужи крови, и снял трубку. Телефон, как и всё у сидхе, что касается техники, был архаичным — со слуховой трубкой и встроенным прямо в аппарат рожком.
— Командир, ты?! — услышал я сквозь шипение помех голос. Кажется, это был Оцелотти.
— Говори, Оцелот, это я, — ответил я, не забыв прежде как можно чётче произнести пароль.
— Похоже, у нас большие неприятности, командир, — выпалил Оцелотти. — Мы захватили мостик, ставим заряды, но… — Его голос прервался, в трубке слышны были только помехи. — Командир, ты должен это видеть! Командир, нас крупно на… — Кажется, он использовал некое непечатное словечко, но его проглотили помехи.
Я положил трубку и вышел из помещения магиков. Иллюминатор долго искать не пришлось, но то, что я увидел в нём, меня совсем не обрадовало.
Оцелотти был полностью прав — меня обвели вокруг пальца. Если не сказать хуже.
Наверное, с мостика вид был куда лучше, но и через иллюминатор я отлично видел, как в потоках морской воды поднимается колоссальных размеров чудовище. Отряхнувшись, оно медленным, размеренным шагом направилось к береговой линии, где видны были огни урба. Я считал, что спасаю порт, а выходит, сам и обрёк на гибель тысячи людей, населяющих его.
Я врезал кулаком по стеклу иллюминатора — на нём остались багровые разводы. Мои руки были в крови эльфа или магиков, или моей — даже не поймёшь.
Похоже, вляпались мы по-крупному, и я даже не представлял себе, что делать дальше.