Поводырь

 
Глава 16
Чудо. Самое настоящее чудо! Белоснежный, глаза голубые — не котенок, а…игрушка какая-то! Все-таки кошечка или кот?
Вымыл (лично, под странными взглядами моих соратников и рабынь). Вытер полотенцем, и мокрого, прижал к груди. Смотрит мне в глаза, мурчит…теперь я его мамка. Или…ее? Голодный, чувствую… Поставил на пол, к мисочке с жирным домашним молоком, принюхался…лакает. Аура позеленела, спокойная такая, здоровая. Кстати — на удивление здоровый котенок. Ни тебе болезней, ни глистов…я ведь вижу. Насквозь вижу. Худоватый только…видать молока от матери не доставалось вдоволь. Но ничего, это мы поправим. Будет таким же гладким и блестящим, как Уго.
Как назвать? Хмм…пусть будет…будет…Снежка. Если это девочка. А если пацан — так Снежок. Котенок белый, как свежий снег. Пусть так и зовется.
Кстати, я что-то соскучился по настоящему белому снегу. Тут я его даже на вершинах гор не видел. Где-то на севере наверное снег есть, но здесь…только если в виде града. Вчера, кстати, так врезало — жуть! Градины чуть не с голубиное яйцо! Хорошо, что быстро кончился, но кое-кого посекло. Пришлось перевязывать — ссадины на головах. Приказал с непокрытой головой не ходить — мало ли что может случиться…завтра град с куриное яйцо полетит, так мало не покажется.
Вот я натворил дел…хотя…все в тему. В такую погоду никаких завоеваний. Только редкие залетные отряды степняков, состоящие из безбашенных отчаюг-пацанов осмеливаются делать вылазки на нашу территорию. Но их быстро отгоняют наши патрули. Орда стоит в степи и не двигается. Степь превратилась в хлюпающее болото, в котором кони вязнут по самые бабки, а местами чуть ли не по колено.
Город пока что затих — никто из власть имущих городской администрации нас не беспокоит, не требует странного. Например — все отдать и самим повеситься. После той самой демонстрации моих возможностей (а я это нарочно сделал), никто не решается приехать к нам с указанием, как следует жить. И уж тем более не желают меня арестовать. Впрочем — им сейчас ни до чего: слышал, что городская власть снялась из города и отправилась докладывать императору о состоянии дел, оставив вместо себя третьих-четвертых замов, и всю стражу, которая теперь предоставлена сама себе, и (опять же по слухам!) успешно разбегается по лесам и полям. В городе хаос, грабежи и бесчинства. Одни наемники режутся с другими, параллельно грабя и насилуя несчастных горожан, если те не способны себя защитить.
Сегодня отправил отряд из семидесяти наших стражников — во-первых, проверить на месте ли мой учитель естествознания, и он же лекарь высшей категории. И если на месте — привезти его сюда, под защиту замковых стен.
Во-вторых, закупить продовольствие — по нормальным ценам. Не по тем, которые установили оборзевшие торгаши. Нет, грабить их не будем, просто заберем продукты и оставим справедливую плату — двойную против мирной, но не десятикратную, как сейчас. Нехрена наживаться на своем народе. А если будут возбухать…пусть только попробуют. Бойцы крепкие, умелые, и жесткие, как старая подошва кавалерийского сапога.
В общем, тираню по мере сил и возможностей. Черный властелин, точно. Вчера повесили двоих горожан. Воровали у беженцев, а один еще и попытался изнасиловать девчонку. Вывели на крепостную стену, надели петлю на шею и сбросили вниз. Только хрустнуло. Никаких отсидок, никаких каторг — у нас нет времени заниматься судами и содержать заключенных. Наказание за преступление одно — смерть.
Кстати, хорошо, когда у тебя есть кот, который слышит мысли. Иначе я бы не решился без суда и следствия казнить человека. Мало ли кто наговорит, или кому-то покажется — лучше простить одного виновного, чем наказать невинного.
— Ну что…будем из тебя тигра делать? — я взял на руки пушистый комочек, прижал к груди — не бойся, ничего с тобой не случится. Я-то рядом.
Достаю пузырек с жидкостью, пальцами раскрываю пасть котенку и осторожно капаю черную пахучую жидкость ему на язык. Котенку не нравится, он фыркает, отбивается лапами. Но слизывает жидкость. Хватит. Много нельзя. Теперь — накачать процесс Силой.
Кладу котенка на стол, провожу над ним рукой — засыпает, мгновенно, как выключили. Теперь главное не упустить, не дать снадобью сжечь организм во время мутации. Но я это уже умею — помню, как все было с Уго. И тут должно быть полегче, потому что Уго тогда был болен.
Процесс занял полчаса, не больше. Я запустил мутацию, отрегулировал параметры — сделав преобразование не таким бурным, как если бы оно шло без контроля, и оставил котенка лежать на постели, с улыбкой накрыв его краем одеяла. Коты и дом, что может быть лучше? Ишь, сопит розовым носом…как ребенок. Нет у меня детей, по крайней мере я…ничего не знаю о том, есть ли у меня дети. Иногда такая от этого тоска нападала! Но домашних животных завести — на мой взгляд было бы преступлением. Умер я от старости и болезней, и что будет с ними? Выкинут новые хозяева квартиры животинок на улицу, и будут мои котейки умирать на помойке, больные, голодные, не понимающие — за что их так, и куда делся любимый хозяин. Только эта мысль меня и останавливала, иначе точно бы завел кота или собаку. Или обоих сразу. А вот теперь…даже случись что со мной — Уго не пропадет, и Снежку не даст пропасть.
Да, я готов к тому, что могу погибнуть. На меня идет такая мощь, что и подумать страшно! И я не отступлю, не сбегу. Слишком уж много судеб на меня завязано. Слишком много…
 
* * *
Отряд, который я послал в город, вернулся в потрепанном состоянии. У пятерых ранения средней тяжести — одного стрелой в грудь, другому плечо разрубили, третьему…в общем — досталось ребятам. Еще пятнадцать человек легкораненых — можно сказать царапины, не требующие внимания мага-лекаря.
Маг-лекарь среди них был. Мой учитель естествознания как оказалось — никуда не уехал. Причины этого я не до конца так и не понял — похоже, что его обманули корабельщики. Он договорился отплыть утром, заплатил за перевоз, вещи на корабль доставил, вернулся за семьей…а корабля-то уже и нет. И остались у разбитого корыта — ни денег, ни барахла. Нет — ну основное барахло все равно осталось, все-то они с собой забрать не могли, но самое ценное похитили чертовы кидалы (сумки с новой одеждой и все такое прочее).
Я узнал название корабля, имя капитана и взял себе на заметку. Когда-нибудь встретимся, мир вообще-то очень тесен. Эти твари надеются, что не доживем до встречи? Напрасно. Если чему меня и учили, вбивая опыт едва ли не палками, так это выживанию. Всегда и везде выживать — вот мой лозунг, и таких как я. Увидимся, гады!
Смуглая кожа, белая длинная борода, длинные, до плеч волосы — учитель Асан явно не прочь покрасоваться. Впрочем — почему бы и нет? Он ни у кого ничего не украл, а то, что забоится о своей внешности…так я тоже не хожу в рванье, и выгляжу очень даже достойно — черный с серебром мундир, волосы до плеч, красивый меч на поясе и кинжал. КрасавЕц, да и только! Если есть возможность и желание — почему бы и не попижонничать?
А жена у него красивая и…уютная. Обожаю ее пироги! И лет ей всего тридцать с небольшим — по моим меркам так вообще девочка. Ну…по моим меркам — того, земного мужчины. Мне-то было семьдесят. Дара ее звать. И у моего учителя губа не дура…