Королевство серебряного пламени
Лопнули оконные стекла.
В комнату ворвалась ночь, полная теней, ветра и звезд.
Когда Неста выдохнула серебряное пламя, неожиданно появился Риз.
Он погасил ее огонь своей тьмой, словно набросив на пламя одеяло. Неста закричала. На этот раз – от боли.
Стало светлее. Кассиан увидел стоящего у постели Риза. Тот что-то громогласно повторял, отчего ветер и огонь утихали, а звезды меркли. Но Кассиан знал: Риз произносит ее имя.
– Неста!
Ветер еще ослаб, и Кассиан услышал:
– Неста! Это сон!
Огонь Несты вспыхнул опять, и Риз волной темноты снова подавил пламя, отчего содрогнулся весь Дом.
Кассиан рвался из хватки Азриеля, требуя от Риза прекратить и не причинять ей боль.
Темнота Риза стремилась погасить пламя Несты, но оно устремилось вверх, сойдясь с темнотой в поединке и сражаясь за преимущество.
Когда Риз заговорил снова, его слова звучали как приказ:
– Просыпайся. Это сон. Просыпайся.
Неста продолжала сопротивляться. Риз скрипел зубами, собирая силу.
– Отпусти меня, – потребовал у Азриеля Кассиан. – Аз, дай мне все уладить.
К его удивлению, Аз разжал руки.
Кассиан знал: преимущество не на его стороне. У него всего лишь кинжал и один сифон. Оказаться в гуще магии Несты и Риза было все равно что войти в львиное логово с пустыми руками.
Но он шагнул туда, где серебряный огонь и глубокая ночь вели поединок.
И сказал ровным голосом:
– Неста.
Серебряный огонь дрогнул.
– Неста.
Кассиан мог поклясться, что ее сознание и магическая сила потянулись к нему. Этого мгновения хватило.
Волна силы Риза, ударившая по Несте, была уже не яростной атакой, как прежде, а мягкой волной, окутавшей пламя, чтобы его притушить.
Риз замер. Кассиан сразу понял, что его брат находится сейчас в разуме Несты, неподвижно лежащей на кровати. Он редко задумывался о даре диматия – способности проникать в чужой разум (таким же даром обладала и Фейра), но сейчас он искренне радовался, что у Риза есть такой дар.
Кассиан едва отваживался дышать. Азриель стоял у него за спиной. Риз оставался на месте.
Постепенно пламя начало гаснуть, потом и вовсе исчезло.
Столь же постепенно тело Несты расслабилось.
Вскоре ее дыхание выровнялось, а тело обмякло. Хвала богам, она сейчас была без сознания.
Кассиан проглотил скопившуюся слюну. Азриель встал рядом с ним. Сердце Кассиана гулко стучало.
Потом Риз резко вдохнул и вышел из оцепенения.
– Что случилось? – спросил Азриель, вокруг плеч которого собирались тени.
Риз молча прошел в другой конец комнаты и плюхнулся на стул. У верховного правителя тряслись руки. Они дрожали так сильно, что Кассиан растерялся, не зная, как быть. Судя по озабоченному лицу Азриеля, тот тоже не знал.
– Послать за Фейрой? – спросил Кассиан.
– Нет, – прорычал Риз. Его глаза вспыхнули двумя фиолетовыми звездами. – Ей здесь нечего делать.
– Это было… – Азриель оглянулся на кровать и бездыханную Несту. – Серебряный огонь – это было истинной силой Несты?
– Только верхним слоем, – прошептал Риз, проводя по лицу все еще дрожащими руками.
Он заковыристо выругался.
Кассиан уперся ногами в пол, будто дальнейшие слова Риза обладали плотью и их требовалось поймать на лету.
– Я проник в ее кошмар. – Риз уперся взглядом в Кассиана. – Почему ты не сообщил мне, что вчера вечером она попыталась гадать?
– У нее не получилось.
Кассиан помнил, как страх Несты и чувство вины тяжело сдавили ему грудь. Он поспешил уйти из библиотеки, зная, что Несте требуется побыть одной.
Риз шумно выдохнул, вздрогнув всем телом.
– Гадание было путеводной нитью для воспоминаний. Я это понял, едва сюда вошел. – Он несколько раз сглотнул, подавляя рвотные позывы. – Ей снился Котел. Ночь, когда она… оказалась внутри.
Кассиан не помнил, чтобы Риз хоть когда-нибудь лез за словом в карман.
– Я это видел, – шепотом продолжал Риз. – Чувствовал. Все, что происходило внутри Котла. Видел, как она зубами, когтями и гневом забрала его силу. И видел… чувствовал… то, что Котел забрал у нее.
Риз потер лицо и медленно выпрямился. Он не отвел глаз от взгляда Кассиана. Глаза Риза были полны сожаления и душевной боли.
– Ее душевная рана…
У Риза дрогнул кадык.
– Я знаю, – прошептал Кассиан.
– Я догадывался, – признался Риз. – Но почувствовать такое…
– Что у нее за сила? – спросил Азриель.
– Это смерть, – прошептал Риз.
У него снова затряслись руки. Он встал и направился к окну, которое медленно самовосстанавливалось, собирая осколки в цельные стекла. Риз посмотрел на спящую Несту, и на лице верховного правителя Двора ночи отразился неподдельный страх.
– Чистая смерть, – добавил Риз.
30Сон был реальным и одновременно нереальным. Бесконечным, не имеющим выхода.
Так продолжалось, пока знакомый мужской голос не позвал ее по имени.
И ужас прекратился, словно ось мира сместилась в сторону голоса. Голос превратился в дверь, полную света и силы.
Неста протянула руку.
А потом раздался другой мужской голос, уже внутри ее разума; тоже знакомый и полный силы. И этот второй голос был непривычно добрым и мягким. Он вытащил Несту из черной ямы сна, подал руку, усыпанную звездами, и повел в мир клубящихся облаков и волнистых холмов, ярко освещенных луной.
Она свернулась клубочком на одном из холмов, оберегаемая луной, и заснула.
Сон Несты был тяжелым, без сновидений. Она не открывала глаз, пока ее лица не коснулся свет утреннего солнца.
Она лежала у себя в комнате, на скомканных простынях, наполовину сползших на пол. Но ее поразило не это.
На стуле возле ее кровати спал Кассиан.
Его голова неестественно клонилась, крылья упирались в пол. На нем было лишь нижнее белье и одеяло, которым кто-то прикрыл его колени.
Несту обдало холодной волной. Она вспомнила: ей приснился кошмар. Ей снилось, будто она снова попала в Котел, потерялась там и кричала от безысходности.
Потом она услышала его голос. Его голос и…
Ризанда в ее комнате не было. Только Кассиан.
Минуту за минутой Неста смотрела на спящего Кассиана. Его лицо было непривычно бледным, брови до сих пор тревожно сдвинуты, словно он и во сне беспокоился за нее. Солнце золотило его темные волосы и просвечивало сквозь крылья, повсюду выхватывая оттенки красного и золотистого.