Королевство серебряного пламени

«Да». Она заиграет на Арфе, и вокруг не останется ничего, кроме музыки. Так будет продолжаться, пока не погаснут звезды.
«Играй. Я так давно хотела, чтобы кто-то поиграл на мне», – произнесла Арфа. Неста могла поклясться, что вместе со звуками слышит улыбку Арфы. «Играй, не бойся. Разве моя песня может причинить кому-то вред?» По костям Несты разлился холодный, невеселый смех Арфы. «Играй. Играй же», – уговаривала ее Арфа.
Песня смолкла, и видение рассыпалось.
У Несты подогнулись колени. Она рухнула на скамью. Гвин обеспокоенно смотрела на нее с возвышения. Сердце Несты громко колотилось, во рту совсем пересохло. Усилием воли она заставила себя встать и дождаться окончания службы. Она уже не слушала пение, а думала об увиденном, понимая, к какому открытию привело ее неожиданное и где-то легкомысленное гадание.

– Ты в этом уверен?
Кассиан прислонился бедром к столу Риза:
– Неста сказала, что Арфа спрятана под Тюрьмой.
– Она никогда не бывала в Тюрьме, – хмуро произнес Риз.
Поначалу Кассиан решил, что Неста где-то раздобыла вина и напилась. Час назад она вбежала в столовую Дома и, задыхаясь, поведала ему невероятную историю. Кассиан едва разбирал поток ее слов, улавливая лишь общий смысл. По мнению Несты, Арфа находилась в пределах Тюрьмы.
Что хуже, она, сама того не ведая, пробудила Арфу в Тюрьме. К каким ужасам это могло привести? От этой мысли Кассиана пробирал холод.
Тогда он полетел в дом у реки и застал Риза в кабинете. Тот снова листал трактаты древних целителей, пытаясь найти способ спасения Фейры.
Услышав новость, Риз привалился к спинке кресла и задумался.
Аза в городе не было. Певец теней отправился на восточное побережье – выслушать сообщения Мор о положении в Валлахане. Фейра была у Амрены. В доме у реки они с Кассианом оказались одни. Кассиан предлагал Несте полететь с ним и самой рассказать Ризу, но она отказалась. Случившееся потрясло ее, и ей требовалось какое-то время, чтобы прийти в себя. По возвращении он обязательно к ней заглянет. Надо убедиться, что гадание не сказалось на ее рассудке.
Риз долго молчал, упираясь глазами в стол и барабаня пальцами по предплечью. Потом сказал:
– Когда мы узнали о вероломстве Берона, я попросил Хелиона показать, как можно окружить Тюрьму таким же щитом, каким я окружил Фейру.
– Ты предполагал, что такое может случиться?
– Нет, – ответил Риз, и у него на подбородке дернулась жилка. – Мы с Фейрой опасались, что Берон попытается освободить узников и втянуть их в конфликт, как мы тогда втянули Костореза. Дай мне время. За вечер я сниму щит, и завтра вы сможете отправиться в Тюрьму.
– Неужто тебе надо столько времени, чтобы снять щит?
Риз запустил ладонь в волосы. Тревоги избороздили его лоб морщинами.
– Это сочетание нескольких видов магии, куда вплетены заклинания. Такое быстро не делается. К тому же нынче меня одолевают другие заботы, а потому мне понадобится больше времени, чтобы все проделать надлежащим образом.
От угрюмого лица Риза Кассиану стало не по себе, но он лишь сказал:
– Договорились.
На столе появился меч, вызванный Ризом из неведомого Кассиану хранилища. То был длинный меч, который Неста сделала магическим.
– Возьми, – тихо сказал верховный правитель. – Хочу узнать, что будет, если Несте придется взять его в руки.
– Наше путешествие в Тюрьму – не время для подобных опытов, – возразил Кассиан.
Звезды в глазах Риза померкли.
– Тогда будем надеяться, что ей не понадобится обнажать этот меч.
 
53
– Что, Ризанд сам, по доброй воле, дал мне этот меч? – спросила Неста, когда на следующее утро они с Кассианом шагали по каменистому, кое-где поросшему мхом склону высокой горы, именуемой Тюрьмой.
Местность выглядела так же, как в ее видении. Пожалуй, даже более зловещей. От земли исходило ощущение покинутости, словно когда-то здесь существовала иная, более величественная жизнь, которая потом исчезла. И земля до сих пор ждала возвращения той жизни.
– Риз сказал, что в Тюрьму нужно входить хорошо вооруженными, – сказал Кассиан. Холодный сырой ветер, дувший от неспокойного моря, трепал его темные волосы. – Он считает, что это лучшее место для проверки сотворенного тобой меча.
– То есть если меч окажется опасен, его сила обрушится на меня, а не на кого-то другого?
Слова Несты звучали резко, и с этим ей было никак не справиться. Риз перебросил их к подножию горы. Слои заклинаний, окружавшие гору, не позволяли совершить переброс прямо к воротам Тюрьмы. У Несты не хватило духу заглянуть Ризу в глаза.
– Речь не о твоей гибели от меча или от чего-то другого, – возразил Кассиан.
Сжав зубы, он смотрел на возвышавшиеся ворота Тюрьмы, до которых еще идти и идти. Многих узников он препроводил сюда собственноручно. Фейра несколько раз бывала в тюрьме. Неста помнила те ужасающие рассказы. А ведь ее младшую сестру трудно испугать. Но если даже Фейре было жутко здесь находиться… От этих мыслей Несте казалось, что кишки в ее животе завязываются в тугой узел.
– Правила помнишь? – спросил Кассиан, когда они подошли к костяным воротам, украшенным резными изображениями всех мыслимых и немыслимых существ.
– Помню.
Не выпускать руку Кассиана, не говорить об Амрене, не упоминать ни о чем, связанном с Сокровищницей, делами Двора ночи, а также молчать о беременности Фейры. Не вступать ни в какие разговоры с узниками Тюрьмы и лишь идти, сохраняя высокую степень бдительности. Нужно забрать Арфу раньше, чем эта древняя вещица погрузит мир в хаос.
Костяные ворота со скрипом отворились. Кассиан напрягся, но шагу не замедлил.
– Похоже, нас здесь ждали.

Вниз, во тьму, прямо в преисподнюю – вот куда они шли.
Неста крепко держалась за руку Кассиана – ее спасательный канат в этом кромешно темном месте. Один из его сифонов освещал им путь, бросая кроваво-красный отблеск на стены и двери по пути.
Кассиан двигался с проворством опытного воина, но Неста видела, что даже он постоянно оглядывается по сторонам. Их путь лежал вниз. Вход в потайной коридор, показанный ей во время гадания, находился гораздо ниже – между железной дверью с единственным начертанным символом и небольшой каменной нишей.
Сквозь каменную толщу стен просачивались негромкие звуки. Одну из дверей с внутренней стороны скребли чьи-то когти. Взглянув на Кассиана, Неста увидела, что он побледнел. Заметив ее взгляд, он молча похлопал себя по левой стороне груди – там, где у него был толстый шрам. Подсказка, кто содержался за дверью, пытаясь процарапать железо.
У Несты похолодела кровь. Синяя Аннис.