Тайны Реннвинда. Проклятие дня
– Микаэль. Послушай! – Отстраняюсь от него, лихорадочно вытираю губы и пытаюсь подняться на ноги. – Пожалуйста!
– Что такое? – Он тоже вскакивает на ноги.
Я хватаю сумку и неуклюже закидываю на плечо.
– Нам нельзя быть вместе. – Говорю честно. – Вернее, не так. Мы с тобой должны расстаться.
Вытягиваю вперед ладонь, показывая, чтобы он не подходил ко мне.
– Стой. Прости. Прости, что говорю тебе это вот так, в такой момент. Просто я обещала себе быть честной с тобой. Ты – замечательный парень, Микаэль. Наверное, лучший. Но для кого-то другого. И ты заслуживаешь намного большего. Я… я не люблю тебя. И…
– Что такое ты говоришь, Нея? – Как от боли, морщится он. – Подожди. Постой. Давай, поговорим нормально.
– Прости. – Бормочу я, пятясь назад.
– Ты вывалила на меня все это и просто убегаешь? – Изумляется Микке. – Наговорила кучу всего и хочешь уйти? – В попытке успокоиться он заставляет себя сменить гнев на милость: – Постой. Давай все обсудим, как взрослые люди. Нет ведь никаких препятствий. Да, у тебя проблемы. Но они есть у каждого, и я их не боюсь. Не так уж и страшно, что…
– Я не люблю тебя, Микке. Прости. – Твержу я, продолжая двигаться спиной вперед. Облизываю горящие губы. – Я люблю другого. Прости меня.
Он больше не идет за мной. Микаэль остается стоять у дерева, озадаченно глядя на меня из-под густых бровей. Парень больше не говорит мне ничего и не пытается догнать.
– Так будет лучше! – Мучительно бросаю я. – Потом ты поймешь!
Разворачиваюсь и убегаю оттуда.
– Ты все правильно сделала. – Утешает меня Сара.
Мы стоим вчетвером за школой в том самом месте, где старшеклассники устроили импровизированную курилку.
– Мой отец решил отпустить Арвида. – Трогает меня за плечо Бьорн. – Час назад отвез его домой. Он даст семье Линдстрем несколько часов на сборы вещей, а затем вернется и лично отвезет их на север в своей машине.
– Значит, Микке все узнает. – Хрипло говорю я. – О Хельвинах, об Асмунде, о том, что я его дочь.
– Да. И тогда он все поймет.
– И не простит того, что мой отец держал его отца в заточении.
– Мы даровали ему жизнь. – Обняв меня и прижав к своей груди, утешает Бьорн. – Все, чего хотел Арвид, это взять с собой свою семью. Микке обретет отца, и это будет компенсацией.
– Это прекрасно, но нужно думать об игре. – Прерывает его Улле. – Как ты собираешься держать себя в руках во время матча? Я не хочу стать мясом для гризли, ты уж прости!
– Может, мне стоит воздержаться пока от игр? – Отпуская меня, пожимает плечами Бьорн.
– Или прими это. – Я достаю из кармана и протягиваю Бьорну пробирку с кровью Кайи. – Вдруг поможет?
– Всего каплю. – Предупреждает Сара. – Иначе потеряешь свои силы и ловкость.
– Думаете, стоит? – Берет пробирку и неуверенно крутит перед глазами Хельвин.
– Риск – наше все. – Подначивает Ульрик. – Пей уже!
– Каплю! – Одергивает его Сара.
– Давай уже!
Бьорн откупоривает крышку и принюхивается:
– Что они добавили в нее, чтобы она не сворачивалась?
– Дай сюда. – С улыбкой говорю я. Наношу кровь на палец, словно дорогие духи, и приказываю ему: – Открывай рот.
– Ого, чертовски эротично, – присвистывает Улле, когда я провожу подушечкой пальца по языку Бьорна. – Уверены, что капли хватит?
Хельвин цокает языком, пробуя кровь на вкус, а затем морщит нос.
– Ну, как ты? – Спрашиваю я, глядя на него снизу вверх.
– Попробуй меня разозлить. – Предлагает он. – Расскажи еще раз, как этот саам бросился на тебя со своими поцелуями.
– Прекрати! – Я шутливо бью его в живот.
Люблю. Люблю его улыбку, ямочку на щеке, игривый взгляд. Люблю каждую секунду, проведенную с ним.
– Больше не буду. – Бьорн наклоняется и целует меня в губы. Коротко, но все равно кто-то из посторонних может заметить. – Пожелай мне удачи.
– Нам. – Поправляет Улле.
– Тебе она не понадобится, ты лучший вратарь округа, – льстит ему Сара.
– Тогда погнали!
Я прячу пробирку в карман, и мы провожаем взглядами парней. А затем я поднимаю глаза на окна гимназии на противоположной стороне. В одном из них замерла фигурка Лотты. Как только наши взгляды пересекаются, девушка отходит назад, в тень.
– Что там? – Спрашивает Сара, оборачиваясь.
– Ничего. – Отвечаю я.
Игра оказывается зрелищной, и в этом полностью заслуга наших парней. Тренер делает ставку на удивительно подвижную защиту с классической схемой «шесть-ноль», но в этой схеме игроки Хемлига так рьяно выдвигаются, что атаки команды из Моненфлода гаснут далеко от ворот.
В атаку ученики Хемлига просто несутся. Мгновенные переходы в первом тайме становятся их основным оружием. Мощь, ярость, скорость, надежность – этими словами лучше всего описываются действия нашей команды. И счет 12:4 в середине игры уже не кажется чем-то случайным.
– Улле! Так держать! – Потрясая в воздухе тростью, визжит Сара, когда ее парень отражает удар.
А я не могу оторвать взгляда от своего парня. Все-таки шорты очень ему идут. Хотя, помнится, без них он был особенно хорош. Я улыбаюсь, вспомнив про корзинку для ягод.
Бьорн раздает классные передачи, и Хемлиг даже позволяет себе сбавить темп, что никак не отражается на ситуации на площадке – наша команда и так сильно впереди. Преимущество уже точно гарантирует им победу.
В третьем тайме у гимназии из Моненфлода случается пара всплесков, но это лишь короткие, выглядящие случайными эпизоды. Хемлиг сохраняет тотальный контроль над игрой и доводит итоговое преимущество до десяти мячей. 31:21 – это не просто победа, это разгром. Избиение. И мы кричим и хлопаем в ладоши, не в силах сдержать эмоций.
– Заметила, что Лена не пришла? – Спрашивает Сара после финального свистка.
Все встают и тянутся на выход.
– Я заметила, что Микке не было. – Отвечаю я, показывая нашим парням большой палец вверх.
– Наверное, он уже встретился с отцом. – Говорит подруга, подхватывая трость. – Представляю, насколько он потрясен. Возвращение из мертвых – шутка ли дело?
– Наверняка, Линдстремы собирают вещи. – Замечаю я, взглянув на большие часы на стене. – Жаль, что мы с Микке больше не увидимся. Я все еще чувствую вину перед ним.
– Вы встречались всего пару дней. – Подталкивая меня к выходу, корчит рожу Сара.
– Он сказал, что любит меня. – Бросаю на нее многозначительный взгляд.
– О… – Губы подруги складываются в трубочку. – Понятно, почему ты не рассказала об этом длинноволосому нападающему.