Новые Дебри

– Нет. На этот раз пойдете к Верхнему Среднему.
И они повернулись, чтобы уйти.
– Подождите! – окликнул Глен. – Что вам известно о креслах у реки, где мы забрали новичков?
– О каких креслах?
– Ну, о расставленных кругом – старых креслах, шезлонгах, диванах. Как будто там раньше проводили какое-то собрание.
– В недавнем прошлом, – вставила Вэл.
Смотритель Мэг и второй Смотритель переглянулись. Снова пристально уставились друг на друга. Второй что-то пробурчал, почти не шевеля губами, как чревовещатель:
– Позвать Боба?
Смотритель Мэг покачала головой. Повернулась к Общине.
– Не знаю, о чем вы говорите, – сказала она. – Значит, нам незачем об этом беспокоиться.
– Ладно, а как насчет того трупа на Зимнем хребте – о нем вы знаете? – завелась Вэл.
Карл толкнул ее локтем.
Смотрители обменялись взглядами, пытаясь сделать это незаметно.
– Не знаю, о чем вы говорите, – повторила Смотритель Мэг, но на этот раз ее голос взвился и звучал тревожно.
– Труп, говорите? Где, говорите, он? – спросил другой Смотритель.
В его голосе слышалось преувеличенное любопытство.
Карл снова толкнул Вэл локтем, приказывая молчать.
– На Зимнем хребте, – небрежным тоном ответил он сам. И ткнул пальцем в воздух над собой. – Там, наверху. Мы подумали, он приехал в гости к кому-нибудь из Смотрителей. Одет он был неподходящим образом для этих мест.
Смотритель Мэг и ее напарник еще раз переглянулись.
– Ах, да, – спохватилась Смотритель Мэг. – Должно быть, дядя Брэда.
– Что? – растерялся ее напарник.
– Ну, ты знаешь, дядя Брэда, – прошипела Смотритель Мэг.
– Какого Брэ…
– Мы поняли, – перебила Смотритель Мэг. – Этим мы займемся. Бедняга Брэд. Еще что-нибудь?
Оригиналисты и Новоприбывшие настороженно покачали головами.
Смотрители направились к своему грузовику и занялись заполнением каких-то бумаг. Агнес поглядела на Смотрителя Боба.
Вот теперь он заулыбался и поманил ее. Но, когда она подошла поближе, нахмурился.
Он опустил стекло в окне.
– У тебя все хорошо?
– Ага, – ответила она.
– Точно?
– Ага. А что?
Он пожал плечами.
– Отощала.
Она оглядела себя. Так, как сейчас, он выглядела всегда. Она оглянулась на Общину. Новоприбывшие все еще были жирными, Оригиналисты – по-прежнему тощими, как всегда. Но она заметила, как устало сутулится Глен, сидящий на бревне. Он был самым тощим. Недавно у него развился страшный, изматывающий кашель, и, глядя на него сейчас, Агнес вдруг осознала, что вид у него больной. Она сказала:
– А вот Глен – он правда отощал. Кажется, он болен. Кашляет все время. Вы можете ему помочь?
Смотритель Боб огляделся по сторонам, понизил голос.
– Ты же знаешь, что не могу, детка.
Она встала на подножку грузовика и попыталась заглянуть внутрь. Ей хотелось получить от него что-нибудь вкусное. Однажды он дал ей банан. В другой раз – яблоко.
– На вид ты совсем изголодалась.
Она вытаращила глаза, высунула язык, сложила руки, будто заяц лапки, и умоляюще запищала, как котенок:
– У вас не найдется чего-нибудь для меня?
– Нет, серьезно: у тебя точно все в порядке? – снова спросил он. Так приглушенно, что ей показалось, будто он нарочно тянет время.
Она хлопнула ладонями по дверце.
– Хочу вкусняшку, – строго заявила она.
Смотритель Боб усмехнулся.
– Ну, вот теперь сразу ясно, что ты в порядке. – Он порылся в кармане и достал два зеленых леденца на палочках. – Привез твои любимые. Только никому не говори, – предупредил он. – Положи их в сумку. Жаль, что больше у меня ничего нет.
Она сунула леденцы в сумку. Зашелестел пластик. Так громко.
– Тс-с-с! – сказала она. И посмотрела, как они лежат на дне сумки – отражающие свет, неестественно зеленые. Она знала, что это леденцы, но никак не могла вспомнить, когда в прошлый раз пробовала такие. Почему же он решил, что это ее любимые?
– Что вы здесь делаете?
– Патрулирую.
– А я думала, вы никогда не уезжаете со Среднего Поста.
Он хохотнул.
– А у меня новая работа. Натаскиваю молодежь. – Он кивнул в сторону двух Смотрителей, озабоченно перебирающих бумаги. И покачал головой. – Теперь я только и делаю, что ношусь туда-сюда.
– Скучаете по Среднему Посту?
– Ну, Средний Пост теперь закрыт.
– Навсегда?
– Точно не знаю. Надеюсь, нет. Если уж хочешь знать, мне вроде как больше нравилось сидеть себе на Посту, но и эта работа неплоха. Больше видишь. И есть чем оплачивать счета. – Он пожал плечами.
– А какие счета у Смотрителей?
– Обычные, регулярные. Какие все оплачивают.
– Я – нет.
– Ты еще ребенок.
Агнес выпятила грудь.
– Я лидер.
Смотритель Боб удивленно вытаращил глаза, потом с самым серьезным видом отсалютовал ей.
– Это необязательно, – засмущалась она.
– Знаешь, мне, наверное, скоро понадобится пообщаться с твоей мамой, – сказал он. – Не хочешь, чтобы я передал ей что-нибудь от тебя?
Она заморгала.
– Как вы с ней будете общаться?
– Позвоню ей. По телефону. Хочу сообщить, что видел тебя и Глена.
– Но она же умерла.
Его лицо омрачилось, потом он улыбнулся:
– Милая, с ней все в порядке. Просто она в Городе. Ты же знаешь.
Агнес вцепилась в дверь. Испугалась, что упадет. Не то чтобы в глубине души она не знала, что мать не умерла. Но она казалась мертвой. Во что Агнес не верилось, так это в то, что с ней так легко связаться. По телефону. Будь у Агнес телефон, расстояния не казались бы такими гигантскими. Но она жила в Дебрях. А ее мать моталась где-то по Городу и созванивалась со Смотрителем Бобом.
– Вы часто с ней говорите?
– Нет, но бывает.
– Зачем?
– Она просила меня присмотреть за тобой. А ты с ней разве не говорила?
Агнес нахмурилась.
– Нет, конечно.
– Даже на Посту? Они должны были разрешить тебе позвонить ей.
У Агнес увлажнились глаза. Она принялась изучать волосатые костяшки пальцев руки Смотрителя Боба, лежащей на руле. И не могла припомнить, когда они в последний раз побывали на Посту. Или пользовалась ли она за свою жизнь телефоном. Она помотала головой.