Аномальный наследник. Том 4 (СИ)

— Незаконнорождённый, — поморщился Пётр.
— Ах, в этом смысле… Не вижу здесь никакой проблемы. Тем более раз ваш отец официально называет вас сыном, — пожал плечами Арвин. — Он же приезжал на ваши бои?
— Да, — угрюмо проговорил Шереметев и стукнул кулаком по стене. — Он и сегодня здесь был! Сказал, что останется на награждение, если я выиграю. Но сейчас… он уже в аэропорту и летит домой.
— Мой отец вообще не прилетал, — спокойно произнёс Арвин. — Сегодня же праздник, и ему нужно выступить на городской площади в полночь. Полагаю, вашего батеньку тоже обременяют подобные обязанности.
— Обременяют… — скривился Пётр. — Но он мог бы задержаться. Ах… ладно, прошу вас, Артём, не будем больше об этом.
Арвин кивнул и обернулся, следуя неведомому предчувствию. И предчувствие его не обмануло — в этот момент слуга привёл за кулисы Аскольда в роскошном чёрном костюме. Неизменно зоркий взгляд наследного принца Империи Александритов сразу увидел лучшего друга.
Арвин, понимая, что в текущей обстановке его социальный статус выше всех присутствующих, улыбаясь громко произнёс:
— Аскольд Игоревич! Не присоединитесь к нашей беседе?
— Ваше сиятельство, — почтительно поклонился Аскольд, но в глазах его плескались лукавство и радость. Затем он повернулся к Шереметеву и серьёзным тоном поздоровался с ним: — Пётр Петрович. Господа, прошу не искать тайного смысла в моих словах, но я обязан сказать вам, что поединки с вами оказались сами сложными для меня на турнире. Я бесконечно счастлив, что повстречал таких умелых соперников.
— Признаю вашу силу, Аскольд Игоревич, и поздравляю с заслуженной победой, — сдержанно ответил Шереметев.
— Судари, давайте перейдём на имена, — с улыбкой проговорил княжич, поочерёдно взглянув на парней.
— Ничего не имею против, — вынужден был согласиться боярин с предложением наследного княжича.
— Я могу называть вас Артём? — Аскольд изобразил удивление.
— Если вам будет угодно, — добродушно улыбнулся Арвин. — Кстати, Аскольд. В будущем я хотел бы взять у вас реванш. Уверен, Пётр тоже от этого не откажется.
— Боюсь сие невозможно. Это мой последний турнир, — сухо сказал Шереметев.
— И что? — пожал плечами Арвин. — Можно ведь провести и дружеский спарринг. Бой с сильным соперником, чтобы отточить свои навыки — что ещё можно желать? А если соперник ещё и примерно твоего возраста — вообще прекрасно.
— Согласен с вами, — кивнул Аскольд. — Что может быть лучше для сильного бойца!
— Пожалуй, и я соглашусь, — сдался Шереметев.
— Значит, решено, судари? Организуем тренировочную спарринг-встречу? — подвёл итог Арвин.
— А ещё можем пригласить и других достойных бойцов турнира, — начал развивать успех Аскольд.
Арвин мысленно усмехнулся. Как приятно осознавать, что его друг, кажется, ни капли не изменился в этом мире. И, как и всегда, никогда не упустит своего.
— Отличное предложение! — тут же выпалил княжич.
— Пожалуй, — кивнул Шереметев.
— Судари, позвольте вопрос? Планируете ли вы задержаться в Москве? Завтра у меня открытие ночного клуба. Совершенно новый формат для нашей страны!
— Клуб? Нового формата? — округлил глаза Арвин. — Неужели это?..
— Да-а, — ехидно протянул Аскольд. — Заведение для настоящих мужчин, где можно смотреть и… — он многозначительно кивнул.
— Эх… увы, я должен утром вернуться в Новочеркасск…
— А я возвращаюсь в Петроград сразу после приёма, — сообщил Пётр.
— Что ж… очень жаль, — со вздохом сожаления проговорил Аскольд. — Тогда позвольте после церемонии познакомить вас с моими друзьями? Уверяю вас, собралась достойная компания.
— С радостью приму ваше приглашение! — ответил «второй пилот» Арвин.
— Благодарю за предложение, Аскольд, — искренне сказал боярин. Похоже, Шереметев знал, кто именно в друзьях у победителя турнира и был рад воспользоваться случаем.
— Кстати, судари, насчёт нашей будущей тренировочной встречи, — вновь взял слово Арвин. — Давайте обменяемся номерами?
* * *
— Дамы и Господа! Канцлер Российской Империи, глава Боярского рода Хранителей Годуновых, Господин Александр Борисович Годунов! — торжественно объявил ведущий.
 
На сцену из-за правой кулисы тяжелой походкой вышел невысокий широкоплечий мужчина с приметной чёрно-белой бородой, заплетённой в три тугие косы.
— Так и веет мощью… — с благоговейным трепетом прошептала Маша Роднина. Для девушки, рождённой в семье простолюдинов, воочию увидеть Канцлера — событие поистине из ряда вон выходящее. И она, и Вася смогли присутствовать на Кремлёвском приёме, потому что были официально включены в списки сопровождающих Аскольда.
Естественно, никто из высокородных гостей на них не обращал внимания.
— Да… — прошептал вслед за ней Василий Антохин.
— Соня, ты в порядке, — склонившись к уху подруги, спросила Алиса. Царица лицея яростно вцепилась в запястье Оболенской, едва увидела Канцлера.
— А? — прорычала Троекурова, но тут же опомнилась и отпустила руку подруги. — Прости.
— Дамы и Господа, рад приветствовать дорогих гостей в Кремле! — бас Канцлера, усиленный микрофоном, эхом отражался от стен огромной концертной арены. — Поздравляю всех нас с праздником зимнего солнцестояния! Земля завершила свой оборот вокруг Солнца! И с завтрашнего дня нас ждёт новый цикл жизни! И в этот день завершений определились победители всеимперского бойцовского турнира среди учеников старших школ! Поддержим их овациями.
Под шум рукоплесканий из-за левой кулисы вышли три молодых человека. Первым шёл тот, кто занял третье место. Княжич Новочеркасский держался уверенно, улыбался и махал рукой зрителям.
В это время ведущий, стоявший с краю сцены, представил юношу полным титулом. Когда же княжич остановился в центре сцены, из-за кулисы вышел боярин Шереметев. Он шёл с гордо поднятой головой, но выражение лица «второй год подряд второго» было хмурым.
— И наконец, наш чемпион! Главное открытие этого турнира — Аскольд Игоревич Сидоров! — объявил ведущий.
В глубине зала начали зарождаться аплодисменты, но внезапно стихли, когда на сцену ступил он. Аскольд шёл с таким достоинством, что каждому из зрителей становилось ясно — он Чемпион по праву.
И Чемпион прибыл за своей наградой.
И взгляд Чемпиона был устремлён лишь на Канцлера.
— М-м-м… Как же он хорош, — не сдержала восхищённого вздоха Алиса.
Но никто не посмотрел на неё осуждающе. Все были согласны с этим утверждением.
Аскольд прошёл мимо княжича, мимо боярина и встал ближе других к Канцлеру. После этого он обернулся к зрителям, приложил ладонь к сердцу и коротко поклонился.
Этот жест произвёл эффект взорвавшейся бомбы в просторном зале концертной арены.
«Как? Как он это делает? — в голове Софьи метались удивлённые мысли. — Сейчас он величием затмил даже Канцлера!»
Однако Годунов, не привыкший ко вторым ролям, не позволил зрителям надолго отвлечься от себя.
— Вот наши победители! — громогласно объявил Канцлер. — И они по праву получают свои награды! За третье место во всеимперском бойцовском турнире, его сиятельству княжичу Новочеркасскому даруется право без экзаменов поступить на Золотой курс «Кремлёвского военного университета». А также даруется на правах личной собственности усадьба на северо-востоке Москвы площадью в половину гектара. И напоминать об этом славном событии его сиятельству будет изящная статуэтка.
Под всеобщие аплодисменты один из слуг вынес на сцену золотого двуглавого орла, инкрустированного драгоценными камнями, высотой с локоть и вручил его княжичу.
— Пустой внутри, — в зрительном зале Маша не упустила возможности блеснуть знаниями перед соседями, — золото очень тяжёлый металл! Слуга не смог бы так легко нести орла, если бы он был цельный.
 
На сцене княжич Новочеркасский прижал драгоценную статуэтку к груди и проговорил:
— Благодарю, Александр Борисович! Это честь для меня! Спасибо всем, кто болел за меня и поддерживал!