Вечный Данж VI (СИ)
Эх! Такой ведь план был превосходный. Кто ж знал, что эльф струсит. Вместо повышения на более глубокий этаж без конкурентов только заполучил очередного высокородного недруга. Интересно, у всех аристократов подобные недоброжелатели существуют или мне одному на них везет?
Ладно, на Денерфе одном свет клином не сошелся. Одним мудаком меньше, одним больше — какая уже разница? После охотящегося на нас Ордена отдельные крипторы особого ужаса уже не вызывают.
— Спасибо за совет, но мы еще посмотрим кто кого перемелет.
Арисса вздохнула, но не стала комментировать. К нашей группе подошли несколько авантюристов, двух из которых я узнал по именам, да и третий после представления также оказался одним из крипторов двадцать первого этажа. Один выразил восхищение моей смелостью и готовностью сражаться до окончательной смерти, второй наоборот — посчитал подобный шаг признаком недалекого ума, что несвойственно опытным крипторам.
В полемику я вступать не стал. Вместо этого разузнал об обстановке на двадцать первом этаже под названием Затонувшие Катакомбы. Местность, в чем я однажды убедился самостоятельно, представляла собой частично водный уровень Но в целом перемещаться по нему в экипаже было возможно, если научиться определять провалы и зыбкие места. Для зачистки тамошние затопленные руины и крипты являлись не слишком удобными, поскольку порой приходилось сражаться под водой. Тем не менее, этаж пользовался стабильной популярностью из-за демократичных арендных цен и некоторых дорогих ингредиентов, добываемых на этаже.
К счастью для крипторов, входы в данжи располагались на поверхности, поэтому им не требовалось тренироваться в подводном плавании. На данный момент в Затонувших Катакомбах промышляло аж шесть крипторов, что наводить на закономерные размышления. На 20–21 стабильная конкуренция между крипторами, а на 22–23 всего по одному. Конечно, до 35 левела докачаться крайне непросто, но все равно выглядело так, будто некто или нечто не пускает крипторов на более глубокие этажи. И судя по разговорам открывашек с Катакомб, у этого некто имелись имя и фамилия — Ворхук Денерф.
Нелестные слухи про темного эльфа ходили давно. Ему удалось создать такую репутацию, что крипторы сами перестали стремиться попасть на более доходные глубинные этажи, несмотря на то, что у некоторых урона наверняка хватало. В последнем никто открыто не признавался, но я бы не удивился в подобном.
Мой открытый конфликт с Денерфом, за которым наблюдали все посетители схода, в целом немного возвысил меня в глазах других крипторов, не решающихся бросить вызов монополисту. Бесхребетные слюнтяи, что тут еще можно сказать. Значит, среди глубинных крипторов выживают лишь самые осторожные? В таком случае придется мне опровергнуть данный стереотип.
Немного пообщался с представителями кланов, которые всегда были заинтересованы в привлечении на свою сторону новых крипторов. Порой их предложения казались заманчивыми, но я пока что решил соблюдать договоренности с префектом. Его имя может защитить нас от недовольства ретроградов после снятия с нас масок.
К моему удивлению, Винсдауэры не отвернулись от меня. Хоть и на словах отругали, но похоже я смог вызвать у них уважение к своей персоне. С другой стороны, Арисса походила на нахохлившуюся мать-наседку, которая показывала окружающим, что этот непутевый Роджер находится под ее опекой. Она ведь и на конфликт с Ворхуком пошла, встав на мою защиту и пригрозив эльфу. Интересно, если я смогу каким-то чудом заиметь ее в свою личную пати, станет ли Крайсс моим приемным сыном?
Я покачал головой, отгоняя лишние мысли. Нет, все-таки к Ариссе, несмотря на ее красоту и внутренний стержень, влечения я не испытывал. Наверное, я слишком старомоден, но девушки от пятидесяти с детьми, которые старше меня самого, не кажутся мне подходящей парой для отношений.
Также на сбор от лица Ордена явился никто иной, как Алчиокс — гном-наставник из монастыря, с которым мы, можно сказать, сражались бок-о-бок. Он также подошел к нашей компании, дабы поприветствовать.
— Светлого дня, госпожа Винсдауэр, — гном обозначил поцелуй в церемониальном жесте, не дотрагиваясь губами до руки.
Надо тоже научиться столь же непринужденно выполнять данное приветствие. Все же для меня подобное в диковинку. В питейных заведениях или на поле боя особо не потренируешься лобызать ручки и вести себя как истинный джентльмен.
Кстати, занятно, насколько схожи некоторые элементы с нашей старо-европейской культурой. Крой костюмов и платьев, рукопожатия, приветствие дам. Возможно, что когда-то сюда принесли некоторые обычаи путники из нашего мира. С другой стороны, нельзя исключать и варианта, что подобные вещи могли развиться независимо друг от друга. Карамелька вон тоже иногда напоминает не иномирскую эльфийку, а взбалмошную мажорку, спустившуюся из князи в грязи.
Есть, правда и исключения. Гномы, частенько носящие длинные бороды, скорее лишь обозначают поцелуй. Зверолюды, например, вместо поцелуев и рукопожатий ограничиваются поклонами, аки самураи страны восходящего солнца. Правда, скорее всего, это связано с наличием когтей и шерсти. Никому не хочется выплевывать изо рта волосы после поцелуя ручки чересчур пушистой дамы. Да и блох при контакте передать можно. Забавно, что Эон жаловался на сложности в создании реалистичных экосистем, но вот про симуляцию блох не забыл.
На сходе крипторов собрался не самый цвет наций Подземелья, но все равно было полезно и в какой-то степени интересно понаблюдать за обычаями и мелкими жестами местных обитателей. А то бы оконфузился невзначай, поцеловав лапу зверолюдки.
Алчиокс обменялся парой вежливых фраз с Винсдауэр, затем поприветствовал Живого Доспеха и меня:
— Рад встрече с вами, господин Роджер. Наслышан о ваших успехах…
— Ага, привет, Алчиокс.
Гном нахмурился и попытался вглядеться в мое лицо, но маска надежно препятствовало узнаванию.
— Хм-м, Эд? — неуверенно произнес Наставник, все-таки узнав меня. — Хотя твой голос изменился…
После смены класса на драконий мой голос действительно претерпел изменения, хотя я уже попривык.
— Он самый.
— М-м, извини, если нарушаю твою маскировку…
— Да походу, кому надо — те и так давно в курсе. Но я надеюсь, что скоро все утрясется, и я смогу спокойно гулять без маски.
— Так значит, ты подался в крипторы? — покачал он головой. — Почему не уведомил Орден?
— У меня особые взаимоотношения с Орденом, — хмыкнул я и перекрестился. — Я отчитываюсь лишь перед собой и Богом, да святится имя его во веки веков.
— Что это за пассы руками? — опешил Алчиокс.
— Да так, наследие прошлого мира. Значит, Ирэта наконец нашла общий язык с Ди Флазио?
Гном кивнул:
— Да, пускай это и потребовало значительных усилий. Монастырь полностью вернул себе право проводить инспекции Красного Приюта. Полосатая Ксалла отправляла тебе послание, но курьеры не смогли тебя разыскать.
— Наш путь был тернист и полон невзгод… Знаешь, наверное, у меня есть одна важная просьба для госпожи Ирэты, — задумался я.
— Настоятельница танрокская — занятая леди. Возможно Ксалла сможет тебе помочь?
— Вряд ли. Просьба крайне непростая. Вопрос важный, но не слишком срочный, так что я могу подождать, пока у Ирэты не появится свободная минутка.
— Я передам ей весточку, — кивнул гном. — Возвращаясь к твоему крипторству. На двадцатом этаже иногда охотятся группы паломников. Ты в курсе, что согласно кодексу правил, крипторы-паломники обязаны брать с товарищей по ордену вдвое меньше, чем с остальных?
— Пятьдесят процентов?! — воскликнул я. — На такое я пойти не могу. Но если Ирэта удовлетворит мою просьбу, я могу подумать, скажем, о двадцати процентах скидки на полгода всем паломникам.
Алчиокс покачал головой:
— Твоя наглость не знает границ, Разрушитель Ало… кхм, прошу прощения…
Арисса приподняла бровь, с интересом взглянув в мою сторону, но я не стал никак комментировать оговорку гнома.