Однажды в лифте

Грузовой лифт запикал, двери распахнулись, мы вошли внутрь.
— Вам какой? — спросили хором, и хором же ответили:
— Девятый, — он.
— Десятый, — я.
О-о-о, так это же мой «любимый» дятел-перфоратор снизу. Как ни выходной — так он что-то сверлит, пилит, забивает. Видимо, забился так, что забил… тьфу, забыл про Новый год.
Хах. Забавно будет, если сейчас, вернувшись домой, он опять начнёт что-нибудь сверлить или пилить. Вон и стройматериалы тащит…
Я с трудом удержалась от хихиканья. Но секундой спустя стало не до смеха — лифт, резко вздрогнув, остановился и задумчиво завис в пространстве шахты на уровне шестого этажа.
Нет, ну я так не играю!
    
3
Андрей
Соседку сверху он узнал сразу. Сложно не узнать человека, который периодически проносится мимо тебя с жуткой дворнягой, и никогда не здоровается. Пару раз Андрей буркал в убегающую спину «здрасьте», соседка угукала, не останавливаясь и даже не поднимая глаз — смотрела только на свою собаку. Вообще, кажется, собаки её интересовали гораздо больше людей. Пару раз Андрей видел её на улице, умиляющуюся каким-то играющим щенкам или хохочущую над тем, как её собственный пёс бегает за голубями.
Она и сейчас толком не посмотрела на него — так, скользнула взглядом. И это, чёрт возьми, было обидно. Обычно девушки на Андрея засматривались — высокий, смуглый, с чёрными глазами и тёмными густыми волосами, которые слегка вились, он легко мог бы работать фотомоделью. А эта мышка-мартышка… мармышка… маленькая, чуть пухленькая, с каштановыми волосами-пружинками — смотрела так, будто он был стеной.
Любительница собак… Интересно, что покупать ходила за два часа до Нового года? Горошек в салат «Оливье»? И почему муж не сбегал? Она же вроде замужем… По крайней мере Андрей пару раз видел её вместе с каким-то парнем. Кстати, а кольцо-то есть?..
И только он опустил взгляд, чтобы посмотреть на мармышкины руки, как лифт, душераздирающе бряцнув, вздрогнул и остановился.
— Ёпсель мопсель… — пробормотала соседка. — Вот же свезло так свезло… надеюсь, он сейчас заработает… в качестве новогоднего чуда…
Андрей в чудеса вообще не верил, в том числе и новогодние, поэтому сразу пошёл и нажал кнопку вызова диспетчера.
Оттуда послышались… музыка и звяканье посуды.
— Фейспалм, — мармышка хлопнула себя ладонью по лбу. — Они там уже отмечают…
— Да-да! — гаркнула в динамик какая-то явно не очень трезвая женщина. — Слуш-шаю!
— Мы тут в лифте застряли. — Андрей старался говорить погромче: музыка и звяканье усилились. — Пионерская, шесть, первый подъезд. Грузовой лифт. Вытащите нас, пожалуйста, нам тоже хочется Новый год нормально встретить.
— Ща! Ща всё будет! Ждите, ща вынут! — пообещала диспетчер и отключилась.
В лифте повисла печальная тишина.
— Можно начинать делать ставки, — сказала мармышка нарочито бодрым голосом, расстегивая куртку. Потом сняла её и бросила в угол — туда, где было чище всего. — Успеют до Нового года или не успеют.
— Не успеют. — Андрей сделал то же самое, прекрасно понимая, что за то время, пока их будут вытаскивать, он тридцать раз вспотеет, и мрачно прислонился к лифтовой стене. — Они бухие там все сейчас. Даже дорогу не найдут, заблудятся.
— Ну-у-у, — соседка задумчиво почесала смешной остренький носик, — я буду надеяться на…
— Новогоднее чудо? — насмешливо переспросил Андрей.
— Не. На то, что кто-нибудь из этих суперспасателей в завязке. Или трезвенник.
— Скорее язвенник.
— Можно и так. — Мармышка залезла одной рукой в пакет и достала оттуда крупный мандарин. — Мандаринчик будете?
— Нет.
— А я съем, если не возражаете.
И она принялась бодро чистить свой «мандаринчик» маленькими пальцами с аккуратно подстриженными ногтями.
    
4
Анна
Хмурый какой-то этот сосед снизу, неприветливый. Хотя красивый, это да. Почти как Олег, только Олег высокий блондин, а этот высокий брюнет.
Впрочем, если бы я постоянно сверлила, я тоже была бы неприветливой.
— А что ёлку так поздно купили? — поинтересовалась я, жуя мандаринчик. — Забыли?
— Нет, — ответил мой дятел снизу. — Я ремонт делал. Ставить ёлку, когда дома хаос и грязь — не лучшая идея. Вчера закончил, сегодня купил.
— О! — я обрадовалась. — Так вы больше не будете сверлить?!
Он усмехнулся, как мне показалось, мстительно.
— Буду.
— Почему? — я надулась.
— Ну, мне может понадобиться собрать мебель или что-нибудь повесить…
— Ясно. Короче, всегда найдётся, что посверлить, — заключила я грустно. И тут он вдруг выдал:
— Могу сказать, что цоканье когтей вашего пса о ламинат раздражает не меньше дрели.
Я оторопела.
— А вы слышите?!
— Конечно! — сосед фыркнул. — Особенно в пять утра. Что вы вообще делаете в пять утра, что он за вами ходит по всей квартире?!
От неожиданности я так растерялась, что ответила чистую правду:
— Писаю…
У соседа вытянулось лицо.
— Что?!
— Писаю! — я засунула в рот ещё дольку мандаринчика и продолжила: — Я на ночь пью чай и около пяти часов начинаю хотеть в туалет. Поэтому встаю и писаю!
Сосед поморгал. Глаза у него, кстати, были красивые — чёрные такие, с пушистыми ресницами. Любая женщина позавидует!
— А вы не пейте чай на ночь! — заявил мне этот… смазливый перфоратор. — Зачем вы пьёте чай на ночь?
— Хочу — и пью! — отрезала я.
Олег тоже вечно бухтел, что нечего на ночь «напиваться». А я если чай не пью — просыпаюсь через два часа от дикой жажды. Лучше уж пописать под утро, чем полночи маяться от сушняка.
— И с печеньем, небось, — продолжал сосед. — Печенье на ночь вообще вредно! Тем более вам.
— Что это значит — тем более мне? — Я, доев мандаринчик, встала в позу «а мне пофиг, на какой стороне у тебя тюбетейка». — А-а-а?
— Похудеть вам надо! А то топаете так, что слышно не хуже, чем вашего пса!
Вот же гад!
— А вот это не ваше дело! — возмутилась я от всей души. — Я же вам ничего не советую. Вот и вы помолчите, за умного сойдёте!
— А вы мне и не можете ничего посоветовать. — Эта смазливая сволочь ещё и нос задрала. — Я прекрасно знаю, как выгляжу.
И тут я выдала:
— Как гей!
О-о-о! Как рассердился-то!