Сердце земли
– Что случилось, мама?
Глаза Элехии были закрыты, как будто она крепко спала.
– Нам пора, Алира, – услышала женщина голос Дамера.
Они вернулись на балкон и увидели Томаса, стоявшего на ступеньках лестницы. Он протянул руки, чтобы принять у них ношу.
– Я сильнее вас, – заявил он, осторожно взвалив ее на плечо, словно мешок.
С помощью еще двоих мужчин, стоявших чуть ниже и страховавших его за пояс, чтобы не потерял равновесие, он медленно спустился вниз. Уже внизу он взял мать на руки и отнес подальше от стен. Там он встал на колени и опустил ее на землю под кроной старого ясеня. Вокруг уже начали собираться люди, в том числе Мальва. Девушка тоже присела рядом и попыталась реанимировать пожилую женщину, но безрезультатно. Потом ее сменил Сезар, но Элехия не подавала признаков жизни.
Алира опустилась возле матери, взяла ее за руку и шептала сквозь слезы:
– Ты лежала в постели в ожидании смерти. Я заметила баллон в твоей спальне. Почему, мама? У меня в голове не укладывается. Что нам теперь делать? Как мне теперь быть?
Внезапно налетел ветер. Пламя взвилось с новой силой, как будто до этого дожидалось, когда хозяйка покинет дом, чтобы выплеснуть на него всю свою ярость. Алира огляделась и поняла, что никто уже не пытается с ним бороться. Пожарные еще не прибыли, и стало ясно, что особняк уже не спасти. Как и остальные, она завороженно смотрела на огонь, ее мысли плясали вместе с ним, а все прочие чувства притупились. Раздался треск, и одна из башен обрушилась, за ней – другая. Затем провалилась крыша, увлекая за собой стены, подняв облака пыли, дыма, искр и углей, круша рамы и дверные проемы. Грохот и рокот сменяли друг друга, а когда наконец всё закончилось, Алира ощутила, как что-то сильно сжало ее ладонь – ту, которой она держала руку матери. То был последний проблеск жизни перед финалом.
И Алира потеряла сознание.
Придя в себя, Алира не сразу осознала, что лежит в больничном боксе, под капельницей. Рядом в кресле устроился Дамер и наблюдал за ней. Его лицо еще хранило следы сажи, как будто он умывался в спешке, а одежда – пятна крови. Рука, в которой он держал камень, чтобы разбить окно, была забинтована.
Их взгляды встретились, и юноша улыбнулся.
– Ты как перегорающая лампочка, – произнес он, вставая, – то включишься, то отключишься. Ты будто не хотела приходить в себя.
В памяти всплыли сцены пожара и смерти Элехии. Отец и мать помогли ей понять кое-что, что Элехия не одобряла. Веками никто в семье не наследовал поместье, а мог только управлять им. Но мать решила лишить новое поколение этого права.
– Зачем, мама? Зачем ты решила все уничтожить?
Алира зажмурилась от боли.
– Али! – воскликнул юноша, подскочив к ней и схватив за руку.
– Все нормально, – заверила его женщина, – просто трудно все это принять. Мама… дом… – Слезы покатились по ее щекам.
– У тебя есть я, – прошептал юноша.
«Это много, – подумала Алира, – но недостаточно».
Какое честолюбие! Она свыкнется с потерей прошлого и внезапно обретенной, разрывающей сердце свободой. И женщине стало грустно. Она вспоминала Элехию, и неподъемная тяжесть давила на грудь, а из глаз катились слезы. Она живо представляла себе, как пламя пожирает ее дом, воспоминания, разум, и сама грезила о смерти. Нужно только закрыть глаза – и все закончится. Она больше не будет страдать, размышлять, пытаться осознать, противиться и мириться.
Занавеска отодвинулась, и вошли Томас с врачом, а с ними медсестра, чтобы снять капельницу. Молодая докторша с волосами, заплетенными в косу, пробежала глазами по документам в папке и произнесла:
– Волноваться не о чем. – И обратилась к мужчинам: – Вы нас не оставите на минутку? Вас вызовут в комнату для посетителей. – Она дождалась, пока сестра закончит работу и все покинут палату, а потом повернулась к Алире: – Через полчаса мы проведем еще один тест, но, – она понизила голос, – предыдущие показали, что вы беременны.
Алира задохнулась от удивления. Чуть меньше года назад у нее прошел климакс, и она даже и не думала предохраняться от беременности. А когда их отношения с Дамером стали развиваться, она даже не задумывалась о защите от венерических болезней: они ведь друг другу доверяли.
– Судя по реакции, вы не хотите иметь детей, – заключила врач.
– Я думала, что не могу…
– Это маловероятно, но не невозможно в вашем случае. В любом случае, все покажет ультразвук, однако вероятность положительного ответа очень высока. Мне сообщили о вашем несчастье, я вам очень сочувствую. И в дальнейшем советую вам собрать все силы и успокоиться ради будущего ребенка.
Алира вытерла слезы и кивнула.
– Пожалуйста, не говорите никому, – попросила она.
– Разумеется. Это врачебная тайна.
Врач вышла, а вместо нее заглянул Томас.
– Поехали домой, – предложил он, заметив, что сестра больше не под капельницей. Потом смысл сказанного дошел до него, и он потупился: дома-то больше не было.
– Я пока останусь, – сообщила Алира.
– Тогда мы подождем. – Дамер присел рядом с ней. – Торопиться некуда. А ты сможешь жить со мной в Алкиларе.
– А остальные как же?
– Аманда уехала к матери в Монгрейн, – принялся перечислять брат, – она и нас приглашала. Адриан, скорее всего, останется в отеле, потому что ему запрещено покидать город по санкции суда. Херардо сейчас в Алкиларе. Я позвал его, и он тут же примчался, не дожидаясь окончания следствия. Он в пожарной части. Надо будет заплатить бригаде, потому что страховки у нас нет… И это будет недешево.
Они переглянулись с Дамером, что только усилило тревогу Алиры. Томас всегда был очень спокойным, но сейчас – видимо, на нервах – считал необходимым посвятить сестру во все детали. И он автоматически продолжил:
– Херардо уже успокоился. Он хочет дождаться, пока руины окончательно дотлеют, и сходить на разведку: вдруг что-то уцелело? Мы будем ходить по очереди. И заберем тебя и Тельму. Не знаю, где найдем этой ночью кров, но думаю, что можем пойти в отель. Даже не знаю, осталось ли у нас что-то… Да, кстати, Крина позвонила, как только услышала о случившемся; она очень сожалеет. Все вокруг уже в курсе, в том числе пресса. – Его голос дрогнул. – Я подозревал, но не догадался…
– Я тоже, – глухо вторила ему Алира. – Нам нужно позаботиться о похоронах.
– Тело забрали на вскрытие.
– Зачем?
– Сезар сказал, так положено. Для отчета и всего такого…
– Мы поможем, – вызвался Дамер, стараясь выглядеть оптимистичным. – Будем дежурить возле руин. И вам найдем домик в Алкиларе, если захотите к нам присоединиться. – Он коснулся руки Алиры. – Вы не останетесь одни.
Женщина слабо, грустно улыбнулась. Какая ирония судьбы: последние владельцы поместья находят кров у скваттеров в Алкиларе! Искренняя щедрость Дамера, конечно, радовала, но ей нужно было все обдумать. Теперь мир вращался вокруг ее утробы, которую она сейчас обнимала. Что же делать? Сказать ему? Сказать в любом случае, не важно – решит она оставить ребенка или нет? Мнение Дамера она знала: он детей не хочет. Конечно, последнее слово в любом случае останется за ней…